Хочу тебя (на)всегда, или Курица на шпильках - Елена Амеличева

Мужчина присел на край кровати, с улыбкой на меня глядя. Его это все развлекает? Ничего, сейчас благодушный настрой мигом слетит!

Я надела одноразовые перчатки, которые нашлись в коробке, встала между его коленей и начала снимать повязку. Для этого приходилось каждый раз обнимать его, ощущая, как дыхание Даяна обжигает щеку и шею. Но то, что обнаружилось под бинтом, мигом заставило меня об этом забыть.

— Ты почему не в больнице?! — я нервно сглотнула, глядя на жуткие порезы. — Такие раны! Уверен, что это была авто-авария?

— Они затянутся, не переживай, — отозвался беспечно.

— Ты совсем идиот? Они глубокие, их зашивать надо! И откуда такие вообще? — нахмурилась, прикидывая варианты.

Еще поняла бы ушиб грудной клетки, поломанные ребра и все сопутствующие «радости», травмы головы тоже имели бы место быть. Но столь сильные порезы?

— Ощущение, такое, что из второй машины злющий самурай вылез с мечом наголо и пытался покрошить тебя на суши!

— Почти угадала, — Даян усмехнулся, и я поняла, что сказала это вслух.

— А мне казалось, что у меня день не задался! — покачала головой. — Ты будто под горячую руку мясника попал!

— Мясника? — он странно на меня посмотрел.

— Да, который тебя разделать хотел, как тушу свиньи.

Но почему рана… я вгляделась в едва заметное свечение, которое шло от порезов, прикоснулась кончиками пальцев к коже вокруг, и оно усилилось. Что это?

— Ну спасибо. Так ты будешь накладывать повязку, Дамиана? Или еще моим торсом полюбуешься?

Я моргнула, сияние исчезло. Надеюсь, это не галлюцинации, а просто игра моего воображения вкупе с освещением спальни.

— Красота твоего торса меня сейчас крайне мало волнует, — парировала с усмешкой, взяла флакон хлоргекса и предупредила, — будет больно.

— Понял.

К моему удивлению, Даян умудрился все вытерпеть и даже ни разу не застонал. Может, он под убойной дозой обезболивающих? Или под чем-то покруче? Хотя, вряд ли, это было бы заметно.

Снова обнимая его, наложила новую повязку на грудь и привела в порядок повязку на запястье. Рука имела примерно такие же повреждения. Непонятно это все. Какая-то странная авария. Но расспрашивать, судя по всему, бесполезно.

— Вот и все, — сняла перчатки.

— Спасибо, Дамиана.

— Пожалуйста. Я привыкла, знаешь ли, лечить своих похитителей.

— За это отдельное спасибо. Позволишь мне пригласить тебя на ужин?

— Куда пойдем? — хитро прищурилась.

— В белую гостиную. Ты, наверное, голодна? Прости, я только сейчас осознал, что… — зло скрипнул зубами. — Нехорошо получилось.

— Не переживай, я наткнулась на блюдо с фруктами и все их съела.

— Это больше не повторится, — он сжал мою ладонь, — обещаю, Дамиана!

— Лучше обещай мне кое-что другое.

— Что?

— Курс антибиотиков пропить. Это во-первых. И поехать в больницу, если завтра появится воспаление. Это во-вторых.

— Будет еще и в-третьих? — лукаво улыбнулся.

В зеленых глазах снова закружился хоровод смешинок.

— Об этом я тебе за ужином сообщу. — Улыбнулась в ответ. — А пока еще не придумала!

Белая гостиная поразила меня в самое сердце. Я вошла в нее, словно попав на страницы дорогущего журнала не менее дорогих интерьеров. Она казалась такой непорочно белоснежной, что было страшно сделать шаг вперед. Диваны, столик, ковер, воздушная лестница, даже рояль — все сияло белизной.

А потом меня заворожила ночная круговая панорама сквозь окна в пол, благодаря которой мне показалось, что я парю в темно-синем небе над Москвой.

Но благоухающий ароматами, от которых текли слюнки, ужин привлек внимание к куда более приземленным темам. Желудок, не желающий мириться с фруктовой диетой, требовательно забасил. Даян, дав налюбоваться гостиной, провел меня к изысканно сервированному столику. Это он сам расстарался? Или здесь обитает незаметная, как привидение, прислуга? Сделаю себе заметочку на будущее.

Ужин начался. Не заморачиваясь вилками-ложками, я пользовалась теми приборами, на которые ложился глаз. Проигнорировав пахнущее морем огромное блюдо с устрицами, принялась за салатики и закуски, по виду которых оставалось только гадать, из чего они сделаны.

— У тебя ведь нет пищевой аллергии, Дамиана? — вновь с опозданием спохватился мой похититель.

— У меня аллергия только на голод, — усмехнулась в ответ. — Ты всегда так ужинаешь?

— Как? — слегка напрягся.

— Вот так, — кивнула на блюдо с устрицами и прочие изыски из передач про самых дорогих поваров мира. — Нормальную еду вообще игнорируешь?

— Тебе не понравилось? — Даян уязвленно нахмурился. — Прости, снова не удалось угадать твои вкусы. Если хочешь, составь список блюд и…

— Лучше список продуктов, — перебила его. — Люблю готовить. А со вкусами, наоборот, просто. Никакой дорогостоящей экзотики, типа филе из Снежного человека под соусом из Чупокабры, мне не надо. Так что лучше я уж как-нибудь сама. Ты ведь не будешь возражать, если я отожму, так сказать, у тебя кухню? Вряд ли сам любишь стоять у плиты. Готова поспорить, сам ты понятия не имеешь, как духовка включается.

— Согласен, — снова этот задумчивый взгляд.

Кажется, я вгоняю мужчину в ступор. Подавила улыбку. Никто и не обещал, что со мной будет легко. Я приступила к горячему. Потом с трудом уместила в себе десерт — кажется, это был хитро сделанный карамельный пудинг с непонятными ягодами.

Мы поболтали за чаем и, почувствовав, что глаза слипаются, я поблагодарила за ужин. Даян вызвался меня проводить до комнаты, что оказалось нелишним, сама бы я непременно заплутала. Мы медленно пошли к моей спальне, и по пути попали в черно-серебристую комнату. Я почему-то всегда к ней выруливаю. Будто магнитом тянет. А вот и меч в плотных креплениях.

— Красивая пилочка для ногтей, — поддела я Даяна, подойдя к оружию.

Провела пальцем по вязи, которая текла по лезвию. На мгновение показалось, что она вспыхнула огнем — как и в первый раз, когда я любовалась мечом.

— Что? — покосилась на мужчину.

Снова замер и смотрит на меня странным взглядом — со смесью из задумчивости и недоумения.

— Ничего, — отвел свои зеленые реакторы.

— Я люблю холодное оружие, — снова погладила меч. — Красивое и опасное.

— Как и ты, — пробормотал он.

— Что? — мои брови ускакали на лоб.

— Прости.

Так даже неинтересно. Совсем как его экскурсия. В душе тяжелой волной колыхнулось глухое раздражение.

— Я отправляюсь спать, Даян, — зачем-то сообщила ему.