Череп в небесах - Ник Перумов

Он резко поднялся, коротко, отрывисто кивнул мне и вышел.

* * *

Отец был в ярости. Он, что называется, рвал и метал.

– Негодяи. Ну какие же негодяи, – только и повторял он, нервно меряя шагами кабинет.

– А и впрямь, пап, чего ты от них ожидал? Приступа безумного патриотизма?

– Скидки по старой памяти, – буркнул отец. – Почти четыре миллиона марок наличными, это ж с ума сойти можно! И только за самый минимум миниморум! А за полное решение проблемы – четырнадцать! Да знает ли он, что…

– От таких скидок ожидать не приходится, – прервал я отцовское возмущение. Папа вздохнул, покивал, успокаиваясь, провёл ладонью по лайковой коже старого кресла, по спинке, на которой, помню, я так любил сиживать в детстве, воображая себя за рычагами штурмовика.

– Правильно, Рус, правильно. Не могу не признать – кое-что интересное Конрад тебе всё же высказал. Насчёт тех же антигравитаторов и контролируемого вторжения. Горячие головы в Империи могут попытаться использовать такую стратегию.

– Это не стратегия, а дерьмо, – мрачно ответил я.

Кабинет скупо освещала лишь настольная лампа. Была ночь, но у отца, я знал, на полную мощность (как всегда) работала техника защиты от подсматривания и подслушивания.

– Тем не менее ничего лучшего у нас пока всё равно нет, – заметил отец.

– В каком смысле?

– Нельзя недооценивать контрразведку…

– Нельзя, – перебил я отца. – Однако они уже прокололись один раз – когда решили, что полиграф есть последнее и полное решение всех их проблем. Удивительно, что они ещё оставили хоть кого-то на простой оперативной работе!

– Это верно, – отец примирительно поднял руку. – Однако мы до сих пор не владеем всей информацией. И я предпочту…

– Ну да, переоценить врага… только как бы эта переоценка нас вконец не запугала.

– Экий ты ершистый сегодня, – усмехнулся отец. – Помолчи и послушай меня. Я думал над этим… над подобным… последние двадцать лет. Если не больше.

– И что же? – всё-таки у меня прорывался сарказм. Нельзя. Нехорошо… не по-людски.

– А вот что. Есть отличная от нуля вероятность, что имперская контрразведка на самом деле добьётся воплощения в жизнь теории «контролируемого вторжения». Это один вариант. Антигравитаторы – такая добыча, что ради неё эти, во Внутренней Безопасности и в гестапо, с радостью отдадут на съедение пару-тройку планет. Но какова ж Дариана! Не побоялась, воспользовалась «подарком»…

– На самом деле, пап, это очень слабое место. Во всех наших теориях.

– Почему, сын? Я знаю Дариану. Она авантюристка, каких мало. И, как я говорил, никогда не умела мыслить стратегически.

– Папа, я рассказывал всю историю Конраду… и как-то оно всё само собой разложилось по полочкам. Да так, что я теперь думаю, рассказ Кривошеева – совершеннейшая фантастика. «Посылка». «Подарок». Почти как в древней песне – «прилетит вдруг волшебник в голубом вертолёте»… Туда, где занимаются биоморфами, с необычайной точностью попадает «посылка», сама объясняет людям Дарианы, что с ней делать… И потом, антигравитаторов, если верить услышанному, изначально было всего пять. А потом с неба начинают падать остальные. Их точно так же подбрасывают людям Дарианы. Отец, ты говорил, вы с мамой очень долго спорили, вы много лет пытались разрешить эту загадку – разве тебе самому не видно, что версия Кривошеева шита белыми нитками?

– Ты думаешь, он солгал? – папа поднял брови.

– Нет. Мне кажется, дело обстояло всё-таки несколько посложнее. Кривошеев, может быть, и искренен, хотя… Кажется мне, он просто не знает всего.

– Ты хочешь сказать, – прищурился отец, – что Егор наш Фёдорович просто повторяет то, что ему рассказали? Что он сам этого не видел, и…

– Так ведь, пап, ты лучше меня знаешь, где он бывал и чем занимался двадцать лет назад!

– Не двадцать, несколько поболее, – проворчал отец. – Мы тогда все были ещё совсем молодые.

– Кстати, да, – заметил я. – Как таким, гм, «юным бойцам», удалось провернуть столь сложную операцию, как рассылка биоморфов по разным университетам? То есть в руки надёжных, проверенных людей, могущих организовать настоящие исследования, занимающих немалые должности? Сопротивление существовало уже тогда, верно? Но оно не могло…

– Мы были самым активным звеном, – вздохнул отец. – «Непримиримыми». Самыми младшими. Само собой, там хватало людей и кроме нас, но до наших дней дожили совсем немногие. Те, кого я порывался найти.

– А отозвался один Конрад…

– Совершенно верно, – папа невесело кивнул. – А вот тем, кто исследовал биоморфы на других планетах, отчего-то очень не повезло в жизни – почти все они погибли при загадочных обстоятельствах. Кое-кто поспешил скрыться. Я слышал, что люди Дарк отлавливали и уничтожали «предателей» вплоть до Внутренних Миров. Убивали даже на Земле, говорилось.

– И всё-таки вернёмся к антигравитаторам. Папа, ты ведь сам их не видел, верно?

– Верно.

– Если следовать «модели Кривошеева», то агрегаты эти должны были прилетать сами, аки Божьи ангелы. Егор болтал, будто сперва существовала какая-то «инструкция» о том, как сопрягать антигравитатор с «маткой». Значит ли это, что везде и всюду, на Омеге-восемь, на Иволге, здесь, у нас, генератор подсаживался к «матке» руками людей?

– Хороший вопрос, – задумался отец. – Из слов Кривошеева это напрямую не следует, но… Я думаю, что если неведомые «отправители» тех антигравов были способны точно нацелиться именно на нужный университет и именно так, чтобы «посылку» обнаружили бы те, кому следовало, – им нет проблем забросить всё, что угодно, на любую планету.

– Если только мы не ошибёмся ещё сильнее, и на самом деле «матки» не нуждаются ни в каких генераторах, – сказал я. – Если уж строить безумные теории, то пусть они будут безумными до конца.

– А рассказ Кривошеева?

– Папа! Мне кажется, тут дело не в Егоре Кривошееве, не в Дариане Дарк и вообще не в людях. Это вторжение Чужих. Я рассказывал тебе про свои видения, пап!

Отец мрачно потупился.

– Про это как-то не хочется даже и думать. Вообще же, отвлекаясь от вещей глобальных, хочу сказать, что больше верю в теорию, так сказать, «присланного железа». Тогда становится понятно, почему Чужим – если это Чужие – нужны Дариана и иже с ней. Потому что иначе – не умножая сущности по принципу Оккама – не объяснить «подбрасывания» как антигравов, так и самих биоформов. Если «матки» полностью автономны, способны взлетать и садиться на планеты безо всякого, так сказать, дополнительного оборудования – зачем им Дариана? Они сметут человечество в считаные недели. Если стоит задача просто уничтожить вид Homo – достаточно послать не десять-двадцать, а сто тысяч «маток». И от всей гордой человеческой Империи не останется даже мокрого места. Понимаешь меня, Рус? Когда ты говорил о своих видениях… облака «маток» в открытом космосе… Какой смысл в столь точно выверенном, «адресном сотрудничестве» с интербригадами, если не необходимость внешней помощи для «установки» каждого отдельного антиграва?