Обладатель-двадцатник - Юрий Иванович

Но именно по поводу возраста Иван начал разговор:

– Сомнения у меня. Если мы твою жену воссоздадим удачно, как она к тебе такому… престарелому отнесётся? Всё-таки ты в её памяти совершенно иным остаёшься.

Неутешный вдовец серьёзно задумался над таким вопросом. И только через минуту признался:

– Я тоже над этим уже успел поразмыслить. Но и сейчас твёрдо уверен: что бы ни случилось, я готов на всё. Вплоть до собственного развоплощения. Лишь бы Дашенька ещё хоть немного пожила, лишь бы почувствовала себя, осознала, лишь бы увидела небо…

И так надрывно у него получилось, что у Загралова непроизвольно защипало в глазах. Поэтому он постарался весело рассмеяться, разгоняя грустную атмосферу:

– Ладно, давай не будем печалиться заранее! Всё равно ведь ещё неизвестно, получится у нас или нет. Поэтому просто настраиваемся на эксперимент, а если он не удастся, продолжаем жить, как прежде.

– Голосую двумя руками, – согласился Фрол, протягивая ладони в сторону обладателя. Но при этом всё-таки вздохнул нервно и судорожно: – Считывай!

– Ладно, становимся вот над этим столом… Мне так легче концентрироваться… Твои ладони сверху… Начинай вспоминать её тело… и не стесняйся, я твои мысли не читаю… Чем больше деталей представляешь, тем лучше. В том числе и все места, где её трогал, гладил… и всё остальное…

Кажется, вначале Пасечник попросту стеснялся подобных воспоминаний. Ибо ничего толком ни ухватить, ни рассмотреть где-то там, в далёкой памяти ушедшего в Лету пространства, не удавалось. Но потом он одновременно и расслабился, и сконцентрировался на нужных воспоминаниях. И процесс считки маленьких, а потом и всё больших фрагментов матрицы естества пошёл по нарастающей.

– Есть! Так держать! – шёпотом подбадривал мужчину обладатель. – Пусть и медленно, но у нас получается… Закрой глаза… Представляй! Вспоминай! Ощути опять всем телом полное соприкосновение с ней! Всем телом!.. Испытай с ней оргазм!.. Вспомни её в моменты наивысшего наслаждения!..

Хоть и самому было неудобно призывать к такому острому ощущению другого человека, но Иван незамедлительно заметил резкое насыщение образа создаваемой матрицы. А там не замедлил появиться и полный всплеск, словно единым взрывом окончательно раскрашивая уже знакомую картину с ростком аурного фона в центре.

Вот после этого немедленно пришло понимание: «Есть! Есть готовая матрица!» Ну, и без долгих объяснений объявил Пасечнику:

– Получилось. Но ещё надо поработать над излечением структуры. Так что пока возвращайся на дежурство, мне всё равно помочь ничем не сможешь.

Стоило видеть, сколько восторженных эмоций обуревало фантома, когда он растворялся, превращаясь в духа. Ну а обладатель с терпением и некоторыми наработанными умениями поколдовал над лечением ростка, его оживлением с помощью вливаемых радостных эмоций. При этом не забывая присматриваться к расходу сил из Цепи. А те вылетали в момент излечения уже не ручьём или малой речкой, а этаким истощающимся водопадом. Благо что ещё было откуда черпать силёнки, но жёнам была отправлена по внутренней связи пришедшая в голову мысль:

«Истощение! На Дарью уходит слишком много сил, правда, появилась уверенность, что скорее всего её воссоздать удастся… Этой ночью придётся нам опять постараться с яляторными потоками. Так что праздничный ужин долго затягивать не станем…»

Сестри благоразумно на это промолчала, да и Ольга отозвалась только после долгой паузы:

– Ладно, чего уж там, мы-то выдержим… А вот тебе не будет ли чересчур? Излишнее перенапряжение опасно, если что, тебя тогда от импотенции даже дедушка Игнат не вылечит. И что потом будем делать?

– Э-э-э… так ведь я ещё молод, силён и всё такое… – замялся Иван, стараясь, чтобы данный разговор с главной женой никто из фантомов не услышал.

– Как же, как же! Помню, как это самое «всё такое» мешало тебе во время наших первых встреч. А вдруг произойдёт рецидив? Да с катастрофическими и необратимыми последствиями?

– Ты меня просто пугаешь или к чему-то ведёшь? – усмехнулся Загралов, уловив нотки ёрничанья в голосе Ольги. – Предлагай конкретно.

– Забыл, что я детей хочу? – вначале напомнила она, а потом ошарашила: – Так, может, мы твою сперму заморозим, пока ты ещё что-то можешь?

– А-а-а! Вот оно что!.. – обладатель к себе прислушался, представил намечающееся Ялято и моментально почувствовал нарастающее возбуждение. А значит, здоровье отличное и на провокацию он не поддастся: – Да нет, дорогая, со мной всё в порядке. Ещё лет двадцать, а то и все сорок без замороженного запаса справлюсь.

– Ну-ну, посмотрим… – донеслось в ответ задумчивое обещание.

Тогда как основной поток сознания продолжал оживление ростка аурного фона давно убиенной Дарьи Валентиновны. И не прошло четверти часа, как тот воспрял, заиграл так и не подобранными определениями запаха, раскраски, плотности и сгустков иных субстанций. А ещё чуть позже и сама женщина, созданная в виде духа, появилась где-то там, и обладатель начал с ней первый разговор из трёх обязательных для возвращения полного самосознания.

Только после завершения его обратился персонально к Фролу:

– Получилось. Ещё два разговора, и она себя осознает. Поэтому давай решать: где и как вас предпочтительнее свести вместе? Или, может, понадобится при этом помощь и участие кого-нибудь из женщин? Ульяны, к примеру, или Елены Сестри?

Кажется, Пасечник и на эту тему во время работы успел подумать:

– А можно так, чтобы она сразу у нас за общим столом появилась? Во время новоселья? Дарья всегда обожала дружные и весёлые компании, и мне кажется, что она в такой непринуждённой обстановке легче воспримет окружающую действительность.

На такое предложение Ивану ничего не оставалось, как похвально воскликнуть:

– Гениальная идея! Тем более что до упомянутого тобой застолья осталось всего ничего. Олечка?!. Ты нас слышишь?.. Ждём приглашения к началу банкета!