Война сказок - Сергей Сухинов

– Кто брак – это я брак? – еще больше обиделся тролль. – Какая жестокость – так обращаться с юношей, который только начинает свою многострадальную жизнь, овеянную бурями и штормами, ураганами и цунами, торнадо и…

Дверцы стенда захлопнулись, и стенания тролля стихли. Оба наладчика, весело переговариваясь, ушли. И тут же за спиной Саманты раздался бодрый голос:

– Жаль все-таки этого громилу – чувствую, пойдет он сегодня на переплавку за здорово живешь… Может, выпустим его, Эмми?

Девочка вздрогнула и резко повернулась, еле удержав равновесие. Колени ее предательски подогнулись, руки задрожали. Но рядом никого не было!

– Кто… кто это сказал? – срывающимся голосом спросила она.

Раздался тихий смешок. Она опустила глаза и увидела небольшого толстого человечка с румяными щеками и волосатыми ногами, одетого в клетчатую ковбойку и короткие полосатые брюки. Человечек не сводил с нее вишневых глаз, в которых искрились веселые огоньки.

– Кто… кто вы такой? – еле слышно пробормотала Саманта.

– Неужели не видно? – обиженно протянул коротышка, забавно вытянув губы дудочкой. – А еще выдает себя за знатока сказок…

– Вы… хоббит? – с изумлением выдохнула девочка. – Но как же?.. Ведь хоббиты Проектом не предусмотрены… И как вы узнали?..

Маленький человечек вскочил и, быстро перебирая коротенькими ножками, помчался наверх – словно вихрь пронесся. Девочка в испуге обернулась. Ей показалось, что среди матовых кубов тихо скользнула гибкая тень. Собрав волю в комок, она не спеша, с достоинством пошла наверх, но ее не оставляло чувство, что из мглы опустевшего зала за ней следят чьи-то колючие, недобрые глаза.

* * *

В уютной овальной комнате, заставленной до потолка сборниками сказок всех времен и народов, царила тишина. Узкое стрельчатое окно выходило в сторону Лисьего холма, где среди невысоких сосен белел купол Лаборатории. Девочка огляделась в растерянности по сторонам – хоббита и следа не было! Но здесь и спрятаться негде…

– Не нашла, – хихикнул кто-то рядом. – И что у вас, людей, за глаза – вроде и смотрите, а ничего-ничегошеньки-то вы не видите…

Хоббит неожиданно вынырнул из-за маленького столика, заваленного книгами в роскошных переплетах. Усмехаясь, он остановился посреди комнаты, заложив руки за спину и чуть склонив голову набок.

– Отвечаю на твои вопросы, милая Эмми, – наконец важно произнес он. – Итак, вопрос первый: настоящий я хоббит или нет? Считаю, что это вопрос бестактный и очень даже глупый. Вопрос второй: откуда я знаю, что твое настоящее имя вовсе не Саманта? Это другое дело, это, что называется, взять рога за быка…

– Наоборот, – улыбнувшись, поправила хоббита девочка.

– А-а-а… Простите, я хотел сказать – взять быка за бока, – невозмутимо поправился маленький человечек, поглаживая свои густые курчавые бакенбарды. – Или что-то в этом роде… Ну вот, сбила… О чем это я хотел рассказать?

– О том, как вы узнали…

– Понял – и прошу тебя помолчать, иначе, клянусь святым Бильбо, я опять собьюсь!.. Э-э… Так вот, мы, хоббиты, хорошо знали миссис Ангелину Бакст, а заодно и тебя.

– Но откуда же?..

– Откуда? Смешной вопрос и очень даже глупый – откуда. Ясное дело – из норки! Помнишь, в бабушкином саду, среди корней старого вяза, была огромная-преогромная нора…

– Конечно, помню! – обрадовалась девочка. – Как-то в детстве я попыталась туда забраться, только голова и пролезла…

– Точно, пролезла! – передразнил ее хоббит, укоризненно поджимая толстые губы. – И едва не придавила своей огромной головищей вашего покорного слугу, который сидел на камне и мирно грыз орехи… Кстати, – хоббит наклонил голову и шаркнул правой ногой, – я, кажется, забыл представиться… И все потому, что ты постоянно меня сбиваешь… Вот и сейчас сбила – о чем это я хотел сказать?

– Вы хотели представиться, – смеясь, напомнила забавному человечку Эмми – Саманта.

– Разве? Разве я еще не назвал свое имя? Какой позор… Я никогда не допускал большего промаха – клянусь доблестным Фродо! Меня зовут Сэмбо. Готов служить тебе, прекрасная громила…

Саманта, она же Эмми, в досаде топнула ногой.

– Не называйте меня громилой, прошу вас, милый Сэмбо. Я помню из сказок Джона Толкина, что так вы зовете нас, людей. И все равно это не очень воспитанно: говорить девочке, что она – громила.

– Ах, подумаешь, какие вы чувствительные! – надул толстые розовые щеки Сэмбо. – Ну да ладно, сейчас не время для обид. Как говорится: потехе время – делу час…

Девочка хотела вновь поправить самоуверенного хоббита, но удержалась – вдруг он опять обидится?

– Вот именно – делу час. Я никогда ничего не путаю, прошу запомнить! И этот час дела настал…

Сэмбо замер на полуслове. Его круглые уши отчетливо зашевелились под шапкой жестких кудрявых волос, ноздри раздулись.

– Что такое? – прошептала девочка, испуганно оглядываясь по сторонам. Ей вспомнилась неясная тень, мелькнувшая среди синтез-стендов… Но разве это была не кошка?

– Тссс! – поднял предостерегающе палец Сэмбо. – Я сейчас…

И он мигом исчез, словно и не стоял только что посреди комнаты.

Минуты через три он вновь вырос словно из-под земли – на этот раз у окна. Вскарабкавшись на подоконник, хоббит осторожно выглянул из окошка, всмотрелся – и даже крякнул от досады.

– Ушел! Это же надо – ушел! Растяпа я, растяпа!

– Кто ушел? – озадаченно спросила девочка, с подозрением оглядываясь на темный провал двери.

– Кому надо, тот и ушел, – грубо буркнул Сэмбо, неуклюже слезая на пол. – Будем надеяться, что он нас не подслушивал. А теперь продолжаю. О чем?

– О норке.

– Да, о норке. Мои предки жили под Ясеневым холмом за много веков до того, как там появились первые люди – я уже не говорю о твоей бабушке. Но с громилами у нас общих дел нет. Смотришь только, чтобы они не раздавили тебя ненароком лошадьми и всякими повозками!.. Разговариваем с ними только в самых крайних случаях. Только единственный раз наше племя пустило к себе человека, да и то не здесь, а далеко, за океаном…

– Я знаю, – кивнула Саманта, светящимися от любопытства глазами следя за толстяком. – Это был англичанин по имени Джон Толкин, живший в прошлом веке… Его сказочные повести о вас, хоббитах, знает весь мир!

Хоббит поморщился, будто съел ложку горчицы.

– Надо же, как обрадовала, – свирепо сказал он, смешно подергивая коротким носом. – Из-за этого мне теперь и расплачиваться! Я не Бильбо и не Фродо и о всяческих жутких приключениях люблю слушать, сидя в мягком уютном кресле за вечерним чаем… А какое нынче может быть чаепитие, коли такие дела вокруг творятся? Читали бы вы, громилы, россказни вашего Толкина – уж не знаю, что он о нас там наврал! – читали бы и в наши дела не совались. Мало того, что землю везде присвоили – негде и норки нормальной выкопать. Так нет, еще решили всю нечисть, о которой мы, нынешние хоббиты, только из легенд и слышали, вновь выпустить на свет! Знаешь ли ты, что последний тролль погиб под обвалом скалы еще пять веков назад? Про орков не слыхать лет двести, не меньше… Гномы – о, великий Гэндальф! – на земле вновь появились угрюмые, завистливые гномы! На прошлой неделе я своими глазами видел парочку этих корыстолюбцев, копавших яму у подножия Меловой горы – ну той, из новых… как-то они по-дурацки называются…