Сточное время - Владимир Холкин

— Я ее отпустила, — объяснила Кристина. — Дальше на моей полетим. Ну что, заходи, посмотришь, как мы живем.

На квадратных метрах здесь явно не экономили, а громадные окна делали дом еще просторнее и светлее. На стенах повсюду висели картины.

— Ага, — подтвердила Кристина, поймав его взгляд, — мои. Нравятся?

— Очень, — честно сказал Егор. В основном здесь были пейзажи — бескрайняя степь, сосновый бор, принизанный солнечными лучами, айсберг над зеркальной водой, приторно-зеленые джунгли. А дальше… Дальше было такое, что Егор минут пять стоял, не в силах отвести глаз. Изогнутый край Земли, видимый, словно в иллюминатор, и белый цветок циклона на синем фоне. Пылающий жаром каменный шар Меркурия. Бешеные смерчи Венеры. Кольца Сатурна, похожие на пластинку от патефона. И гнилой апельсин Юпитера, висящий над ледяной равниной…

— Только не говори, что все с натуры писала, — сказал Егор. — А то от зависти сдохну.

— С натуры, конечно, а как еще? — немного удивилась Кристина. — Не по фотографиям же?

— И что, сложно туда добраться? На другие планеты, я имею в виду?

— Смотря куда, — пожала она плечами. — На Марс, например, за пару часов. Но туда не так интересно — он уже двадцать лет как терраформирован. А вот куда-нибудь в пояс Койпера уже, конечно, сложнее. Дня три с пересадками, и летают только научные экспедиции. Я пока дальше Сатурна не выбиралась.

— Ну, у тебя все еще впереди, — заверил ее Егор и мечтательно закатил глаза. — Эх, мне бы так. Я ведь об этом всю жизнь мечтал. Чтобы сел на машину — и на орбиту. Или, положим, дождался автобуса — и на Марс.

— Ну так оставайся у нас, — сказала Кристина очень спокойно.

— В смысле? — опешил он.

— В прямом. Что тебя держит в твоем Чернодольске? Дети? Любимое дело? Обязательства перед кем-то?

— Нет у меня ни того, ни другого, ни третьего, — пробурчал Егор. — Но все это, знаешь, как-то… Да и вообще, кто меня сюда пустит?

— Так вроде уже пустили, — засмеялась Кристина. — Ты же вот, сидишь у меня в гостях. Или это мне только кажется?

— Ты не понимаешь, — сказал он мрачно. И вдруг его прорвало. — Я здесь вообще нелегально, без всякого разрешения! Пробрался в поезд благодаря тому, что мне вкололи дозу какой-то дряни! Я безбилетник, «заяц»! В меня любой охотник имеет право стрелять без предупреждения…

— Это ты не понимаешь, Егор, — мягко сказала ему Кристина. — В этот мир нельзя попасть просто так. И если ты здесь, значит, имеешь право. В противном случае остался бы за порогом, и никакая наркота тебе бы не помогла. Наша перчатка, кстати, у тебя на руке прижилась отлично… Что? Конечно, я ее заметила, большого ума не надо. У меня тоже такая есть, просто я ее носить не люблю…

— Это еще не все, — перебил Егор. — Я ехал с каким-то грузом. Вез контрабанду, короче, и даже не знал, что именно. И, что характерно, совесть меня начинает мучить только теперь — когда я увидел, куда эту хреновину приволок. А вдруг там бомба? Кнопочку нажмут — и кирдык, ваш город-сад накроется медным тазом…

— Не говори глупостей, — отмахнулась она. — По-твоему, кто-то из наших мог заказать контрабандой бомбу? Это уже не бред, а даже не знаю что… А, собственно, чего мы гадаем? У тебя есть контакты этого Дмитрия, который тебя встречал?

— Номер какой-то оставил. Телефон, наверно — или как это у вас называется?

— Давай сюда. А ты сходи на кухню пока, налей мне воды, пожалуйста.

Егор поплелся из комнаты, а Кристина включила видеосвязь. Он налил воды себе и хозяйке, потом присел за стол и уставился за окно. Раз отослали, можно и подождать. Из гостиной доносились невнятные голоса. Наконец они смолкли, и Кристина переступила порог.

— Ну, вот и договорились, — сообщила она. — Я ему пересказала твою историю и добавила кое-что от себя. Он, можно сказать, проникся. Договорились встретиться в полдень. Он все объяснит, чтобы совесть тебя не мучила. Устраивает?

— Устраивает, — промямлил Егор. А что еще оставалось?

— Вот и прекрасно, — резюмировала Кристина. — Ладно, у нас еще три часа, даже три с половиной. Первым делом — водные процедуры.

Она показала ему ванную для гостей, а сама заняла другую. «Если выйдешь раньше меня, можешь пока новости посмотреть», — крикнула она напоследок.

Освежившись, Егор взял пульт, и ближайшая стена как будто исчезла, а за ней открылась долина, усыпанная камнями. Это был репортаж об освоении Марса. Яблони там, как выяснилось, пока еще не цвели, но и привычных пейзажей в красных тонах тоже не наблюдалось. На экране были серые скалы и бледно-синее небо. Потом возник небольшой поселок — люди ходили по улицам без скафандров и даже без респираторов. «Технология отработана, — втолковывал корреспонденту какой-то бородатый мужик. — И если подтвердятся слухи о том, что начинается подготовка к Первой Межзвездной, то мы непременно будем участвовать…»

Из ванной появилась Кристина и позвала его на веранду пить морс. Мужик на экране, между тем, продолжал: «По-моему, самая подходящая цель — это оранжевый карлик в созвездии Козерога. Всего двадцать девять световых лет, и при этом есть планета земного типа…» Кристина спросила: «Егор, ну ты идешь или нет?» Он погасил экран и отправился на веранду.

А через три часа они снова поднялись в небо. Машина на этот раз была покрупнее и, как пояснила Кристина, могла при желании выбраться на орбиту.

— А далеко лететь? — спросил он.

— Нет, не очень. Ты будешь смеяться, но как раз в тот район, где у вас стоит Чернодольск.

— Серьезно? Всегда мечтал посмотреть, как мой город выглядит в альтернативной реальности.

— Просто поселок. Наземного транспорта у нас нет, поэтому и железнодорожный узел отсутствует. Нас больше интересует гора, которую вы называете Ящеркой.

— Да? А что в ней такого?

— Скоро увидишь.

Егор жадно вглядывался вперед, но Ящерку узнал не с первой секунды. Каменный карьер на склоне отсутствовал, и гору не покрывали безобразные шрамы. И огородов у подножья тоже не наблюдалось. Зато там размещались какие-то вытянутые строения, похожие издали на вагоны. Они почти соприкасались торцами, и этот «поезд» опоясывал гору.

Почему-то вспомнился ускоритель частиц, который в его родном мире построили под Женевой. Там тоже, вроде бы, кольцо достигает в диаметре нескольких километров. Масштаб, пожалуй, сопоставим…

Над Ящеркой вставало какое-то неясное марево и, как показалось Егору, закручивалось в спираль. Этот бесплотный вихрь поднимался на несколько километров, словно кто-то сверлил в атмосфере дырку. Егор не столько услышал, сколько почувствовал кожей странный свербящий звук. К счастью, звук довольно быстро сошел на нет, и Егор вздохнул с облегчением.

— Впечатляет? — спросила девушка.

— Ага, — кивнул он, — а что это?