Баллада о байкере - Олег Силин

Пепельные волосы выбивались из-под фиолетово-черной банданы, темно-вишневая куртка ладно охватывала фигуру. Девушка поигрывала пистолетом, время от времени заправляя за ухо прядь светлых волос.

– Кто это? – тихо спросил я у Джима.

– Не знаю, но с удовольствием бы узнал. И не раз.

Вожаки перешли на повышенные тона. То один, то другой вставляли крепкие словечки. Байкеры зашевелились: удобнее брались за пистолеты, подтягивали перчатки со вшитыми металлическими пластинками.

– А я говорю – не бывать этому! – рявкнул главный «ангел». – Мы свою территорию не уступим!

– Теряем время! – возвысил голос и Сумрак.

У меня вспотели ладони. Еще минута-другая – и драки не миновать. Противно защипало в носу, он уже предвкушал, как ему достанется.

Наш вожак быстро начал втолковывать что-то конкуренту, рубя воздух рукой.

Эмоциональная тирада завершилась. Наступила тишина.

Главный «ангел» расхохотался, хлопнул Сумрака по плечу и со словами: «Это ж другое дело!» повернулся к своим.

Я вытер пот со лба. На дороге все совсем не так, нет этого тягучего ожидания. Там решает быстрота реакции и скорострельность. Успел – жив, не успел – молись, чтобы промазали.

– Мы договорились, – сказал Сумрак, подходя к нам. – От «Магистрали» конвой поведут четыре райда, от «Ангелов» – двое.

– Надо было вломить им чертей, чтоб знали, как соваться. Селюки оборзели! Тут разговор нужен короткий, без рассусоливаний, – начал возмущаться Казак, прозванный так из-за седых усов и лысой головы. Бродили слухи, что Казак бреет голову, чтобы не была заметна плешь на макушке.

– Раньше – быть может. Но сейчас решаю я, – отрезал Сумрак, – и я решил договориться. А ты, – главный ткнул пальцем в Казака, – вернешься в Белгород. Я снимаю тебя с конвоя. Остальные бросьте жребий, кому возвращаться, – и по коням, задержались мы тут, заказчик будет не в восторге.

Я поискал глазами девушку на «Харлее». Она надевала блестящий черный шлем.

– На что уставился, Змей? – спросил вожак. Проследив за моим взглядом, он криво усмехнулся. – А, Дэйзи. Дам тебе совет, парень: выбрось ее из головы. Здоровее будешь.

«Значит, ее зовут Дэйзи? – подумал я. – Надо запомнить. А выбрасывать ее из головы или нет – сам решу».

Я засмеялся, нахлобучил шлем и оживил «Кавасаки». Байк рыкнул, и колонна помчалась в город.

– Слышь, Змей, вечером домой думаешь?

– Особо не рвусь, а что?

– Двинули в «Дубки», там сегодня наши собираются.

Я мысленно поморщился. Бар «Дубки» имел репутацию места не слишком приятного. Впрочем, пользовался он такой славой как раз из-за байкеров. Довольно часто «магистральщики» собирались там пропустить кружечку пива, а после возвращения из конвоя, бывало, закатывали обильные пирушки. К тому же заведение располагалось недалеко от терминала, посему заезжие райды и дальнобойщики тоже не обходили его вниманием.

Мне оно не нравилось по другой причине: слишком громкая, бьющая по ушам музыка, из-за которой приходится орать, чтобы тебя услышали. Да и сам репертуарчик был не того.

– Там что-то интересное намечается?

– Как всегда по пятницам: стопка водки бесплатно и девочки после полуночи.

– Дааа… Шикарно живем!

– Тебе че, не нравится?

– Да нет… Ладно, поехали. Может, летнюю площадку открыли.

…Еще за пару сотен метров до бара я услышал грохот музыки и представил, что же творится внутри. Получалось – ничего хорошего. Сиреневый полог над входом на поверку оказался клубами сигаретного дыма, вываливающимися из дверей. Во дворе стояло неожиданно много байков. Тут я увидел притаившийся в тени «Харлей». Даже странно, как удалось разглядеть, ведь хозяйка спрятала его за чьим-то раздутым «Делойтом». Наверное, подсознательно искал.

– Джимми, слобожане здесь.

– Ха-ха. Отлично. Может получиться славная драчка!

Я глянул на Джима. Тот был возбужден, глаза лихорадочно блестели. Вот зараза, где-то успел хватить крепчака. А сейчас еще водки накатит… еще проблема на мою голову.

– Чего уставился?

– Ничего. Идем.

Музыка ударила по ушам, и я на секунду оглох. Смутные тени бродили в дыму, у меня запершило в горле, а нос подсказал, что курили не только сигареты. Моему земляку было на все это наплевать, он уже поглядывал по сторонам, выискивая компанию.

– Вон, смотри, Казак и пацаны сидят! Айда туда!

– Не, на фиг. Я лучше к окошку сяду. Потом подойду.

– Ну, давай.

Джимми рванул к сдвинутым столам. Наши заняли козырное место возле самой сцены, у поблескивающего металлом шеста. Часа через два-три на них будут орать, чтобы подвинулись. Из глубины зала хорошо просматривался только Казак, а сравнивать его с танцовщицами…

Подошла официантка в очень скромном наряде. Скромном в смысле количества ткани. Поставила на стол стопочку водки, накрытую маленьким соленым огурчиком, и положила меню. Я раскрыл папку и захрустел огурцом. Качественной водки здесь никогда не подавали, а бесплатно – уж подавно.

– Выбрали?

Я демонстративно глянул на часы. Прошла минута, можно ли за такое время выбрать что-нибудь? Пожалуй, в таком заведении можно.

– Пиво.

– Какое?

– Какое есть? – Хорошо, если четверть названий из меню действительно будет в наличии.

– Есть «Пикур»…

– Не надо!

– Есть чешское.

– Калужское, в смысле?

– Да, чешское, – барышня стояла на своем.

Я вздохнул.

– «Взбалтика» есть?

– Бутылочное.

– Давайте. И пожевать чего-нибудь.

– Могу предложить жевательную резинку.

– Двенадцать баллов, – пробормотал я. – Тогда нарезку и чипсы.

Мне принесли пиво и тарелку с ветчиной в красном перце. Я взял бокал, сделал небольшой глоток и осмотрелся. Обычных посетителей немного, всего три или четыре столика занято. Две большие компании «магистральщиков». И возле длинной стены давешние «Серые ангелы» почти в полном составе. А среди них спиной ко мне – Дэйзи. Она сняла бандану, ее волосы свободно расплескались по плечам. Светлая кожа резко контрастировала с черной майкой и в полутьме зала, казалось, сияла.

Я задумался, как начать разговор и не выглядеть при этом идиотом, желающим познакомиться. Но, с другой стороны, я ведь хочу с ней познакомиться! Тогда как не выглядеть просто идиотом?

К очаровательной райде, пошатываясь, подвалил Джимми. Он тяжело опустил руку ей на плечо и, видимо, что-то сказал. Я не мог услышать слов при всем желании: музыка мешала. Один из слобожан привстал было, но девушка уверенным жестом остановила его, повернулась к Джиму и улыбнулась. Ухажер воспрянул и попробовал галантно то ли пригласить даму потанцевать, то ли отвести к себе за столик. Галантно не вышло, получилось скорее по-медвежьи. Дэйзи, придерживая Джима, поднялась и, все так же улыбаясь, шепнула ему что-то на ухо. Через секунду в музыку вплелась ария гориллы в исполнении старооскольского байкера, и он грохнулся на пол, хватаясь за кисть. Дэйзи преспокойно села обратно.