Холмы Фэйри: Дэстини - Светлана Суббота

— Жупочка, — тут же пробормотал мужчина, разворачиваясь к бывшей гадалке, — если они вызовут полицию, нам придется заплатить очень большой штраф. Мы тебе лучше другой салон арендуем.

— Но как же мои вещи, карты, гадательный Шар?

— Но они же тебе по наследству достались, так? Значит и в другом месте наследство будет — кому этот хлам нужен, чтобы с собой забирать?

Он тащил свою любовницу к выходу, успокаивающе бормоча. А на плече у него сидела пикси, продолжая что-то втолковывать на ухо и поощрительно хлопая его маленькой ладошкой по щеке.

Назад она прилетела, довольно подтанцовывая в воздухе.

— Как я их! На!

Хорошо, что пикси не имеют права, как и остальной малый народец, жить среди людей и хулиганить бесконтрольно, вне ответственности сидов. Я тоже все лучше приучаюсь держать себя в руках, молодец. Выйди я сейчас из себя и сгорела бы половина улицы.

— Файни.

— Да!

— Назначаешься главой охраны и безопасности салона в одном лице.

— Нааа… Я?!

Пока ошарашенная пикси пыталась не упасть в воздухе, ныряя вниз от удивления и тут же возвращаясь, я решительно двинулась в сторону гадательной комнаты.

Ну не было у бывшей гадалки особых талантов или способностей. Я специально сейчас на нее пристально посмотрела в поиске хоть каких-то следов магии. Как же она смогла сделать предсказание, да еще такое точное? Значит что-то ей помогло. Что-то из предметов, которые дама так хотела забрать.

— Дэс?

— Да, Файни.

— Теперь я… на… Могу кого хочу в офисе впускать-выпускать?

— Обсудим еще. Например, клиентов надо обязательно впускать. Нельзя, чтобы люди начали бояться к нам заглядывать. Поэтому лучше впускать больше людей, просто наблюдать внимательно. Бдить. И родителей моих всегда нужно впускать. И Брэна.

Летающие друзья спикировали на мои плечи, заглядывая в лицо.

— Он придет, — тихо сказала Файни, — обязательно придет.

— Надеюсь, — голос дрогнул против моей воли.

Я не знала как дальше выстраивать с ним отношения. Если в Холмах во мне заговорила память неизвестной Зойи, которую упомянул слуа, могла ли я полюбить не Брэна, а его дальнего предка Ульгара, на которого он был удивительно похож? Сразу ли я осеннего принимала за другую личность? Вопросы роились, закручивая жгут сомнений в солнечном сплетении.

Я остановилась перед открытой нараспашку гадательной комнатой. И задумалась.

— Кортик, — спросила я, — а как называл тебя Вагнер? Как к тебе обращался?

Какаду склонил голову, переступил, перехватывая лапами мое плечо и вдруг выдохнул:

— Мой друг! Он называл меня — «мой друг».

— Мой друг, — осторожно начала я, смотря в полумрак комнаты и обнаруживая в ней множество тонких лучиков, которых я по странности не замечала раньше — а что будет подарком Мэб?

— Перерождение одной из Первых, королева обрадуется, — ровным тоном ответил попугай.

Некоторое время мы молчали.

Я катала флер по коже, согреваясь и еле заметно сияя. Зато комната светилась мне в ответ. Особенно гадательный шар. Кто-то сделал из него артефакт, наполнив магией. Поэтому так доверяла его подсказкам бывшая владелица салона. Именно с ним у меня успешно получился мой первый сеанс с клиенткой, мадам Дюрон.

Это был хороший салон и хорошее место. Только от меня зависело — сделаю ли я его еще лучше.

— Мой друг, — повернулась я к тут же замершему по струнке какаду, — ритуал перерождения прошел успешно?

— Да, все собрано, осталось только накопить достаточно магии для активации и у пары родится ребенок с душой Первого. Прекрасный подарок королеве.

— Но королева не оценила подарок и убила дарителя, — грустно сказала я. — По словам Брэна влюбленный маг собирал ингредиенты по всем местам силы в каждом Холме. Брэн специально проверил Лабиринт и обнаружил, что Вагнер побывал и в нем. Великая сила любви гнала мужчину вперед, ему хотелось удивить свою королеву. И он совершил чудо.

Я подошла к столу и погладила переливающийся силой Хрустальный Шар.

— Что с нами со всеми будет?