В цветах ночи - Эльма Зеленжар

Голос Бонамико развеял марево мыслей. Терций еще раз глянул на огромную лестницу, скульптуры, поток народа и толпу гомункулов, смиренно ожидающих у входа — на мессу их не допускали. Считается, что Великий Ткач прядет судьбу любой живой твари, но не гомункулов.

— Нет, Амико. Идем домой.

«Не сейчас».

Иззе уже ожидал их в гостиной, брезгливо придерживая кончиками аристократических пальцев кружку горячего вина. На коленях у него лежала широкополая шляпа, украшенная длинной мантильей.

— Слава Матери Ночи, — сказал он, отложив кружку в сторону. — Я думал, придется ждать всю мессу.

Сильвия Младшая виновато потупила глаза. Впустила, хотя он и не давал такого распоряжения. Терцию это не понравилось. Может, и правда стоило нанять Лирду? Та бы самого короля не пустила на порог.

Терций предложил эльфу пообедать.

— Покорно благодарю, — ответил Иззе, — но, может, после обсуждения наших дальнейших планов? Предпочитаю не совмещать еду с делами.

— Хорошо. Скажите, Иззе, мог ли церемониальный кинжал дроу попасть в руки людей?

— Иногда мы дарим такие. Только делаются они специально, на подарок. В противном случае это может оскорбить Матерь Ночи.

Подарок… Чья-то частная коллекция?

— Например, — продолжил Иззе, — лет пять назад мы обменивались реликвиями с колледжем… Забыл… Вы раньше в нем преподавали.

Колледж Святой Приски, второй по значимости в Карамаргосе, имел небольшую музейную коллекцию артефактов из Вечной Ночи. Можно уточнить, не пропадал ли у них один из экспонатов.

— Насколько я знаю, Саурес преподавал в колледже Святого Лура… — Терций задумался. — Надо бы там расспросить о нем и на месте раскопок в Мертвом городе. Хм, у него есть семья?

Иззе покачал головой:

— Разве что слуги и ученики.

— Хорошо бы их расспросить. Еще у меня возникло несколько вопросов к Яззару.

— С этим проблема. — Иззе нахмурился. — Художник пропал. После вашей встречи он отправился к одному из купцов закончить портрет. Так и не дошел. Испарился вместе со своими слугами

Укол в грудину. Неужели все-таки Яззар обвел его вокруг пальца?!

— Вы проверили порт?!

— Разумеется. Ни один корабль Вечной Ночи не отплыл. С человеческими, как вы понимаете, сложней, но наши агенты сейчас этим занимаются.

«Нужно проверить алиби Яззара! Хм, интересно, а Лирда была последней, кто его видел?»

— Держите меня в курсе, — сказал Терций. — И еще кое-что. Ваша сегодняшняя слежка была слишком пристальной. Вы меня не на шутку встревожили.

— Простите. — Зачерненные брови эльфа выгнулись дугой. — Слежка? Всю ночь и утро я искал художника. Приказ матриарха.

Терций заметно побледнел.

Глава 3. Таинственный наследник

Иззе понял Терция сразу, только взглянув на испуганные глаза. У самого при этом начисто пропало какое-либо выражение. Надгробная статуя, и та выглядит эмоциональней.

— По правде говоря, я с сомнением отнесся к предосторожности госпожи матриарха по поводу вашей безопасности, — сказал дроу, надевая шляпу. Мантилья окончательно закрыла от Терция лицо говорящего. — Теперь я вижу, что она не зря волновалась. Я немедленно доложу ей об этом. А вы оставайтесь дома. Никому не открывайте до моего возвращения.

Здравая мысль. Терций и так не на шутку испугался слежки. Но пока он отсиживается в убежище, убийца может окончательно замести следы. А если госпожа Валасте потеряет все, то на дно погрузится и вся его жизнь.

— Нет, Иззе, у меня другая идея, — ответил Терций. — Я собираюсь пойти в Мертвый город. Возьму с собой Амико, он сможет защитить меня, если потребуется. Вы же отправляйтесь к госпоже послу. Еще я хочу, чтобы вы зашли к Сауресу, опросили слуг.

Иззе удивленно хмыкнул из-под мантильи, но ничего не сказал. Только после его ухода Терций понял, что, кажется, сделал большую глупость. Во-первых, добровольно подверг себя опасности; во-вторых, послал темного эльфа к людям, которые уверены, что их господина убил темный эльф. За Иззе он не переживал. Этот унесет ноги откуда угодно. А вот повторить визит к Сауресу придется уже самостоятельно.

— Вы сказали, что я смогу вас защитить, — с сомнением протянул Амико. — Я… не уверен.

— Ты неплохо обучился за восемь лет. — Терций погладил гомункула по сиреневой голове. — Дерешься куда лучше меня. Не сомневайся в себе.

Прежде чем выйти в город, они припрятали в одежде по кинжалу. Носить при себе клинок было непозволительной роскошью и совсем не по статусу, но это было их единственное оружие помимо бдительности.

Еще на подходе к Мертвому городу Терций поразился удивительной тишине. Если Карамаргоса была полна городского шума, пригород — пением птиц и голосами домашнего скота, то здесь словно падал отделяющий от окружающего мира занавес. Ни стука молотков, ни шуршания песка под ногами, ни криков и брани бригадиров. Абсолютное безмолвие, только ветер рисовал узоры между старых зданий. Куда подевался весь народ?

— Будь начеку, Амико, — предупредил Терций.

Из-за угла здания показалась одинокая фигура и медленно приблизилась к ним. Это был тот самый белоснежный гомункул, который водил их вчера по руинам. Он медленно поклонился:

— Добрый день. Что требуется господину?

— Я пришел задать еще несколько вопросов по поводу раскопок. — Терций снова оглянулся. — Где ваш хозяин? Где все?

— Все? — гомункул посмотрел по сторонам, улыбнулся. — Отправлены на другие работы. На какие точно, мне неизвестно.

— Что это значит? А как же раскопки?

Гомункул вздохнул:

— К сожалению, со смертью господина Сауреса раскопки временно остановили. Вчера вы застали последний день.

Терций удивленно кивнул на гомункула:

— А… вы?

— А я был создан специально для помощи в раскопках Мертвого города. Я буду ждать их возобновления. Несмотря на все разногласия.

— Разногласия?

— Да. — Гомункул печально кивнул головой. — В последнее время господин Саурес очень сильно нервничал. У него был конфликт с руководством.

— Руководством?

— Жречеством, — уточнил Белый. — Не знаю деталей, но я был создан обращать внимание на все, что может повлиять на раскопки.

Какая удача. Этот гомункул многое мог рассказать. Терций предложил ему прогуляться, и тот благодарно согласился. Лилеон в лучах полуденного