Межвремье - Медина Мирай

– Пока нет.

– Она не должна узнать.

– Рано или поздно узнает. И лучше бы рано.

Как непривычно и даже стыдно было думать о ней как о ближайшей родственнице. В поисках успокоения Кален не раз рылся в воспоминаниях, пытаясь найти хоть одну мысль о симпатии к ней как к девушке. К своему счастью, он ничего не нашел и все равно не мог побороть стыд за все обидное, что сделал и наговорил ей.

Еще больше его смущало другое:

– Не могу поверить, что Ариан – мой прадедушка.

– Альмент, получается, прапрадедушка, а Праетаритум – прапрабабушка.

– Кошмар, – Кален поежился словно от холода. – Не понимаю, как это могло произойти. Всю жизнь я рос в более-менее полноценной семье. Так как?.. И знают ли родители Ионы о том, что у них есть еще и сын?

На лице Самнии заиграла искренняя, но печальная улыбка:

– Они и твои родители. Нет, не знают. Тебе следует поговорить обо всем с твоей мамой. С вашей мамой. О родстве с ней Иона тоже не знает, – на этом Самния решила завершить разговоры о семейном древе. – Альмент не связывался с тобой?

– Нет. Он словно исчез. Его будто нет рядом со мной.

– А ты слышал легенду о ведьме, убитой в том крае, в котором живешь?

Кален недолго повышагивал туда-сюда, а потом вернулся к своему месту. Вопрос он воспринял с легкостью и без тени подозрения:

– Что-то слышал, но в современном мире таким историям уже не придают значения. Все это сказки… Или нет?

Загадочная улыбка королевы снова заставила его напрячься. Она манерно поднесла левую руку к губам, правую изящно положив на голое колено.

– В твоем городке есть старое дерево. Одна из немногих достопримечательностей. По легенде, уже единожды перерожденная ведьма была живьем заточена в нем, а сделала это с ней примерно десять веков назад бывшая и единственная жена Ариана – Мелани. Она же представительница пятого элемента.

– К чему вы клоните?

– Мелани дважды убивала эту ведьму, но первый раз ее похоронили лицом к крышке гроба, и ее душа смогла выйти наружу. А второй раз она вновь умерла не навсегда. Она была заточена в дереве, и потому у нее есть выход к земле, в которой…

– Лежат мертвецы. – По телу Калена пробежала холодная дрожь.

– Она жаждет возвращения, – мрачно продолжила Самния. Улыбки словно и не бывало. – И ты, ослабленный правнук ее заклятого врага, можешь оказаться ее целью. Поэтому берегись деревьев, с помощью которых она может нашептывать тебе, и глубоких ям. Там ее шепот ты будешь слышать отчетливо.

– Но что она может мне сделать? И зачем я ей? – Кален попытался разрядить разговор усмешкой вопреки страху, уже пустившему корни в его спокойствии.

– Даже думать об этом не хочу, – Самния потянулась к виноградной лозе и сорвала кисть. – Поешь, перед тем как проснешься. Этот виноград необычный, как ты помнишь. Он придаст тебе сил для побега.

– Побега? – Кален принял виноград, лишь сейчас поняв, насколько голоден. Спелые сочные ягоды оказались сладкими и сытными, не вызывающими тошноты.

– Территория, на которой вы с Тревисом находитесь, не так безлюдна, как ты думаешь. И я уже наслала на одного из хозяев тех земель вещий сон. Воспользуйся шансом и убегай.

– То есть никто не собирается мне помогать?

– Это и есть помощь. Ариан сейчас спрятал Ларалайн, и то же самое он собирается сделать с Ионой. Вам пока нельзя встречаться.

– По-моему, просто никто не хочет из-за меня париться.

– А по-моему, тебе пора.

Самния встала и опустилась к лицу Калена. От неожиданности парень допустил постыдную мысль, что его вот-вот поцелуют в щеку, но нежность королевы, дальней, как оказалось, родственницы, выразилась в виде объятия. Кален услышал щелчок, а после настала тьма.

Когда он проснулся, уже наступило утро следующего дня. Боль в теле, как и тяжелая усталость, исчезла. Руки были все еще связаны, одежда – грязна и где-то разодрана, но Кален чувствовал себя полным энергии.

Тревиса рядом не было, но облегчение от его отсутствия длилось недолго: Кален услышал, как с двумя щелчками поворачивается ключ. На него упал ослепительный свет нового дня, но его тут же затмила чья-то густая тень.

– Кто вы? – услышал Кален голос незнакомца. Приглядевшись, он увидел мужчину средних лет в фермерской одежде и с сигаретой, зажатой во рту. – Боже…

Достаточно было взглянуть на парня, чтобы понять, что он чья-то жертва, насильно удерживаемая взаперти. Мужчина поспешил освободить его от пут.

– Как ты здесь оказался?

– Долгая история, связанная с одним психом.

Когда веревки упали с рук, Кален поднялся с земли и поблагодарил своего спасителя:

– Спасибо. Нам нужно уходить. Он вот-вот вернется.

– Кто? – От мужчины неприятно несло перегаром. – Я сейчас же вызову полицию.

– Может, обойдемся и без нее? – послышалось со стороны выхода.

И вновь, когда свобода была так близко, жизнь подставила Калену очередную подножку, потому что именно сейчас, когда он здоров и свободен, на пороге ангара, прислонившись к стене, стоял, злорадно улыбаясь, Тревис.