Седьмой сын - Джозеф Дилейни

С каждой минутой я нервничал все сильнее – ведь скоро мне предстояло спуститься в подвал. Я очень хотел пройти испытание Ведьмака – но как же я мечтал оказаться подальше отсюда, в безопасности и в своей теплой постели!

После очередного одиночного удара колокола – было уже половина двенадцатого – из подвала вновь донеслись зловещие звуки… Опять послышались тяжелые шаги на лестнице, дверь снова открылась, и неизвестное существо вошло в комнату. Мое сердце бешено колотилось и готово было вот-вот выпрыгнуть из груди. На этот раз существо не свернуло в сторону окна, а приближалось ко мне. Бух! Бух! Бух!

И вдруг меня, как котенка, грубо схватили за волосы на затылке. Потом невидимая рука обхватила и сжала так, что стало трудно дышать – грудь будто что-то сдавило. Меня понесли в подвал. Я никого не видел, только слышал чье-то прерывистое дыхание и изо всех сил пытался вырваться из мертвой хватки, потому что знал, что ждало меня впереди. Это страшное существо несло меня в темноту подвала, где была вырыта могила. Оно собиралось похоронить меня заживо!

Я так испугался, что не мог даже кричать – меня словно парализовало, и я был не в силах пошевелить ни одним мускулом.

И вдруг я начал падать…

Я оказался на четвереньках возле открытой двери в подвал, в нескольких дюймах от верхней ступеньки. Сердце бешено стучало. Я вскочил и, резко закрыв дверь, вернулся в комнату, где обнаружил, что одно из правил Ведьмака нарушено: свеча погасла.

Неожиданно комнату осветила яркая вспышка молнии, а затем прямо над головой послышался громкий раскат грома. Дождь лил как из ведра и бил в стекла, а входная дверь скрипела так, будто кто-то рвался с улицы в дом.

Несколько минут я не отрываясь смотрел в окно, наблюдая за вспышками молний. Это была ужасная ночь. Хоть гроза и пугала меня, я бы все отдал, только бы не встречаться больше с тем существом из погреба.

Раздались удары колокола на часах – ровно двенадцать. Теперь мне предстоит самому спуститься в подвал.

Когда молния вновь озарила комнату, я заметил на полу огромные следы. Сначала я подумал, что их оставил Ведьмак, но потом увидел, что они черного цвета, будто чьи-то башмаки были покрыты угольной пылью. Следы вели от кухонной двери к окну, а затем в обратную сторону. В подвал. В страшную темноту, куда мне придется сейчас пойти!

Заставляя себя двигаться вперед, я нашарил на полу огарок свечи и свои вещи, среди которых нашел трутницу отца. Я на ощупь вытряхнул из нее на пол кусок трута и попытался высечь искру сталью и камнем. Трут загорелся, и я смог зажечь свечу. Отец и не подозревал, что его подарок пригодится мне так скоро.

Когда я открыл дверь в подвал, вспыхнула молния, и внезапный раскат грома сотряс весь дом, даже ступеньки задрожали. Я стал спускаться вниз, руки предательски тряслись, и пламя свечи отбрасывало на стены уродливые тени.

Мне было очень страшно, но если я не пройду испытание Ведьмака, то уже на рассвете он отправит меня обратно домой. Как же мне будет стыдно перед мамой!

Пройдя восемь ступенек, я повернул за угол и смог заглянуть в подвал. Он был небольшой, в углах лежали черные тени, а с потолка грязными лохмотьями свисала паутина. Земляной пол был усыпан маленькими кусочками угля, повсюду валялись большие плетеные корзины, а рядом с пивной бочкой стоял старый стол. Я обошел бочку и заметил что-то в дальнем углу. Я так испугался, что даже выронил свечу.

Своими очертаниями неведомое существо было похоже на кучу тряпья. Оно издавало слабые равномерные звуки, напоминающие дыхание.

Я сделал шаг вперед, затем еще один – для чего мне потребовалось собрать всю волю в кулак. Когда я подошел к нему на расстояние вытянутой руки, существо неожиданно поднялось. Из небольшой тени на полу оно превратилось в великана, в три-четыре раза выше меня, с зелеными сверкающими глазами, в плаще с капюшоном. Я едва не бросился наутек, меня сковал животный страх.

И тут я заметил посох в его левой руке.

– Почему так долго? – поинтересовался Ведьмак. – Ты опоздал почти на пять минут.

Глава 4
Письмо

– Я жил в этом доме, когда был ребенком, – сказал учитель, – и я видел такое, от чего у тебя бы волосы на голове встали дыбом. Только я мог видеть эти странные вещи, и отец часто бил меня за то, что я якобы вру. Ты, кажется, видел то же самое – что-то страшное выползало из подвала, ведь так?

Я кивнул.

– Тебе нечего бояться, парень. Это всего лишь душа, которая не может найти покоя. Она не смогла расплатиться за свои грехи, поэтому вынуждена сидеть здесь в заточении вечность.

– Что же натворил этот человек? – спросил я, и мой голос эхом прокатился по подвалу.

Ведьмак грустно покачал головой:

– Бывший хозяин этого дома был рудокопом. Но его легкие засорились, и работать он больше не мог. День и ночь он кашлял, его мучило удушье, а его бедной жене приходилось содержать их обоих. Она работала в пекарне, и, к большому несчастью, была невероятно красивой женщиной. Женщинам вообще редко можно доверять, а уж красивым – тем более. Хуже всего то, что этот человек был очень ревнив, и болезнь только ухудшила его характер. Однажды вечером жена задержалась на работе, а он все ждал ее у окна и ходил из угла в угол, с каждой минутой злясь все сильнее. Ведь он думал, что она проводит время с другим мужчиной. Когда женщина наконец пришла домой, он уже был в такой ярости, что раздробил ей голову большим куском угля и оставил умирать на полу, а сам отправился в подвал копать могилу. Когда он вернулся, она была еще в сознании, но не могла двигаться и даже говорить – это ее страх охватил тебя, потому что она знала: муж собирается отнести ее в темный подвал и похоронить заживо… А ночью он покончил с собой. Грустная история. Теперь они оба уже не в нашем мире, но неупокоенная душа рудокопа до сих пор здесь, как и последние ощущения его жены. Они настолько сильны, что беспокоят таких, как мы – людей, обладающих особым даром. Иногда он становится проклятием, но в нашем деле без него никак.

Я поежился. Мне было жаль бедную жену рудокопа, которая была так жестоко убита, да и его самого тоже. Мне стало жаль даже Ведьмака – не представляю, как он смог так долго жить в этом страшном доме.

Я посмотрел на свечу, стоявшую на столе. Она почти догорела, и тени от пламени отплясывали на стенах свой последний танец, но Ведьмак и не думал идти наверх. Мне было не по себе от теней на его лице. Оно постоянно менялось, и казалось, что у него растет звериная морда.

– Знаешь, как мне удалось преодолеть свой страх? – спросил он.

– Нет, сэр.

– Как-то ночью я был настолько напуган, что не выдержал и стал кричать на весь дом, разбудив семью. Отец в ярости схватил меня за шиворот и потащил в подвал. Потом он взял большой молоток и заколотил дверь, оставив меня тут одного. Мне было тогда лет семь. Я поднялся по ступенькам, стал кричать и изо всех сил колотить в запертую дверь. Мой отец был человеком жестким – он оставил меня здесь до рассвета. Через некоторое время я успокоился… и знаешь, что я сделал потом?