Львы и Драконы - Виктор Ночкин

Маршал ок-Икерн переступил с ноги на ногу, не зная, что сказать. Алекиан все так же глядел поверх головы рыцаря… Пауза затягивалась.

— Я думаю, — откашлявшись, произнес маршал, — нам следует возобновить прежний порядок, при котором на территорию Валлахала допускались только лица, внесенные заранее в особый список… исключая экстренные случаи, разумеется. Безопасность — прежде всего.

Алекиан склонил голову и поглядел в глаза воину, тот почему-то смутился и отвел взгляд — как будто его заинтересовали разноцветные осколки оконных витражей, обильно усеявшие пол.

— Все это верно, — медленно произнес император, — однако и строгий порядок не уберег от измены.

— Но…

— Нет, сэр, я не против. Все это верно… — снова последовала пауза. — Я думаю, следует назначить кого-то из наших дворян, пусть займется… Ну, караулы, расположение постов, эти самые списки посетителей, допущенных в Валлахал. Быть может, Кенперт из Вортина? Вполне достойный дворянин… Вы, сэр маршал, не должны быть связаны подобной рутиной, нам сейчас придется решать куда более сложные вопросы. Связи, объединявшие Империю, слабеют с каждым днем, нам следует восстановить их теперь же, немедленно! Потом будет поздно!

Валлахал тем временем наполнялся топотом, шумом голосов и бряцанием оружия. Солдаты, явившиеся с Алекианом, сперва держались неуверенно, ошеломленные величием опустевшей громады старинного дворца, но постепенно освоились.

— Ну а сегодня наиважнейший вопрос таков, — продолжил Алекиан, — где мой возлюбленный братец? Его не было в Южных воротах, городские старшины ничего не знают о том, где он находился последние дни… Дворец пуст. Где прячется этот щенок? Сбежал в Сантлак? В Геву? В Геву, конечно… Любой враг империи может рассчитыватьтам на добрый прием… Гева…

В дверях показался гвардеец. Заглянул, увидел восседающего на троне Алекиана — и растерялся. Потом, торопливо поклонившись, вошел.

— Ваше императорское величество… сэр маршал.

— Говори, что там? — ок-Икерн обрадовался возможности прервать гнетущий разговор с императором.

— Э… Прошу прощения. По-моему, его величеству хорошо бы… — солдат не знал, как сказать, — лично.

— Идем!

Алекиан поднялся, хрустя разноцветными стеклами, двинулся через зал. Солдат еще раз поклонился, развернулся и зашагал прочь. Алекиан с ок-Икерном — следом. Вслед за гвардейцем они явились в небольшую тесную комнатку, служившую прежде складом. В коридоре перед входом валялись метлы, щетки, тряпье и прочая снасть, которой пользовалась прислуга для уборки. Заговорщики вышвырнули рухлядь, а саму комнатенку превратили в темницу, поскольку помещение не имело окон, а дверь имело прочную. Сейчас в коридоре толпились солдаты. Тревожно оглядывались, переступали с ноги на ногу, отшвыривая разбросанные по полу инструменты.

При появлении императора, латники, кланяясь, расступились. Алекиан вошел внутрь, маршал следом. Помещение было скудно освещено наспех сооруженными факелами — материалом послужили все те же тряпки и метлы. В углу лежал тщедушный человек в богатой одежде, обильно запятнанной спекшейся кровью. Узник был убит довольно давно, но тело пока не начало коченеть. Ок-Икерн нагнулся и осторожно перевернул покойника — лицо было изуродовано и покрыто сплошной кровавой коркой. Ни перстней, ни даже пуговиц на нем не было.

— Похож на принца Велитиана? — неуверенно произнес маршал.

Алекиан брезгливо пошевелил труп ногой.

— Да, — после паузы завил он. — И одежда тоже его. Пусть объявят, что мой несчастный брат мертв. Идемте, сэр маршал.

Удалившись от солдат, так, чтобы те не могли слышать, император вполголоса произнес:

— Сэр Брудо, как по-вашему, сколько часов мертв этот… в комнате?

— Думаю, дня два.

— Велите разослать по всем дорогам надежных людей. Брат сбежал около двух дней назад — если исходить из того, что свой наряд он напялил на несчастного незадолго перед тем, как убить.

— Так это не принц? Но зачем?..

— Так будет лучше. Для империи один венценосец гораздо лучше, чем один венценосец и один претендент на престол. Так что для всего Мира брат мертв. Но настоящего Велитиана нужно найти и доставить сюда. Живым или мертвым.

— Но лучше живым? — на всякий случай уточнил сэр Брудо.

— Лучше?.. Нет, это абсолютно неважно. — Велитиан нынче будет объявлен убитым, значит он мертв. Ну а жив или мертв будет тот человек, которого… которого надлежит поймать поскорее — какая разница? Распорядитесь о погоне и собирайте наших сеньоров. Проведем совет. До сих пор мы стремились в Валлахал, теперь мы здесь, и следует подумать о дальнейшем.

* * *

Ингви ждал, что первым окажется кто-то из дворян, но новоявленный начальник стражи пригласил в зал епископа. Старик прошествовал через зал и, остановившись перед троном, молча уставился на короля. Тот махнул рукой Никлису и велел подать стул дряхлому прелату. Однако епископ отказался сесть. Слабым дрожащим голосом старик заявил:

— Прошу прощения, ваше величество… — тут у него перехватило горло, и он долго отхаркивался и сипел, — Прошу прощения… Я так рад, я… Я всегда говорил: лучше добрый король-демон, чем… Ваше величество, я так рад!

Ингви смутился и промямлил, что тронут.

— Однако, — епископ смахнул слезу дряблой рукой, — не успев нарадоваться вашему возвращению, вынужден распрощаться. Соизволением его императорского величества Алекиана объявлен собор. Прелаты Империи приглашены, дабы избрать из своей среды достойного, который возглавит Церковь… дабы вести ее тернистым путем в годину суровых испытаний.

— Это почему же тернистым? — подала голос Ннаонна. — Может, как раз, наоборот, все будет хорошо?

— Ах, дочь моя, — просипел старик, — надеюсь и молю Гилфинга, чтобы оказалось именно так. Однако опыт подсказывает, что тому, кто будет избран архиепископом, выпадет нелегкая ноша…

Говорил епископ так печально и серьезно, что вампиресса молча, без традиционных возражений, проглотила «дочь».

— Позвольте, ваше величество, — продолжил прелат, — перед дорогой благословить вас. Гилфинг видит, как я ждал этой минуты…

Ингви поднялся и, пряча ухмылку, склонился перед старичком, принимая благословение. Торжественность церемонии была нарушена шумом в коридоре — крики, топот. Никлис выглянул в коридор, чтобы узнать причину беспокойства — резко распахнувшаяся дверь смела бывшего разбойника в строну и едва не сбила с ног. В зал ворвался Мертнк.

— Ваше величество! Ваше величество! Это и вправду вы!

— Да, сэр Мертенк, это я — и очень рад видеть вас. Нам предстоит большая работа, господин канцлер!

— Ваше величество, — пришел черед канцлера смахнуть слезу, — я готов!

— Ну что ж, сэр Мертенк, займите место рядом с троном, — Ингви указал рыцарю стул, которым отказался воспользоваться епископ, и кивком предложил сесть справа от себя. Затем снова обернулся к прелату. — Ваше священство, счастливого пути. Не забудьте получить подорожную грамоту, и орки проводят вас с почетом до самой гонзорской границы.