Дракона возбуждать не рекомендуется  - Александра Черчень

– Да, – обреченно кивнула я. – Стоит.

Представляю, что поднимется дома от таких новостей. Но жизнь, рассудок и будущее нормальное существование – дороже. Ну, относительно нормальное. Потому что еще ни одно существо, в чьих жилах течет дивная кровь, нельзя было назвать абсолютно адекватным. Хуже огненных драконов!

– Отлично. – Неожиданно мужчина наклонился, подхватил едва слышно пискнувшую меня на руки и пошел к выходу, на ходу бросив Ильфрисэйну: – Свою комнату сам найдешь. И… душ тебе скоро понадобится.

Ответ Ильфа я уже не расслышала, так как за нашими спинами глухо стукнули закрывшиеся створки.

– А зачем душ? – осторожно спросила я, сцепляя ладони на шее Златогривого, подозревая, что дело тут не просто в желании освежиться водичкой.

– Физическое желание, – сразил меня обаятельной клыкастой улыбкой мужчина. – Тебе, кстати, тоже. Или купаться, или искать партнера. Хотя у девушек это выражено гораздо слабее, чем у мужчин… так что, может, страдать так, как мой кузен, тебе и не придется!

Я ошарашено промолчала.

Неделю спустя

– Гад ледяной! – не сдержалась я, с гневом глядя на этого… как всегда идеально спокойного и невозмутимого подлеца.

Внешне. Только внешне, и когда со мной разговаривает, он всегда вот такой примороженный снеговик!

А вот с кузеном всегда общается нормально, да еще и подкалывает его через раз, что Златогривого, разумеется, не радует.

С Ильфом у нас взаимоотношения не заладились совсем. Он мне не мог простить того, что потерял. Да-да, искренне считал, что я его жизнь порушила, и, судя по поступкам, думал, что надо мне ответить тем же.

Я, как любая пакостная драконица с кровью остроухого народа, в меру сил и фантазии ему мстила.

– Полукровка ненормальная! – не остался в долгу Ильф.

– Да кто бы говорил! – возмутилась я, скрещивая руки на груди. – У меня этой крови, хорошо, если десятинка в жилах, а вот вы с кузеном гораздо более близкие потомки!

– Да, твоей «десятинки» мне по горло хватило! Пока ты не появилась, все было замечательно.

Я улыбнулась и, с деланным сочувствием глядя на мужчину, сказала:

– Ну что же вы, лорд Ильфрисэйн… вас настолько задевает, что магия дивных вам не дается? Наверное, ваше леденейшество так привыкло к послушной стали в руке и небу под крыльями, что когда у него что-то не получается… виноваты все?

Олли, который последние пять минут просто стоял в сторонке и наблюдал за всех этим, неожиданно сказал:

– Ноэль… успешная моя. Я тут подумал и кое-что решил.

– И что же? – вполне закономерно насторожилась я, понимая, что идея наставника, да еще и высказанная таким тоном, ничем хорошим мне не грозит.

– Вы с Ильфом взаимно друг друга раздражаете, – спустя полминуты медленно начал говорить Златогривый. – И это очень тормозит процесс обучения. Изолировать я вас друг от друга не могу… стало быть, остается всего один выход. Наладить между вами эмоциональную связь.

– Че-е-его?! – На сей раз мы с блондином были на редкость солидарны. – Да ты с ума сошел!

– И вовсе нет, – даже с легкой обидой взглянул на нас Оллисэйн. – Просто я не хотел взваливать на себя такое бремя, как вы. А тут еще и дополнительные сложности. Оно мне надо?!

– Я твой кузен, – любезно напомнил ему Ильф. – Младший родственник, которого ты не только не сберег, а подверг участи худшей, чем смерть!

– А пафоса-то сколько, пафоса! – не удержалась я от высказывания.

– Если тебе такое положение вещей нравится, то мне – нет! – отрезал Ильфрисэйн и, передернув плечами, отвернулся обратно к кузену, престав прожигать меня взглядом. – Так что, Оллисэйн? Может, хоть эту… уже можно отослать?

«Эту»?! Вот сволочь ледяная! Как лапать меня в первые десять минут знакомства, так все нормально! А как обращаться хотя бы с минимальной вежливостью – так нет!

Да, с тех пор он меня не трогал в физическом плане, да и вообще, судя по презрительным взглядам, первое помешательство прошло и Ильф успокоился. Но вести себя лучше, разумеется, не стал!

Гад крылатый!

– Отослать пока еще нельзя, – тяжко вздохнул наставник.

– Почему?! – Тут мы с ледяным озабоченным были солидарны.

– Потому! – рыкнул в ответ Златогривый и уже более мягким тоном закончил: – Итак, ребятки… ритуал проведем в ближайшее время, после того как переедем в один из городов долины. Нельзя же вечно сидеть на вершинах гор. Как раз соберем все необходимое… И да, в ваших же интересах попытаться найти хоть какие-то точки соприкосновения.

Ответить мы с Ильфом ничего не успели, Олли уже развернулся и стремительно шел к дверям из тренировочного зала. И мы оба достаточно уважали его, чтобы не кричать в спину и не догонять. Уже на пороге мужчина, не оборачиваясь, бросил:

– А сейчас-то вы что застыли? Медитируем, ребята, медитируем! Ищем самоконтроль… где-нибудь.

Мы с товарищем по несчастью обменялись злыми взглядами.

– Доигрался?! – прошипела я, откидывая с глаз темную прядку волос.

– Я? – с надменным изумлением в голосе отозвался Ильфрисэйн. – Ноэль, хочу напомнить, что львиная часть наших конфликтов начинается с твоих истерик.

– О да, – едко пропела я и закивала с карикатурно умным видом. – Конечно с моих истерик. Только жаль, наилюбезнейший, вы запамятовали, что именно этим срывам предшествовало!

– И что же? – на мой взгляд, совсем уж гадостно усмехнулся блондин, прислоняясь к стене.

– Ты! – зло рыкнула в ответ и, подойдя ближе, уперлась указательным пальцем в широкую грудь. – Если бы ТЫ не выводил меня из себя комментариями! – Снова тычок острым коготком, и я даже с каким-то мстительным удовлетворением наблюдаю, как темнеют глаза мужчины. Злится? Ну, хоть в этом мы не одиноки.

– Дор-р-рогая, держи, пожалуйста, ручки при себе, – процедил этот ледяной ящер, перехватывая мою ладонь и легонько отталкивая от себя.

Я прерывисто выдохнула, стараясь успокоиться, понимая, что такое поведение и правда выглядит не совсем логично и адекватно. Ох уж эта кровь фейри! И особенности «переплава» психики в период становления магии.

Если уж я временами испытываю злость и отвращение к себе же, то что говорить об этом драконе? Я всегда была спокойной девушкой, хоть и не чуждой некоторой доли авантюризма, а вот Ильфрисэйн – воин. У него самоконтроль и владение собой возведены в культ. Наверняка у дракона ощущение полной потери контроля, что, разумеется, его не радует.

Я прислонилась к стене рядом с драконом и на выдохе сказала:

– Извини. Я была не права.

Косой взгляд серых глаз, какая-то странная гримаса на мужественном лице и неохотное:

– И ты… извини.