Новобранец. Служба контрмагии - Александр Тув

– Пошли.

Денис устроился на переднем сиденье потрепанных «Жигулей», и они тронулись в путь. Время для поездки было удачное – вечер четверга, народ с работы уже приехал, а на дачу еще никто не едет – дачные пробки будут завтра вечером, а не сегодня – это с одной стороны. С другой стороны, ночные увеселительные заведения работать в полную мощь еще не начали – завсегдатаи еще копошились по домам, да и не пятница – многие вообще никуда не собирались, поэтому машин на дороге было сравнительно мало. Они быстро проскочили город и вырвались на пустынный тракт, уводящий на север.

Машина была непрезентабельная – грязная, расхлябанная, с убитыми амортизаторами, но мотор тянул исправно. Шэф правильно оценил выражение лица Дениса.

– Дверь на Тетрарх находится в богом забытом месте, машину или угонят, или разберут, а эту я взял за двести баксов… не жалко.

– А «якорь» – Леонид Иванович, он чё, не мог довезти, а потом отогнать обратно?

– «Якорь» мог… но бык лучше, – улыбнулся Шэф. – Видишь ли, в чем дело, Дэн… главное богатство ходока – это двери. Чем меньше народу знает точное расположение дверей – тем лучше. Как говорится: «Доверять – в крайнем случае!»

– Ты не доверяешь

…а мне, значит, доверяешь!.. по-ня-яя-тно… – мертвые не кусаются…

своему «якорю»? – удивился Денис.

– «Якорю»-то я как раз доверяю, но… бывают в жизни ситуации, когда разные плохие люди, – Шэф криво ухмыльнулся, – хотят со мной встретиться с недружественными намереньями…

…я чувствую, таких людей хватает…

…правда, это не мои проблемы… пока…

…мне бы со своими разобраться…

…вы, Жора, еще не отсидели за то дело…

и где меня легче всего найти? Правильно – около двери. А чего не знаешь – того не разболтаешь!

– А обратно как добираться?

– В смысле?

– Ну-у… с Тетрарха на Землю.

– Дверь с Тетрарха на Землю находится за две тысячи километров отсюда, там цивильно, и есть машина в гараже. К тому же неизвестно, из какого мира мы будем возвращаться, а все двери в разных местах.

– А есть двусторонние двери? – спросил Денис, одновременно пытаясь устроиться поудобнее, все-таки протезы – это не ноги. Пока они ехали по городу, он с удовольствием молча глазел в окно, но унылый загородный пейзаж нагонял тоску, и Денис решил от нечего делать попробовать разобраться с теорией.

– Я не знаю ни одной двусторонней двери, – Шэф помолчал, – но это не говорит о том, что их нет. Правда, не говорит и об обратном, – закончил он.

– Шэф, а можно задавать личные вопросы?

– Задавать можно любые вопросы, – руководитель концессии был невозмутим, как бронзовый монумент, – но не на все я буду давать ответы… Как-то прочел одну книжку, не помню автора и название, но очень мне понравился один момент – приходит к диктатору или царю, не суть важно, депутация ученых просить денег и начинает: «Ваше Величество! Мы даже не осмеливаемся просить Вас…» Тут он их перебивает: «Просите, просите, у вас есть такое же право просить, как у меня отказать».

– Шэф, скажите, пожалуйста, сколько вам лет?

– Ошибка в построении предложения.

Денис недоуменно повернул голову.

– Мы договорились без выканья, повтори вопрос как положено.

Денис поджал губы, выволочка была неприятная, но заслуженная.

– Шэф, сколько тебе лет?

– А почему тебя это интересует? – вопросом на вопрос ответил Шэф, хотя внешность имел сугубо нордическую.

– Ну-у… – Денис решил быть откровенным, – когда видишь тебя сзади, то кажется, что смотришь на юношу, а спереди… – Шэф закончил за него, не дав договорить:

– На старика.

– Ну-у… типа того.

Шэф улыбнулся:

– Ты знаешь… я не помню. – Он бросил взгляд на поджавшего губы Дениса и продолжил: – Нет, нет, ничего личного… просто ситуация такая… – Он опять помолчал. – Сейчас попробую объяснить. Вот смотри, есть группа людей, занятых одним делом, не важно каким: таксисты, дизайнеры, ходоки, художники, программисты, скульпторы… Что является главной доминантой отношений в таких сообществах? – Он замолчал, ожидая ответа Дениса.

– Конкуренция, – немного подумав, ответил тот.

– Совершенно верно. И у меня хватает конкурентов… да что там конкурентов – врагов.

…и почему я не удивлен…

– Я все равно не понял, почему нельзя знать твой возраст?

– Неужели непонятно? – Шэф иронично взглянул на него.

– Нет.

– Чтобы не проболтаться.

Денис хотел было обидеться, но, немного подумав, решил, что Шэф прав: «Меньше знаешь – крепче спишь… хотя… с другой стороны – какая такая супертайна может крыться в возрасте человека?»

«Правда не понимаешь?» – ехидно поинтересовался внутренний голос.

«Правда…»

«А представь хотя бы такую ситуацию… – сто лет назад что-то где-то скрали… или убили кого важного… и до сих пор эту штуку, или киллера, разыскивают – сильно дорогая вещь была… или человек очень знатный… – типа Кеннеди… И все знают, что, допустим… Шэфу – семьдесят лет и он, соответственно, не при делах… а тут вдруг выясняется, что ему – сто пятьдесят! – бац! – и он сразу главный подозреваемый! О как!»

«А чё… – вполне…» – согласился Денис.

Усталость последних дней и монотонность дороги начали сказываться – Денис впал в какое-то состояние полузабытья, сидел с открытыми глазами, но ничего не видел, в голове ворочались тяжелые, тягучие, как густой сироп, мысли. Снова накатила тоска.

«Ну что?.. квартира продана, я из нее выписан, деньги и документы в чемоданчике, меня никогда не найдут, да и искать не будут. На хрен я кому сдался. По документам все хорошо, и наверняка всем, кому надо, от нотариуса до ментов, пардон, блин – полицаев, заплачено. Сейчас завезет подальше в лес, придушит и закопает. Места-то подходящие. Блин… как заболел в четыре года, так и идет все… как по маслу… сегодня, наверно, и закончится… ходок хренов, губы раскатал… ноги здоровые… Хотя – а чего мне, собственно, убиваться? Мы же все с голосом обсудили. Маму я похоронил? Похоронил! Если что не так – то я себя не убивал! Значит, и греха на мне нет! А вдруг Шэф не обманывает – буду жить как человек, разные миры увижу! В любом случае я выиграл!»

Внезапно Денис наполнился веселой злостью, совершенно ему по жизни не свойственной, которая иногда посещает солдат перед решающим моментом битвы, когда отступать некуда и поздно, а впереди победа или смерть и бояться уже нет никаких резонов. Как говорил один известный барон: «Улыбайтесь, господа! Улыбайтесь!..» Никогда ранее Денис такого душевного подъема не испытывал, и это состояние ему понравилось, черт возьми!.. – жаль только, продлилось оно недолго… но все равно от внимания руководителя проекта не укрылось: