Сфера влияния - Вячеслав Васильев

Егор быстро деактивировал клинок, и тут же вновь активировал его, отведя руку с оружием в сторону.

- Третий удар, барон! Вы проиграли! - заявил Белецкий, вновь поднимаясь на ноги.

Фон Ливен замер, отступив на шаг. Казалось, он не мог понять, что произошло. Как, как этот сопляк смог победить его - признанного мастера дуэлей?!

Воспользовавшись наступившим затишьем, Егор занялся своей ногой. Оказалось, он провалился в полураскрывшуюся лепестковую мембрану, прикрывавшую вход в какой-то колодец. Мембрана пропустила стопу, и вновь сомкнулась. Повезло. Если бы мембрана была в рабочем состоянии, Егор бы провалился в колодец целиком. А так... Два удара шпагой, и вот уже нога освобождена. Егор поднял взгляд на побежденного соперника.

И увидел направленный себе в живот «дырокол». Егор не успел даже ничего подумать, как правую часть живота пронзила острая боль. Инстиктивно согнувшись, он прижал руки к ране, выронив шпагу. И тут же почувствовал удар по голове. Подшлемник, конечно, смягчил последствия удара, но ......

Долго разлёживаться в отключке Егору не позволил скафандр. Несколько инъекций медпрепаратов сделали своё дело, и уже через четверть минуты Белецкий открыл глаза.

Чтобы увидеть фон Ливена, укладывающего его деактивированную шпагу в свой контейнер.

-Что?... едва слышно почти прошептал Егор.

- Услышав, что соперник начал подавать признаки жизни, барон перехватил «дырокол» из левой руки в правую, и, сделав шаг назад, поинтересовался:

- Очухался? Ну, и как тебе мой третий, победный удар? Да нет, ты молчи, молчи... Тебе сейчас вредно зря тратить силы: с такими-то повреждениями печени... Я знаю, что мой удар был великолепен... Нет, не открывай рот: Я хочу, чтобы ты пожил как можно дольше... Осознавая, что это твои последние минуты. Энергозапас у тебя, я вижу, закончился. Так что, даже если ты в ближайшее время не сдохнешь от последней раны, выбраться из Мёртвого Облака всё равно не сможешь... С разрубленной то почти пополам печенью. И даже если потом найдут твоё тело... Рана от «дырокола» с виду ничем не отличается от раны, нанесенной шпагой. Твой внешний видеофиксатор я разбил, внутренний у нас обоих заблокирован согласно Дуэльному Кодексу, а на моём внешнем фиксаторе, пока я доберусь до корабля, будет синтезирована вполне убедительная картинка моей победы. Со вставками из реальной дуэли. В общем, ты проиграл. И ты труп.

Фон Ливен помолчал немного, наслаждаясь видом поверженного соперника. Но, видимо, ему очень хотелось выговориться, и он продолжил:

- Не расстраивайся - так бывает... Если тебе станет легче, признаю: Да, я победил нечестно. Но... Победителей не судят. Потому что проигравшие мертвы, и не могут ничего рассказать. Кстати, не все свои прошлые дуэли я провел совсем честно... Зато все - результативно. И в будущем я всегда буду побеждать, таких неудачников, как ты...

Да... Что-то я заговорился. Пора в путь-дорогу. Ага... Ещё: Нам с малышкой Мари будет очень хорошо в моей постели... А теперь пока...

С этими словами барон сильно оттолкнулся от поверхности обломка, и устремился в открытый космос. В нескольких десятках метров от поверхности осколка, на котором проходила дуэль, он резко изменил вектор движения и ускорился. Когда удаляющаяся фигурка в скафандре повернулась к Егору спиной, он увидел, что барон использовал запрещённый Дуэльным кодексом стандартный энергонакопитель к скафандру.

Теперь понятно, как он смог добраться до Барьера быстрее Егора. И как без проблем вернётся к Кораблю. «Дырокол» и энергоблок он, конечно, выбросит по дороге, а шпага Егора и синтезированная видеозапись станет доказательством его победы. Тело проигравшего в Мёртвом Облаке никто искать не станет...

Белизна камеры номер тринадцать гарнизонной гауптвахты Второй Крепости была идеальна. Ровным белым светом светились и потолок, и стены, и пол, и даже неудобный жесткий лежак. На этом идеально белом фоне тёмным пятном выделялся единственный на данный момент обитатель камеры - молодой человек в офицерской форме Русской Империи со споротыми знаками различия. Сегодня был последний день его нахождения на гауптвахте. Ближе к вечеру арестанта должны были переправить на Землю. По приговору Военно-Полевого Трибунала лейтенант ВКС Руси Егор Белецкий был разжалован в рядовые и направлен в штрафбат.

И теперь бывший лейтенант коротал время в ожидании отправки, сидя на нарах, и который раз прокручивая в памяти цепочку событий, приведшую к такому плачевному итогу.

Два месяца назад курсант Сызранского военного лётного училища Егор Белецкий получил погоны лейтенанта и назначение на авианосец «Андрей Первозванный». Вместе с ним такие же назначения получили и девять его однокашников. Однако, как выяснилось, авианосец сейчас находился на выполнении боевого задания, и вернуться к Земле должен был лишь через эти самые два месяца. Так что новоиспеченные лейтенанты были временно направлены на Третью Крепость - циклопическую орбитальную станцию, предназначавшуюся для защиты Земли от вторжения извне. Там они приняли истребители, которым предстояло заменить выработавшие ресурс машины «Андрея Первозванного», и под руководством старших офицеров авианосца, по разным причинам не ушедшим в поход вместе со своим кораблём, занялись облетом новых машин, заодно повышая свое пилотажное мастерство.

В одной группе с Егором оказался и барон Карл фон Ливен - младший отпрыск старинного рода, обладавшего в Империи большим весом. В училище за ним закрепилась репутация повесы и записного дуэлянта. По числу одержанных побед как в дуэлях, так и над женщинами, он, пожалуй, был первым среди всего выпуска. За годы учебы Егору не довелось свести близкое знакомство с бароном - несмотря на то, что Белецкий тоже был дворянином, он принадлежал к обедневшей ветви далеко не такого славного и древнего рода, а кичившийся древностью и чистотой своей крови фон Ливен гнушался водить знакомство даже с теми потомственными дворянами, которых он считал ниже себя. А уж выходцев из мещан он и совсем старался не замечать, хотя все недворяне по окончании военного училища получали пожизненное дворянство, и теоретически стояли на одной ступени социальной лестницы с бароном. Ну, по крайней мере, ненамного ниже.

Тем не менее, пилотом фон Ливен был отменным - одним из лучших в выпуске. И на Крепости приглядывающие за молодняком старшие офицеры не могли им нахвалиться. Егор Белецкий в пилотаже тоже был на высоте, и между ним и бароном развернулось негласное соперничество. Так получилось, что соперниками они стали и в личной жизни.

Согласно законам Империи женщину принять на службу в армию было можно, но только после того, как она родит троих детей. Понятно, что при таких условиях молодых девушек в войсках не было. Да и вообще женщин в армии было не то, чтобы много. Но в Третьей Крепости проводила какие-то свои никому непонятные научно-исследовательские работы группа яйцеголовых из Императорской Академии. Со своими помощниками и ассистентами. И ассистентками...

Так получилось, что на одну из них - стройную фигуристую шатенку Марию Ковальчик положили глаз и Белецкий, и фон Ливен. И если в пилотажных делах Егор держался с «фоном бароном», как окрестили фон Ливена в училище, на равных, то в делах амурных высокий стройный белокурый красавец Карл был вне конкуренции. Женщины вешались ему на шею пачками. Не стала исключением и Мари. К знакам внимания со стороны внешне ничем особо не блистающего Егора она осталась равнодушна, а вот с бароном проводила всё свое свободное время. Притом, как оказалось, не только днём.