Таня Гроттер и магический контрабас - Дмитрий Емец

– Ого! Сколько тут нежити! И откуда она толькоповылезала? – шепнул Ванька.

– Иди спокойно, не делай резких движений и уверенносмотри по сторонам! Тогда нежить не нападет! – Таня вспомнила один изуроков Медузии. Она глубоко вдохнула и сделала первый шаг навстречу краснымзрачкам.

За первым шагом был второй, третий... «Только бы неиспугаться! Я не боюсь... Я бо... я не...» – повторяла себе Таня, стараясьсмотреть поверх красных зрачков. То, что Ванька шел рядом, придавало ейхрабрости. Когда от нежити их отделял всего шаг или два, та вдруг с пискомметнулась в стороны и уступила дорогу.

– Получилось! – не удержавшись, воскликнула Таня.

– Не очень-то радуйся, – негромко произнесВанька. – Оглянись!

Таня оглянулась. За ними по коридору ползли сотни, тысячикрасных огоньков. Казалось, нежить подгоняет их, и, задумай они теперьповернуть назад, мерзкие создания им не позволят.

– Да, Чума-дель-Торт постаралась на славу... Вначаленас не впускали в подвал, а теперь не выпустят из подвала, – озабоченносказала Таня, проворачивая на пальце магический перстень – единственное, чтомогло хоть как-то защитить от нежити.

Они повернули за угол, направляясь ко второй невидимой арке,открытой прежде Баб-Ягуном. Внезапно во мраке кто-то пошевелился, и имнавстречу устремился раскаленный огненный язык.

– Берегись! – Таня бросилась на пол, увлекая засобой Ваньку. Едва не опалив им волосы, над ними прокатилась струя огня.

Друзья приподнялись на локтях. Огромный дракон преграждалкоридор. Золотистая чешуя тускло отблескивала.

– Ртутный! – узнала Таня. – Это же Ртутный!Услышав свое имя, дракон приподнял полузакрытые веки, и новая струя огняприжала их к полу. Нежить за углом тревожно заверещала, не решаясь выглянуть.

– Как он тут оказался? – прошептала Таня,прикидывая, что обогнуть Ртутного им никак не удастся. Дракон закупоривалпроход, точно пробка.

– Кто-то выпустил его из ангара... Или даже прорылоттуда ход... Смотри, у него в носу торчит копье. Кто-то очень стремился егоразозлить...

Таня пригляделась. Так и есть: в носу, рядом с ноздрей, водном из самых уязвимых мест дракона, торчало древко копья. Дракон хриплодышал, изредка выдыхая струи пламени.

– Ему же больно! Вот бедняга! – продолжалВанька. – Надо вытащить у него копье. Тогда он, возможно, согласитсяпропустить нас... Я пойду к нему!

– Не вздумай! Он тебя испепелит! – испугаласьТаня.

– Надеюсь, что нет. Как удачно, что Тарарах недавнонаучил меня успокаивать драконов, – сказал Ванька.

Однако в голосе у него не было уверенности. Никто не знает,как поведет себя Ртутный, Драконы непредсказуемы. Особенно раненые инапуганные, застрявшие в тесном подвале.

– Ну давай... Пожелай мне ни пуха... Если со мнойчто-то случится, можешь оставить себе мою майку, – тихо проговорил Ванькаи встал.

Ртутный пристально следил за ним немигающими желтымиглазами, готовый выдохнуть пламя, как только Ванька сделает шаг. Копье у него вносу подрагивало.

– Валерьянус психопатус! – произнес Ванька. –Валерьянус психопатус!

Тяжелые веки дракона опустились. Вместо пламени он выдохнулклуб дыма. Ванька охнул и поспешно заслонился рукой. Таня увидела, что рука унего покрылась ожогами.

– Спокойно... спокойно... я не причиню тебя вреда... Язнаю, ты обжег меня случайно... – прерывающимся голосом сказалВанька. – Валерьянус психопатус!

Он подошел к Ртутному и, твердо глядя ему в глаза, взялся задревко. Дракон настороженно ждал.

– Сейчас будет больно, но очень недолго. Потерпишь?Только не вздумай дышать огнем... Я же не намазан упырьей желчью, я сразусгорю... Тебе ясно?

Дракон приподнял чешуйчатую голову, приоткрыл пасть. Егораздвоенный язык чуть коснулся древка и сразу спрятался.

– Вот и хорошо! Я считаю до трех и дергаю... Раз...Два...

Таня зажмурилась. Она слышала, как Ванька крикнул «три» икак заревел дракон. А потом над головой у нее пронеслась длинная, раскаленнаяструя пламени. Ртутный не выдержал боли.

Открыв глаза, она увидела, что Ванька лежит на земле,закрывая лицо руками, рядом валяется копье, а дракон, пачкая кожистые крылья,уползает в прорытый нежитью ход, ведущий в ангар. Не дожидаясь, пока скроетсяего хвост, Таня бросилась к Ваньке. Он был жив, хотя все лицо его покрываливолдыри, а обугленная мантия висела клочьями.

– Мне повезло, что я упал, когда дернул копье. Онтолько чуть-чуть меня задел, – кривясь от боли, прошептал Ванька. –Какой дурак, я должен был сказать «Болеус обуздатус», тогда бы Ртутный ничегоне почувствовал. Почему я забыл?

Таня помогла ему приподняться. Ванька охал, когда онаприкасалась к его рукам.

– Погоди, я отведу тебя в магпункт...

– Не надо. Я сам... Иди, путь свободен. Не дайТой-Кого-Нет открыть ворота, – прошептал Ванька, прижимаясь спиной к стенеи выпуская зеленую искру по высунувшейся из-за угла нежити. Та скрылась снеприятным попискиванием.

– Искрис фронтис! – прошептал Ванька, метаянесколько искр ей вслед.

Таня замешкалась. Надо было выбирать. Если Чума откроетЖуткие Ворота, то не будет уже ничего. Ни Тибидохса, ни Ваньки, ни Баб-Ягуна.Тогда не поможет уже и магпункт.

– Хорошо. Подожди меня. Я скоро! – решилась она и,оглядываясь на Ваньку, быстро пошла вперед.

Вскоре она была уже у второй невидимой арки, открытойБаб-Ягуном. Крепко сжав кулак, чтобы не соскочил магический перстень, Таняшагнула сквозь призрачный камень. Знакомый короткий коридорчик вывел ее взакопченный зал.

Усыня, Дубыня и Горыня вповалку лежали рядом с костром, а издальнего коридора торчали огромные подагрические ступни одного из циклопов.Похоже, охранники попадали там, где их настиг Деревянный Демон. Пламя костравыглядело таким же замерзшим, как и в Зале Двух Стихий. Кажется, эта участьпостигла весь огонь в Тибидохсе, не распространившись лишь на драконий.

«Наверное, Сарданапал со своим зельем тут тоже был!» –подумала Таня.