Суженая мрака - Ольга Гусейнова

Я слушала его уверенный, тихий и такой мелодичный голос и проникалась волшебным тембром, заботой, пусть необычной и неоднозначной.

— Хорошо, будь по-твоему, — кашлянув, согласилась я. А потом смущенно шепнула: — Спасибо.

Келео продолжал держать мою руку в своей, разглядывая мое явно покрасневшее лицо, потом, моргнув, будто сбрасывая наваждение, вновь поцеловал только уже сомкнутый кулачок. А затем, мне показалось, с неохотой, отстранился и направился к дверям, на ходу предупреждая:

— Ужинать мы будем не одни. Хочу познакомить тебя со своими. Ашота зайдет за тобой чуть позже, чтобы проводить вниз. Еще, будь любезна одеться подобающим образом, а не в эти… девчоночьи наряды…

Келео окинул взглядом мое сине-золотое домашнее платьице насмешливым взглядом, причем специально провоцировал на взрыв эмоций. Видно, как выбрал изначально политику «дерганья кота за усы», чтобы привлечь мое внимание, так и следует ей, раз уж помогла, — суженая же не кидается в бездну. Гад! Ну ничего, я сейчас что-нибудь придумаю в ответ. Но тут новая мысль отвлекла от придумывания мести:

— Подожди-ка, дан Келео, ты мне совсем мозги заморочил. Где ты, говоришь, пропадал целых три дня? Если думаешь, что своими лекциями и подарками сможешь отвлечь меня от важных тем, — ошибаешься!

Глава Черного клана раздраженно дернул плечом, словно досадуя на себя за оплошность, взялся за ручку двери, но, бросив на меня короткий взгляд, все же признался:

— Твои родичи расширенным составом штурмуют замок и земли черных. Требуют выдать хранительницу Древнего. Пойти в открытую войной не имеют права, да и силенок не хватит, а вот мелко пакостить для них в самый раз. Приходится вразумлять…

— Мои? Штурмуют?! — восторженно и с любовью к синим и наверняка серым выдохнула я. А потом испугалась: — Ты никому случайно не навредил?

Келео мой восторг не разделил, наоборот зло процедил:

— Нет, но некоторым основательно проредил чешую.

Ну, чешую не страшно, она быстро отрастает. Я довольно улыбнулась:

— Вот что значит воровать девиц без выкупа и благословения родных!

— Хашер с Майдашем не идут на переговоры о размере выкупа. Хашер вообще, мне кажется, все ориентиры потерял: через Поднебесный Посад потребовал вернуть ему дочь, а твои братья подливают масла в огонь. Я потратил два дня на разбирательства в Посаде, но закон на моей стороне. Надеюсь, синие и серые умерят, наконец, свои амбиции и начнут вести разумный диалог о выкупе. По крайней мере, золотые и твой прапрадед Дамрис Золотой более лояльны и готовы обсудить со мной размер компенсации…

— Что? — опешила я от дедовой наглости. — Этот проныра даже четвертушки динара не заслужил! Никаких переговоров с ним и компенсаций тем более.

— Зато он оказался на моей стороне в Поднебесном Посаде и сэкономил мне тучу времени при разбирательстве, тем самым позволив скорее вернуться к моей суженой… — спокойно парировал Келео, но я быстро захлопнула рот, уловив ироничные нотки в его голосе.

Похоже, меня снова пытались спровоцировать на спор, действия или поступки, вывести из режима «спокойствие, только спокойствие».

— Зато тем, кому я действительно дорога, компенсаций не требуется. Все познается в сравнении, да, дан Келео? — мрачно усмехнулась я.

— Тут ты права, Золотко, — хмыкнул черный дракон, использовав любимое обращение моих родных. — Любимые — бесценны! Не забудь про ужин и выбери достойную одежду…

Возмутиться как следует мне не удалось, дверь закрылась, оставив меня кипеть в одиночестве. Пришлось выскочить на балкон со злобным ревом, чтобы вернуть себе гармонию и покой. Зато вернулась с холодной головой и четким планом мести за «девчачью» одежду. Хочешь взрослую, дорогой? Ты ее получишь!

Гардероб я перерыла с самым боевым настроем, а когда нашла подходящее платье и приложила его к себе перед зеркалом, мои медовые глаза загорелись триумфом. Золотое с синими звездочками платье выглядит вполне прилично, даже скромно, но, когда у воинствующей суженой в руках ножницы, а в голове шалят гормоны, образ можно превратить в откровенный вызов. Особенно если немного поменять фасон платья, ну, скажем, отпороть лишнее.

Совсем скоро, причем в буквальном смысле, я сияла, разглядывая свое отражение. Прическа — тщательно зачесанные в «шишку» на макушке волосы — открывает мягкие, красивые черты моего лица: яркие глаза, прямой нос и чувственные губы; сапфировые сережки-ниточки в ушах подчеркивают изящную шею. Очень выгодно в вырезе лодочкой смотрятся мои точеные приоткрытые плечи и ключицы. Дальше корсаж платья мягко облегает мой торс, от талии благородно поблескивающая, с множеством маленьких синих звездочек ткань спадает пышными складками. Никакой вычурности и помпезности — сама элегантность. Вид спереди что надо: шикарно, дорого, нарядно и… почти чопорно. Такой вырез лодочкой предпочитают снобы и скромницы из человеческой аристократии, высокородные замужние эльфийки, да многие добропорядочные женщины из тех, кто может себе позволить подобный наряд. И кто хочет выглядеть чувственно, но без вызова.

Затем я повернулась спиной и «зверски» ухмыльнулась, блеснув небольшими драконьими клыками. Хочется отомстить Келео, поразить его в самое сердце, поиграть на мужских слабостях, а вот моя дракошка почему-то чересчур воодушевилась. Эх, чувствует вторая половина моей печени, что причины у этой золотой энтузиастки совершенно другие. В результате, разглядывая свой тыл, я засомневалась: стоит ли мелкая месть такого риска? И все потому, что талию украшает симпатичный бант, а выше — почти полностью обнаженная спина, которую крест на крест пересекают две золотые полоски-бретельки, закрепленные несколькими парами петель и тем самым удерживающие верхнюю часть платья, не позволяя ткани сдвинуться. Собственно, бант и есть продолжение этих провокационных бретелек.

Осмотрев свои хрупкие лопатки над золотыми полосками, я попыталась определиться: так идти или все-таки переодеться, ведь время еще есть. Но тут в дверь постучали. Наверное, Ашота пришла, чтобы проводить меня, а Келео обычно без стука является. Повернувшись лицом к двери, я разрешила:

— Да, входите.

К моему невольному облегчению — уверенности и бесшабашности я еще не накопила — увидела свою горничную. Она шагнула в комнату как-то неуверенно, остановилась у порога и, явно нервничая, почесала зеленые чешуйки на виске, затем осторожно поинтересовалась:

— Дана Алера, правду говорят, что вы хранительница Древнего?

Немного опешив от неожиданности, я ответила:

— Да, все верно.

И с облегчением выдохнула, а то мало ли что случилось.

Виверна вскинула на меня сияющий, радостный взгляд и выскочила за дверь. Через секунду она заносила в комнату большую корзину с яйцом и вела за руку драконицу с лиловыми волосами и глазами и тоже с «грузом». Посетительница оказалась слабеньким магом.

— А у нас вот… беда, — удрученно кивнули дамочки на небольшие яйца, скорлупа которых кое-где начала «проседать», смягчаться. Короче, начала сохнуть.