Нерушимая клятва - Андреа Кремер

— Кто отвечает за успешность союза?

Сердце забилось еще сильнее, угрожая выпрыгнуть из груди.

— Мы.

— Точно.

Рен выпрямился, и я снова обрела дыхание.

— Я подумал, что мы можем кое-что сделать в создавшейся ситуации.

— Например?

Я смотрела на его шею и плечи. Они напряглись почти до дрожи. Он нервничал. Что могло заставить Рена нервничать?

— Можем проводить побольше времени вместе. Таким образом преданность членов стаи постепенно перейдет от взрослых к нам, — сказал он. — Возможно, удастся убедить наших друзей в том, что не стоит так ненавидеть друг друга. Тогда и Хранители расслабятся и перестанут давить.

Я закусила губу и принялась обдумывать его слова.

— Ты хочешь начать формировать союз прямо сейчас?

Рен кивнул.

— Да, работать над этим постепенно. Так всем будет легче подстроиться, иначе в октябре нам грозит серьезная ломка. Можем начать встречаться регулярно.

— Регулярно? Вместе? — Мне пришлось закусить губу покрепче, чтобы не рассмеяться.

— Большого вреда не будет, — ответил Рен тихо.

Смех оставил меня, так и не начавшись, когда я осознала, насколько серьезно говорит Рен. Главное, чтобы ребята глотки друг другу не перегрызли.

— Рискованно, — сказала я.

— Ты хочешь сказать, что не контролируешь своих?

— Нет, конечно, — я посмотрела на Рена сердито. — Если я приказываю, они ходят по струнке.

— Тогда это не проблема, не так ли?

— К тебе тоже приходили Хранители?

Рен отвел от меня внимательный взгляд.

— Эфрон проявил некоторую обеспокоенность… Как бы это сказать? Некоторыми моими привычками… Он обеспокоен тем, что тебе не понравится, если я буду достаточно правильным.

Последнее слово Рен произнес так, словно у него в горле застрял кусок. Меня скрутило от смеха. Какое-то время Рен выглядел расстроенным.

— Это точно не про тебя, Ромео, — сказала я, прикладывая два сложенных вместе пальца к его груди, словно дуло пистолета. — Если бы ты не был сыном Эмиля, твоя шкура давно бы уже была прибита гвоздями к стене над камином в комнате отца какой-нибудь девушки, которой ты разбил сердце.

— Да, это верно, — заметил Рен и уперся рукой в шкафчик. Его рука оказалась прямо над моим плечом.

— Эфрон наведывается в наш дом раз в неделю в течение последнего месяца.

Ухмылка не сошла с лица Рена, но глаза у него были встревоженные. От испуга я схватила его за рубашку, притянула поближе и прошептала:

— Каждую неделю?

Он кивнул и провел рукой по своим черным, с легким каштановым оттенком, волосам.

— Не удивляйся, если он придет на свадьбу с ружьем.

Я улыбнулась, но дыхание тут же перехватило, потому что Рен пригнулся и провел губами по моему уху. Я резко отстранилась. В отличие от Рена, Хранители относятся к требованиям невинности очень серьезно.

— Думаю, они опасаются, что появление следующего поколения под угрозой. Но я никогда не оставил бы тебя одну перед алтарем.

Я ткнула его кулаком в живот и немедленно пожалела об этом. Мышцы пресса у Рена были твердыми, как камень. Я потрясла кистью от боли, а он схватил меня за руку железной хваткой. Рен улыбался как ни в чем не бывало.

— Отличный удар.

— Спасибо за комплимент.

Я попыталась освободить руку, но рука Рена была крепка, как замок.

— И что ты думаешь?

— Насчет регулярных встреч?

Я не могла смотреть ему в глаза. Он был слишком близко. Я чувствовала жар его тела, и у меня самой поднималась температура.

— Да.

Лицо Рена было в нескольких сантиметрах от моего. От него пахло хорошей кожей и сандаловым деревом.

— Это может сработать, — сдалась я, чувствуя, что вот-вот сплавлюсь в единое целое с шкафчиком, к которому прислонялась. — Я подумаю.

— Отлично.

Рен отодвинулся и отпустил запястье.

— Увидимся, Лилия.

Он удалился, пританцовывая. Я услышала, как он смеется, затем толпа учеников поглотила его.