Институт идеальных жен - Ольга Куно

Вновь молчание. Рейнард все еще преграждал путь Этьену, Амелия с тревогой поглядывала на обоих, а Георг внимательно изучал меня, словно я была зеленой игуаной редкого подвида.

– Вы заступаетесь за них после всего, что здесь случилось? Весьма занятно. Кажется, существует синдром некоего города, не могу припомнить название. Что-то связанное со столицей одного из северных королевств. Видимо, это как раз ваш случай.

Я не решилась на это ответить.

– Антуан, проверь, нет ли здесь кого-нибудь еще, – вновь обратился к своему сопровождающему король. – Скажем, в этом сундуке.

Этьен выглядел спокойным – настолько, насколько это вообще возможно в такой ситуации, – до тех пор, пока не встретился взглядом с Гарри. Слуга, явно не решавшийся перешагнуть порог, завращал глазами так активно, что я невольно испугалась за его здоровье. Этьен же опустил веки, приоткрыл рот, будто собирался что-то сказать, резко выдохнул, да так и застыл на месте.

Меж тем Антуан послушно приложил к замку королевскую печать, беспрепятственно откинул крышку – и оттуда показалась голова, а затем и туловище уже знакомой мне красотки. Я услышала, как за спиной ахнула Амелия.

– Ваше величество.

Дама с бала величаво присела в реверансе, будто не вылезла только что из сундука, а прибыла на карете, запряженной четверкой породистых лошадей.

– Это еще кто такая?

Вопрос Георга был обращен отнюдь не к женщине.

– Это Беатриса Парси, аферистка, – вынужденно подал голос Этьен. – Промышляет похищением драгоценностей, денег, ценных бумаг и статуэток. Самое нашумевшее ее дело – кража бриллиантового ожерелья леди Бранье. Поймана, чтобы быть доставленной в Тайную канцелярию.

– Счастлива быть представленной вашему величеству.

Дама вновь склонилась перед королем, демонстрируя глубокое декольте. Впрочем, глаз, как положено в таких случаях, не опустила. Оправдываться и отрицать сказанное Этьеном она даже не пыталась.

– И как это понимать? – король снова взглянул на Этьена.

Тот неопределенно пожал плечами. Судя по всему, граф Ренье и сам понятия не имел, как дама оказалась запертой в его сундуке.

– Знаете, мне уже любопытно: у вас в каждом предмете мебели спрятано по девушке? – поинтересовался Георг.

– Ваше величество, – Гарри смело шагнул вперед, – это я запер леди в сундуке.

– Что? – охнули мы все разом.

– Я поймал ее, когда она проникла в дом, и решил, что раз уж хозяин все равно искал ее… – Под пристальными взглядами присутствующих Гарри слегка смутился.

Георг скривился:

– И вы считаете, что я поверю в очередную сказку? Слуга всегда выгораживает своего господина!

Беатриса вздохнула:

– Ваше величество, – произнесла она проникновенным голосом, – это правда. Именно этот человек схватил меня и закрыл в сундуке. Видимо, я теряю хватку…

– В вашем возрасте это не удивительно, – не сдержалась я.

– Что поделать, дитя, – слишком ласково отозвалась Беатриса.

– Скажите, а вы никогда не думали оставить свою… свое ремесло? – вдруг спросила Амелия.

Беатриса повела плечом.

– По всей видимости, мне все равно придется это сделать? – она внимательно взглянула на короля, с хищным прищуром разглядывавшего красавицу.

– Будьте любезны никуда не уходить, пока мы не закончим разговор, – бросил Георг и, кажется, тут же утратил к ней интерес.

Как будто у нее была возможность куда-то уйти! Да после всех треволнений, которые Этьену довелось из-за нее пережить, он бы грудью загородил дверь, причем вне зависимости от того, что сказал бы по этому поводу его величество! Впрочем, дама улизнуть и не пыталась. Послушно осталась стоять на месте, с задумчивой улыбкой наблюдая за королем.

– А вот ты, Антуан, подожди снаружи, – распорядился Георг, и его сопровождающего как ветром сдуло. – И ты тоже, как тебя там! – окликнул он Гарри. – Можешь подслушивать, но где-нибудь подальше.

Гарри только и сумел, что выдавить некий гортанный звук малопонятного значения, и тоже скрылся из виду.

Мы же остались, понимая, что настало время приговора.

– Итак, – повернулся к нам король. – Как я уже говорил, ваши сумасбродства мне порядком надоели. Поэтому им надлежит положить конец здесь и сейчас. Господам следует возвратиться к достойным их делам, а дамам – либо в пансион, либо замуж.

Беатриса склонила голову и очень тихо, едва размыкая густо напомаженные губы, пробормотала, что оба варианта ей не по душе и потому она предпочла бы третий. Георг сделал вид, что не расслышал.

– Замуж? Но, ваше величество, надеюсь, вы не собираетесь выдать Мейбл замуж за мистера Годфри! – воскликнула Амелия, игнорируя нахмуренные брови своего жениха. – Это невозможно.

Судя по взгляду, Рейнард разрывался между невестой и кузеном, не зная, кого из них в первую очередь удерживать от опрометчивых поступков. Георг задумчиво взглянул на Амелию.

– Вашей подруге невозможно выйти замуж за вышеуказанного Годфри, поскольку вчера он сочетался браком с ее мачехой, виконтессой Фэйтон, – снисходительно пояснил король, едва сдерживая улыбку.

– О… – От потрясения я не сразу обрела способность произнести нечто более осмысленное. Прошла пара секунд, прежде чем я вполне осознала, что следует из слов короля, и ощутила, как с души падает тяжкий груз нежеланной помолвки. – Надеюсь, они будут счастливы… Признаться, не подозревала, что такой брак входил в планы моей мачехи.

– Такой брак входил в мои планы, – поправил король. – Всем остальным пришлось соответствовать. Да, и еще одна деталь, – небрежно добавил он, в то время как я пыталась осмыслить предыдущую фразу. – Согласно завещанию вашего отца его вдова теряет право на имение в случае, если выходит замуж за обеспеченного человека. Годфри, несомненно, таковым является. Так что теперь имение Фэйтон переходит к вам и становится вашим приданым.

Теперь я и вовсе не знала, что сказать. Никогда в жизни не чувствовала себя столь сбитой с толку и счастливой одновременно.

Георг хмыкнул и вновь обвел всех взглядом, словно что-то для себя решая.

– Итак, все очень просто, – изрек он наконец. – Нас здесь шестеро: трое мужчин и три женщины. Одну из женщин заберу я. С остальными предстоит разобраться вам. Исключительно теми способами, которые я перечислил.

Теперь уже Этьен с трудом удержал Рейнарда, кажется, намеревавшегося высказать королю все, что он думает по поводу такого расклада.

Обстановка накалилась до предела. Казалось, даже воздух в комнате сгустился и потрескивал от напряжения. У меня отчаянно стучало сердце, Амелия побледнела и дышала тяжелее обычного, Рейнард мрачно смотрел на короля, явно замышляя убийство. Лишь Беатриса стояла совершенно спокойно, наблюдая за Георгом с едва заметной улыбкой.