Дело Господа Бога - Илья Те

— За агнатками, — поправил Йенг. — Агнаты — вот правильный термин Корпорации.

— Да, да. За агнатками, — Артели раздраженно кивнул. — Так вот за агнатками он присылает кого-то из своих ребят на побегушках, те забирают шлюшек, и на этом наше взаимовыгодное общение…

— То есть Саймон Рукс, — снова грубо и настойчиво перебил его инспектор — один из известнейших в нашей подмножественности кластеров специалист по инициации и тренингу тшеди, да еще и акционер Корпорации, мультимиллиардер, прибыл вчера к вам в Школу как один из «ребят на побегушках»? Неплохие у вас заказчики!

Артели отвернулся — щеки предательски зарделись.

— Я не это… имел в виду, — пояснил он с расстановкой, стараясь держать себя в руках. — Вообще с чего вы взяли, что Рукс не может быть «мальчиком на побегушках?» Может, у него хобби развозить приятелям новых красивых шлюх. Товар-то у нас штучный!

— За кем он приехал? — будто сплюнув, произнес Йенг.

— Не понял?

— За кем из агнаток вчера приехал демиург Корпорации Эс Си Рукс?

Артели выпучил глаза.

— Кого черта?! — взвизгнул он, задохнувшись. — Это коммерческая тайна!

— О чем вы говорите мне, Артели? Какая, к черту, тайна? От следствия?! — Йенг тоже повысил голос. Он по-прежнему был похож на обезьяну, но теперь уже именно на гориллу, готовую порвать красавца Артели напополам, — Вы видели мое служебное удостоверение? Что еще к дьяволу за вопросы?!

Артели вздрогнул всем телом, как от удара, и тихо опустился на стул. «Похоже, — подумал он обреченно, — на этот раз слишком легко отмазаться не удастся».

— Он приехал за Катриной, — сокрушенно выдохнул шеф проститутской школы.

— Разумеется!

— Разумеется…

— Конкретно — за Катриной-Бетой 19-725? Отвечайте!

— Да…

— Великий Боже! Тот, который Иешуа, а не Ан-Нубис. И почему я не удивлен?! Зачем она нужна ему? Ведь не для секса?

— Понятия не имею.

— Что еще вам известно?

— Ничего. Это все что я знаю. Спросите у Рукса.

— Врете Артели. Опять мне врете!

Артели вспыхнул снова:

— Попрошу меня не оскорблять!

— Хотите ментосканирование?

— Ха! А вот для этого нужны веские основания! А также разрешение от моего и от вашего начальства, а не только паршивое служебное удостоверение. У вас есть это разрешение? Тогда идите к черту, сикх! Да, Рукс прибыл вчера, назвавшись представителем Заказчика. Да, никогда до этого я Рукса не видел. Но он представил мне текст моего собственного письма, отправленного респонденту-заказчику с грифом «Срочно. Секретно. Обязательно для прочтения»! Кем еще он мог быть? Да, после этого Катрина сбежала, перебив мою охрану на корабле. На его корабле, на корабле Рукса, а не на моем! С чего вы взяли, комиссар, что я должен знать что-то еще? Ищите этого вашего демиурга, найдите и спросите, какого черта он оставляет на пустой площадке гостевого терминала дорогие яхты незапертыми!

На несколько мгновений после этой вспышки в воздухе повисла мучительная пауза.

— Сикх, вы слишком нервничаете, — спокойно и очень добродушно заметил комиссар Йенг.

Как ошпаренный, Артели остановился. Подумал. Глаза забегали. Он вытащил руки из карманов, осторожно потер друг о друга взмокшие ладони, затем взял со стола салфетку и аккуратными мелкими движениями вытер со лба липкий пот.

— Знаете, меня не каждый день обвиняют в организации побегов секс-рабынь и инициации тшеди.

— А я вас и не обвинял. Значит, вы считаете себя все же причастным к организации побега агнатки? — он помолчал. — Кроме того, разве кто-то говорил сейчас об инициации тшеди?

Огромным усилием воли Шайрон сдержался. Захотелось схватить со стола тяжелый письменный набор в виде черепа и сильно ударить им Йенга по голове. Он сжал зубы почти до боли и страшным напряжением мускулов подавил дрожь в руках.

— Если у вас закончились вопросы, господин инспектор, — произнес Артели одними губами, — мне бы хотелось остаться в своем кабинете одному. Я не потерплю подобных оскорблений. Хотите общаться со мной далее — извольте официальную повестку и адвоката. И это не намек. Убир-райтесь!

— Значит, все же я вас подловил.

— Убирайтесь! — взвизгнул Артели во второй раз.

К его удивлению Йенг послушно поднялся. Взял с соседнего стула фуражку ССБ и привычно, одним движением, нацепил головной убор на свою не модифицированную, а потому лысеющую голову.

— Не нужно ругаться, Артели, — заявил он почему-то весело. — Не надо повышать на меня голос. Раз так, я вас оставлю. Лишь бы здесь, в уютном кабинете, а не в более уединенных и закрытых местах. В одном вы правы: вопросов к вам у меня больше действительно нет. Зато есть что показать.

С этими словами он взял папку с отчетом экспертов со стола, заложил выпавшие бумаги, немного порылся в самом конце и, вытащив оттуда предмет в пластиковом «файле», бухнул его на стол.

— Это пустая химическая пластинка с модифицированным тринитробенолом, — пояснил инспектор, — так называемым «наркотиком тшеди». Он используется в Корпорации для экстренной инициации клонированных экстрасенсов, в основном — детей. Вещь необычайно секретная, редкая. Эта пластинка сохранилась у меня после одного похожего инцидента, также связанного с тшеди. Давно уже. Но представляете, такую же точно ваши камеры зафиксировали на шее сбежавшей агнатки, когда она мчалась по коридорам ИЦа с эстиметом наперевес. Интересно, но в момент внедрения наноманипуляторов камеры слежения не фиксируют на ее шее этой дряни. А вот когда Катрина в ящике — эта штука уже на ней. В период с момента ухода Дока Юмы и Глазго Деморти из досмотровой комнаты до прихода туда охранников все записи стерты. Кто бы мог это сделать? Ведь доступ к базе есть только у руководителя Школы, то есть у вас… Мне продолжать? Думаю, в подобных обстоятельствах разрешение на ментосканирование я получу без труда.

Артели, казалось, посерел.

Йенг обернулся к выходу….

— Постойте!

— Да-да?

— Я, правда, знаю не слишком много касательно этого дела, но у меня есть некоторые личные воспоминания, совершенно не связанные с побегом Катрины и которые, ну, вы понимаете, мне бы не хотелось раскрывать при сканировании мозга. Все что угодно, только не ментосканирование!

Йенг милостливо повернулся.

— Тогда рассказывайте все, как есть, — согласился он, возвращаясь.

— Но ей-богу, я все уже рассказал!

— Нарываетесь, Артели, ох нарываетесь.

— Господи! Да что именно вас интересует?

— Пластинку ей на шею вы повесили?

Артели помялся. Идти на ментосканирование ужасно не хотелось.