Вернуться живым - Карина Хэлли

— Нет, ты нервничаешь!

— Да, Декс. Знаешь, что? Думаю, это нормально. Мы должны нервничать. Я и не думала, что у нас будет такой шанс.

Она коснулась мой руки с нежностью, молочная кожа рядом с чуть смуглой.

— Уверен, ты из-за меня тоже нервничала, — сказал я. — Когда впервые меня встретила. Ты выглядела так, словно была готова убежать, каждые пять минут. Каждый раз, когда мы были в машине, казалось, что ты в ловушке с душевнобольным. И это, кстати, правдиво.

Она улыбнулась и сжала мою руку, и такой ее ответ сжимал мое сердце.

— Ты заставлял меня нервничать. Многие из-за тебя нервничают, Декс.

— Я слишком шикарен для них.

— И это тоже правда. Но я нервничала, потому что не знала тебя… не знала, как ты думал. Не знала, что ты думал обо мне.

— А теперь?

— Теперь я знаю тебя. Начинаю понимать, как ты думаешь. И, похоже, знаю, что ты думаешь обо мне. Я нервничаю из-за других причин. Потому что… мне страшно. И радостно. Это для меня в новинку.

Мы смотрели друг на друга, и я был рад ее честности.

— Для меня тоже. Но новое может быть хорошим.

Маркус пришел с новым пивом и пиццей, получив убийственный взгляд. Я ел кусочек пиццы, задумался о том, как встретил Перри, о той ночи в маяке. Я сразу что-то ощутил к ней, похоть или некую связь, я не знал точно. Я не знал, что потом она будет сидеть со мной в пиццерии, уже не незнакомка. Я не знал, что эта кроха с уязвимостью и смелостью станет всем для меня.

— О чем думаешь? — спросила она, сделав глоток пива.

— О нашей первой встрече.

— В Орегоне?

— В маяке. Ты наткнулась на меня. Помнишь?

— Такое не забыть.

— Как это выглядело для тебя?

Она отставила пиво и посмотрела в окно. Крупные капли стучали по стеклу с порывами ветра. Ночь напоминала ту бурю, что свела нас вместе.

— Я думала, ты…

— Чокнутый?

Она издала смешок.

— А как иначе, если ты был в заброшенном маяке один и пытался снять призрака? Серьезно, если это не странности, то я не знаю, что это.

Я допил пиво, вытер рот и отклонился на стуле.

— Даже не знаю, мисс Обаятельность. А как насчет девушки, решившей пойти одной в темноте исследовать маяк ради… чего, кстати? Потренировать удары?

— Я не делала этого.

— Ты выбила окно как в фильмах про ниндзя.

— Я ничего не нарушала, — парировала она, словно это было только вчера.

— Нарушения заведут куда угодно. Если бы я не пробрался туда для исследования, я бы не исследовал тебя сейчас.

Она закатила глаза. Если бы она так не нервничала, я бы пошутил, что ее не спасет табличка «Вход запрещен» на вагине.

— Вот как, — напомнил я. — Ты решила, что я чокнутый? И все?

— И что ты милый.

— Просто милый?

— Эй, меня ты считаешь милой.

Я покачал головой.

— Я думаю, что ты милая, сексуальная, роскошная и невероятно привлекательная. Ты подходишь по всем требованиям к удивительно горячей штучке, а на попку я хотел бы выстрелить горячей…

Она посмотрела на меня с предупреждением. Мать семьи из четверых напротив нас недовольно посмотрела на меня. Ой.

— Простите, — извинился я перед матерью. — У нас первое свидание.

— И, пожалуй, последнее, — пробормотала она и повернулась к детям. Один все еще испуганно смотрел на меня. Я забыл, что так влияю на детей.

— Ясно, — быстро сказала Перри, и я посмотрел на нее. — Хотя твоим навыкам ухаживания не хватает уровня.

— Вот мои навыки ухаживания, — я поднял ладони и пошевелил пальцами. — Насколько я знаю, работают они отлично.

— Декс.

— Мисс Паломино.

Мы смотрели друг на друга пару мгновений, а потом улыбнулись. Первое свидание проходило неплохо. Мы с Перри узнавали друг друга на новом уровне, и это было прекрасно.

А мы еще не перешли к десерту.