Элегия погибшей звезды - Элизабет Хэйдон

Рыбачья деревня, у причала Джереми, Авондерр

Рыбак Куэйл, найдя на берегу Фарона, решил, что наткнулся всего лишь на огромный кусок бледных водорослей, выброшенных океаном.

Разглядев его внимательнее, он пришел к выводу, что перед ним большая медуза или кальмар, поскольку существо, состоящее из уродливых бесцветных складок, никоим образом не напоминало человека.

Если не считать головы, которая отдаленно походила на голову ребенка, с закрытыми глазами, плотно сжатыми губами и стекающей из уголков рта черной слюной.

Сначала рыбак хотел хорошенько треснуть тварь доской и швырнуть голодным котам. Он бы так и поступил, если бы не заметил, что впалая грудь диковинного существа едва заметно поднимается и опускается — получалось, что оно живое и дышит.

Приятель Куэйла, Брукинс, который у пристани чинил сети, увидел, как тот отшатнулся от какой-то кучи, и крикнул:

— Что там такое?

— Чудовище из кошмара, — пожав плечами, сообщил Куэйл.

Брукинс вытер руки о штаны и, подойдя к приятелю, посмотрел на мерзкое существо, застрявшее в водорослях.

— Боже Всемогущий! — пробормотал он и прикрыл рукой глаза.

Уродливая тварь лежала в вонючей воде, неподвижная, совсем как мертвая, и только ноздри на плоском лице едва заметно шевелились да время от времени она делала неглубокие короткие вдохи. Ее бледная, с золотистым оттенком кожа, посеревшая на солнце, свисала с тощего уродливого тела, видневшегося из-под толстого слоя водорослей.

— Как ты думаешь, эта дрянь живая? — испуганно спросил Брукинс.

Куэйл мрачно кивнул.

Брукинс взял весло и осторожно столкнул часть водорослей с тела необычного существа.

II оба тут же отшатнулись, когда им открылись новые участки безобразного тела — перекрученные конечности, как будто лишенные костей и состоящие из одних только хрящей, к тому же приставленные под невероятными углами. Существо лежало на боку и было практически обнажено, а обрывки тряпья, кое-как прикрывавшего его, указывали на принадлежность к обоим полам — мужскому и женскому.

Брукинс выругался и отбросил водоросли в море.

— Какой-то урод, вот это что такое, — сказал он, не имея ни малейшего представления о том, что за чудовище прибило море к их берегу. — Человек и медуза в одном теле, или что-нибудь вроде того.

— Может быть, это женщина, — заметил Куйэл, показывая на грудь диковинного существа.

— Нужно вылить на него смолу и поджечь, — пробормотал Брукинс. — У меня в лодке есть смола.

Куэйл задумчиво покачал головой.

— Не-е-е, — заявил он через пару минут. — Может, удастся получить за него пару монет. Улов у нас сегодня неважнецкий.

— Пару монет? Ты что, спятил, приятель? Кто добровольно согласится есть эту мерзость?

— А кто говорит о еде, придурок? — задумчиво протянул Куэйл. — Надо попробовать продать его в бродячий цирк — они уродов с удовольствием покупают. В Виндсвере, дальше на побережье, около недели назад выступали циркачи.

Брукинс посмотрел вдаль, туда, где в воздухе висел дым от лесных пожаров, потушенных совсем недавно. Еще несколько дней назад все западное побережье было охвачено черным вонючим пламенем, происхождение которого не вызывало ни малейших сомнений — люди понимали, что без сил зла здесь не обошлось. Теперь же, когда огонь погасили, некоторые жители, покинувшие свои деревни, начали возвращаться, в надежде найти хоть что-нибудь в своих разрушенных домах. Однако в воздухе повисла необычная безжизненная и пугающая тишина, словно берег готовился к наступлению новой разрушительной волны.

— Если они были в Виндсвере, они наверняка отправились на восток, в Бетани, вместе с остальными беженцами, — сказал он и осторожно ткнул странное существо веслом. — Вряд ли нам удастся довезти его туда живым.

— Да уж, он похож на рыбу, — согласился с ним Куэйл. — Рыба-мальчик.

— Или девочка.

— Думаю, типы, которые обожают всякие диковинные штучки и уродов, сумеют найти ему применение, живому или мертвому. Пойду, принесу сеть. Вытащим его из воды и засунем в фургон. Можем даже закоптить наш жалкий улов, а потом отвезем его в Бетани. Там все продадим, а на вырученные деньги возьмем новый моток веревки и провизию, которую собирались купить в конце месяца. Заодно поищем бродячих циркачей. Это страшилище не займет много места.