Любимая игрушка - Галина Краснова

– Девочка моя, ужин для тебя и ужин для твоего... питомца скоро принесут.

Девочка?

– Хорошо. Пусть принесут ужин на двоих. Мой братик (это про меня, что ли?!) скоро должен проснуться. А после лечения он наверняка будет очень голоден.

Меня спасла девчонка! Уму непостижимо. Впрочем, зная этих жалких жадных людишек и их самок, которые моются только по большим праздникам, я склонен предположить, что расплатиться с девчонкой будет гораздо легче. Они ведь с ума сходят от кнертов, обо всем на свете забывая. Постоянно вешаются на шею и пытаются затащить в постель. Думаю, пару недель влюбленного поизображать я смогу. Переспать с ней несколько раз придется, не без этого. Но можно и потерпеть, лишь бы не Клятва. Но не стоит забывать о возможности отказа, если она вдруг аристократка. Тогда придется приложить некоторые усилия для соблазнения.

– Что-то еще?

– Девочка моя, ваш конь...

Конь? Неужели Алфхилд?

– Я больше эту тварь чистить не буду, господин трактирщик.

– Просто покормите его, и все. Кроме вас к нему никто не рискнет подойти.

Так, мой верный Алфхилд, как всегда, не подпустил к себе конюхов, но зато подпустил девчонку. И она от этого не в восторге. В интонации так и читается "если вы прибьете несговорчивую скотину, то буду весьма признательна".

– Еще чего-нибудь, деточка?

– Да. Ванну. После этой ярмарки я чувствую себя ужасно грязной.

Ужин принесли быстро, - это значит, что мою спутницу уважают. Кровожадно вонзив вилку в котлету, моя спасительница принялась жевать мясо, попутно расставаясь с элементами гардероба. Я отметил про себя, что талия довольно тонкая и ножки симпатичные, но грудь маленькая, а кожа испорчена многочисленными заживающими ссадинами и синяками. Да еще и ясно видны следы плети. Беглая рабыня? Да еще наверное и воровка, раз так сорит деньгами. Но как же тогда к рабыне попал индэрг? Ладно, позже разберусь. Сейчас мало информации. Ногти у нее обломаны, рыжие волосы неровно отстрижены до лопаток. Да и мордашка вся в странных рыжих пятнах. Всего достояния-то - глаза. Большущие и выразительные. Что ж, когда я буду спать с ней, то вполне могу зажмуриться и представить кого-нибудь посимпатичней.

Наплескавшись вдоволь, девчонка стянула со стула что-то серое, призванное служить рубашкой. Натянув ее на себя, она чуть не заставила меня рассмеяться: одежка ей велика и явно с чужого плеча. И при том, что эта человечка носит чужую одежду, у нее есть деньги, чтобы оплачивать недешевый ужин на двоих и покупать индэргов. Странная. Обычно человеческие самки покупают тряпки и побрякушки, а эта... Слэт,[7]как же мне любопытно. Я уже чувствую то предвкушение, с которым сталкивался, когда узнавал о новой загадке или тайне.

Еще некоторое время я наблюдал, как она ест, аккуратно подцепляя небольшие кусочки еды на вилку и осторожно отправляя их в рот. Так едят благородные, которых с детства учат пользоваться многочисленными столовыми приборами и не сморкаться в скатерть. Правда, благородные не сидят при этом на столе, болтая ногами и держа тарелку на весу. Но главное - она не рабыня. Но кто же тогда?

Доев и оставив тарелку на столе, человечка обошла кровать, чтобы лечь подальше от меня, залезла под одеяло, свернулась калачиком и почти мгновенно уснула. Поразительно: так безразлично ко мне еще никогда не относились! За все время пребывания в комнате она бросила на меня единственный взгляд, да и тот - недовольный. В ее кровати лежит кнерт, а она морщится! У меня шевельнулось плохое предчувствие, что эта девчонка доставит очень много проблем. И все будет не так просто, как хотелось бы.