Обреченная и обрученная - Ольга Иванова

– Значит, даже моя магия действует в этом мире? – спросила я у Дарека.

– Я же говорил, что она теперь навсегда останется при тебе, где бы ты ни была, – отозвался он с улыбкой.

– Магия? – вставила мама.

– Да, мам, я теперь умею делать кое-что… необычное.

Мама теперь уже без слов накапала себе очередную порцию лекарства, выпила ее залпом и уже более спокойным тоном поинтересовалась:

– Так что ты там говорила о внучке?..

И я с облегчением поняла, что лед тронулся…

О Сальмаре я рассказывала долго, правда, опустив главную причину, по какой там оказалась. Объяснила этот временной этап обтекаемо и в общих чертах, почти сразу перейдя к замужеству. И, конечно же, Линде.

– А ее можно увидеть? – спросила мама под конец.

Я растерялась, не зная, что ответить, посмотрела на Дарека без всякой надежды, тот же отвел взгляд в сторону и задумчиво произнес:

– Мне нужно поразмыслить об этом.

– Понятно…– кивнула мама с печальной улыбкой, но потом, будто опомнившись, засуетилась: – Что ж я сижу? И ты, Даша, ничего не мне говоришь! Хоть бы чаем зятя напоить надо. Или, может, супчика? – обратилась она уже к Дареку. – Я как раз недавно сварила его… Сейчас погрею, – она тут же оказалась около плиты.

– Я…– начал было Дарек, но после беспомощно глянул на меня. Похоже, деятельность, что резко развила моя мама, ввергла его в замешательство, если и вовсе не напугала.

– Не отказывайся, поешь супа, – тихо сказала я ему. – И садись уже за стол. Сколько стену подпирать будешь?

– За стол? – Дарек недоверчиво покосился на ту самую мебель, а следом и на табуретки.

– Ну извини, – хмыкнула я, поняв причину его сомнения. – Какой уж есть. Стол в замке, конечно, побольше будет…

– В замке вообще все не так…

Дарек кое-как втиснулся между столом и холодильником, с любопытством присматриваясь к последнему. Когда же мама открыла его в поисках какой-то еды, и вовсе вытянул шею, пытаясь разглядеть, что там внутри. Электрическая плита тоже вызывала у него явный интерес, и он почти безотрывно следил за действиями мамы.

– Даш, включи пока чайник, – попросила та, не отрываясь от готовки.

Я сразу нажала на кнопку, и через несколько минут вода в полупрозрачной колбе вовсю кипела.

– Там крок? – Дарек теперь смотрел на бурлящий чайник.

– Нет, там электричество, – я уже с трудом сдерживала смех, наблюдая за реакцией мужа на местные достижения технического прогресса. – Это почти как твои молнии… Оно и греет, и дает свет, и еще много где используется…

– Я чувствую себя так глупо здесь, – признался он потом, когда мы уже остались одни, в моей комнате.

Маме все-таки удалось накормить его своим супом, а затем напоить и чаем. Дарек все честно съел, правда, с новоиспеченной тещей вел себя сковано и преимущественно молчал. Когда же мама пыталась задавать ему какие-то вопросы, отвечал отрывисто и скомкано. Разошлись мы, наверное, около трех ночи.

– У вас все такое странное и непривычное…– продолжил Дарек, рассматривая вид за окном.

– Теперь ты понимаешь, каково мне было привыкать к Сальмару? – я обняла его сзади и прижалась щекой к спине.

– Понимаю, – он накрыл мои ладони своими. – И понимаю, почему ты хотела вернуться… Твоя мама… Ты ведь скучала по ней?

– Да, – слезы вновь начали застилать глаза, но я попыталась прогнать их, часто заморгав. – Но потом я узнала, что если останусь в Сальмаре, она меня забудет, и мне стало немного легче. Теперь же… Когда я уйду повторно, это уже не сработает, так? Мама будет помнить обо мне и тоже скучать… Сердце разрывается за нее.

– Она ведь не уйдет с нами?

– Не думаю… Слишком многое придется оставить здесь. Люди в возрасте тяжело решаются на кардинальные перемены. Опять же есть ведь еще и мой старший брат, хоть он и живет с семьей в другой стране… А я? Я не могу иногда к ней наведываться?

– Ходить между мирами не так просто. Во-первых, нужен очень сильный хрон. Во-вторых, в твоем случае, придется подстраивать еще и время. Разница-то получилась год. Я сам тебя еле нашел…

– Расскажи мне обо всем, – попросила я. – Обо всем, что случилось в мое отсутствие.

– Когда я вернулся в замок, то застал в твоей комнате Мэлвин с плачущей Линдой. Она-то мне и сказала, что не может тебя нигде найти. Что тоже пришла недавно и увидела Линду одну на твоей кровати. Она разрывалась от плача, а тебя рядом не было. Мэл прошлась по другим комнатам в поисках тебя, но, понятное дело, не нашла. Потом же я почувствовал слабый след от портала и то, что он вел за пределы Сальмара…

– И подумал, что я ушла по собственной воле? – уточнила я с грустью.

– Каюсь, в первую минуту именно об этом и подумал…– голос Дарека охрип, и он кашлянул, прочищая горло. – Потому что в глубине души всегда этого боялся… А тут еще и лот тебе утром убрал… Но потом вспомнил твои глаза, когда ты смотрела на Линду… И твои заверения, что никогда нас не оставишь… Я отогнал от себя эти разрушительные мысли, понял, что с тобой что-то случилось… Начал анализировать. След от портала говорил о том, что создали его с помощью моей магии воздуха, значит, использовали хрон, хранящийся в замке. Тогда я отправился в хранилище и попросил выяснить Ролли, все ли хроны на месте. Одного он недосчитался, притом уверял, что после завтрака лично пересчитывал и прекрасно помнит их количество. Далее мы некоторое время выясняли, не покидал ли кто замок в течение дня. Оказалось, что уходили только Мэлвин и я. С Мэл я сразу снял все подозрения, поскольку знаю, как она преданна тебе… Даже не представляю, что может подтолкнуть ее к предательству. Да и связь между вами была разорвана намного позже того, как она ушла на встречу с Глеаром. Исходя из этого, я сделал вывод, что хрон не выносили за пределы замка. Приказал слугам искать его везде и во всех комнатах, даже в моей… Разрешил перевернуть все вверх дном, лишь бы нашли тот злосчастный хрон. Ты знаешь, – тут Дарек сокрушенно усмехнулся, – я почти не удивился, когда его обнаружили у Алана в спальне… Конечно, до последнего не хотелось верить, что в этом замешан он… Но против доказательств не пойдешь. Да и сам Алан несильно отпирался…

– Он что-то сказал? Как-то объяснил?

– Сказал лишь, что ты это заслужила, – ответил нехотя Дарек. – Не пойму, откуда у него такая злость на тебя… Вы же вначале так хорошо ладили… Неужели ревность так застлала его глаза?..

Глаза… Странные глаза Алана, в момент, когда он толкал меня в портал…

– Дарек… А ты ничего не заметил в Алане необычного? – спросила я мужа.

– Кроме его нахального поведения и явного отсутствия сожаления в содеянном, ничего, – отозвался тот. – Впрочем, по мне и это уже ненормально…

– Нет, глаза…– я пыталась подобрать слова, чтобы ясней описать то, что видела. – Знаешь… Когда он пришел ко мне… Его глаза… Они были совершенно черные, будто их залили дегтем… И это смотрелось страшно…