Проснуться драконом - Елена Картур

Сворачиваюсь в кресле по-кошачьи и, положив под голову лапы, вздыхаю.

Дальше. Как вернуться обратно в родное тело – неясно, и удастся ли это выяснить – тоже неясно. До тех пор придется устраиваться здесь. Как следует себя вести? Ну с «хозяином» роль неразумной зверушки уже не сработает, я себя выдала с головой, да к тому же неизвестно, насколько на самом деле другие драконы разумны. Попробовать роль «малыш шкодливый, но умненький»? Люди, как правило, гораздо снисходительней относятся к сообразительным питомцам, особенно если те имеют некоторое детское обаяние и если шкодят, то не всерьез и без радикальных последствий. Значит, решено: демонстрируем доброжелательность, умеренную сообразительность и любознательность. А там видно будет.

Полежав еще несколько минут, я поняла, что за любознательностью дело не станет: спать по-прежнему не хотелось, а после почти целого дня сидения в замкнутом пространстве тело требовало движения и расхода энергии. Да к тому же просто нестерпимо хотелось побыстрей обследовать территорию своего нового местообитания. Возможно, это какой-то драконий инстинкт, но я чувствовала насущную необходимость все понюхать, пощупать и, возможно, даже попробовать на вкус.

Не выдержав, спрыгиваю с кресла и подбегаю к хозяйской кровати. Спит. Ну пусть спит.

Внимательно осматриваюсь, в комнате темно, но мне это совсем не мешает. Так, кровать, кресло – неинтересно. И пушистый ковер: не удержавшись, несколько раз перекатываюсь, чувствуя, как шкуру щекочут жесткие ворсинки; ковер тоже неинтересно. Столик – пустой. Тумбочка – кувшин и медный тазик. Поднимаюсь на цыпочки, чтобы дотянуться до края тумбочки, и зачем-то сую нос в тазик.

Бумс!

Несколько мгновений, сжавшись в комочек, сижу тихо и настороженно прислушиваюсь к тишине, затем опасливо высовываюсь из-под тазика. Спит. Фух! Надо бы поаккуратней, все-таки и свои нынешние габариты учитывать. Это ведь хорошо, что медный таз – вещь относительно легкая и не плоская, так что меня просто накрыло. А вот если бы по голове вот такой дурой? И прощай, крылатая ящерка.

Дальше я старалась обследовать комнату, по возможности ничего не трогая. Понюхать, в конце концов, можно и на расстоянии, а трогать и лизать все подряд – это уже варварство какое-то. Правда, тактильных ощущений сильно не хватало, но я все же старалась держать себя в руках. Впрочем, в комнате ничего особенного больше не обнаружилось. Вообще, обстановка довольно аскетичная, если не считать ковра. Вот ковер был шикарен, да в общем-то и другая мебель не подкачала, но ее было мало. Сразу бросалась в глаза немного тяжеловесная красота старинных и со вкусом подобранных вещей. То есть это на мой взгляд они были старинными, но, вероятнее всего, здесь это был обычный стиль.

Моей сдержанности надолго не хватило – все-таки деятельная драконья натура требовала каких-то более радикальных шагов. И исследований одной только комнаты маловато. Тем более что тут все вещи пахнут только одним человеком, их хозяином. Что в общем-то закономерно, но не слишком интересно. А хочется исследовать весь дом, там наверняка множество незнакомых запахов. Осторожно подбираюсь к двери, толкаю лапой. Не заперто.

«А лучше бы было заперто, опять ведь что-нибудь натворю», – промелькнула последняя рациональная мысль, прежде чем исследовательский энтузиазм захлестнул меня с головой.

Попала я обратно в кабинет, а вот там дверь была заперта, и довольно крупный ключ торчал в замке. Причем, даже встав на задние лапы и вытянувшись в струнку, я до него не дотягивалась. Но это явно не препятствие для неуемного драконьего любопытства. Взлетаю, хватаюсь двумя лапами за ключ и пытаюсь его провернуть, тот поддается на удивление легко, послушно проворачиваясь в замке. Вместе со мной.

Не устаю поражаться феноменальной гибкости своего тела, это ведь уму непостижимо, как можно вот так – едва ли не завязаться узлом и при этом остаться висеть на торчащем в замочной скважине ключе? Который, кстати, начал подозрительно гнуться под моим весом. Начинаю усиленно работать крыльями, дверь с тихим скрипом открывается.

«Может, не надо?» – вяло трепыхнулось сомнение, но в щель уже проникло множество незнакомых запахов, потянувших меня за собой, как магнитом.

Не знаю, можно назвать плюсом или минусом чувствительное обоняние драконов, сравнивать мне не с чем, но сшибающая с ног волна ароматов захватила меня с головой. Я в ней тонула, пытаясь угадать, что и к чему относится, разобрать на составляющие невообразимую смесь запахов человеческого жилья. В хозяйских покоях все-таки преобладал запах одного человека, смешанный с табаком, и там он был довольно устойчив, перебивая остальные, менее значительные. А вот в доме, там можно было учуять и других людей, и много что еще. Какое-то время я завороженно бродила по пустынным в ночное время коридорам, крутя головой в полном ошеломлении и не зная, куда податься, пока носа не коснулся совсем слабый запах съестного. В животе тут же заурчало, запоздало вспомнилось, что я ведь за последние сутки ела всего лишь один раз – давешняя брусника в лесу не считается, вполне вероятно, что в моем рационе эти ягоды присутствовали неделю назад или даже больше. Ибо неизвестно, как долго длилось путешествие, пока я бодрствовала и «отсутствовала» в драконьем теле. Нос сам повернулся на запах, пора поискать пропитание голодному зверю.

В конечном счете собственный нос ожидаемо привел меня на кухню. Было там пусто и тихо, а что обидней всего – несмотря на запах, ничего съестного при беглом осмотре я не нашла. На всякий случай проверила кастрюлю, найденную на печи, та, к моему глубокому сожалению, оказалась не только пустой, но и чисто вымытой. Все самые соблазнительные запахи доносились из-за плотно закрытой двери кладовой. Но добраться до этих закромов у меня, к сожалению, не было никакой возможности. Но это же нонсенс, чтобы на кухне и не было ничего съедобного! Надо только хорошенько поискать.

Первое, на что я набрела, был толстый деревянный бочонок, от которого умопомрачительно пахло какими-то соленьями. Желудок предательски заурчал, заставив на время забыть о продолжении поисков. Я бы сейчас вполне удовлетворилась и мочеными яблоками или же квашеной капустой. Проблема состояла лишь в том, что бочонок этак в два моих роста высотой наполовину прикрыт толстенной деревянной крышкой, сдвинуть которую мне вряд ли под силу, а его содержимое, распространяющее одуряющий запах солений, покоилось где-то на самом дне.

Может, ну его? Не достану ведь!

Я принюхалась и сглотнула. Ладно, разок попробую и, если не получится, возвращаюсь в хозяйскую спальню. Меня в любом случае должны накормить утром. В конце концов, это нелогично – заводить домашнего питомца и не кормить его.

В бочонок я все-таки полезла, зацепившись когтями задних лап за край, попыталась протиснуться в щель между краем и крышкой. Протиснуться-то протиснулась, а вот о том, что когти-то у меня далеко не кошачьи, следовало бы догадаться раньше – вес моего тела они не удержали. С протестующим писком обрушиваюсь вниз, плюхнувшись в рассол. Что-то заскрипело, и резко стало темно. С нехорошим предчувствием поднимаю голову вверх. Не знаю уж, от падения или хвостом зацепила, но крышка съехала, полностью закрыв щель. Тяжелая, между прочим, крышка, а когти у меня, как уже говорилось, не кошачьи, недостаточно острые, чтобы цепляться за разные поверхности. Если вскарабкаться до верха по гладким стенкам бочонка и удастся, то выдавить крышку – вряд ли, съеду просто. Для того чтобы расправить крылья и взлететь, места мало.