Разорванное время - Алексей Калугин

Голос тяжело вздохнул и вдруг решительно прервал сам себя:

– Довольно об этом. Сейчас неподходящий момент для сентиментальных воспоминаний. Нужно разбираться с текущими проблемами.

– Совершенно верно! – горячо поддержал его Киванов. – Давайте быстренько сделаем то, что нужно, а потом выберемся на свежий воздух, желательно в таком месте, куда не могут добраться механики, и, сидя на травке под солнышком, предадимся воспоминаниям о былом и мечтам о новых подвигах.

– Боюсь, что быстро не получится, – невесело произнес Голос.

– А в чем проблема? Локус мы нашли, что нужно сделать, ты, надеюсь, знаешь. Мы ждем твоих указаний.

– Все не так просто. Я не знаю, какой узел использовали дравортаки для того, чтобы подключиться к локусу. А для тестирования всех систем потребуется немало времени.

– А без нас ты не мог начать эту работу?

– К сожалению, нет. Я, как существо нематериальное, не имею возможности каким-либо образом воздействовать на Лабиринт, даже находясь в нем.

– Ну так давайте приступим. Не будем терять понапрасну время на пустые разговоры. С чего начинать?

– Не горячись, Борис. – Кийск успокаивающим жестом поднял руку и сделал шаг вперед. – Надо вначале кое-что обсудить.

– Полностью с этим согласен, Иво. – Голос сконцентрировался возле Кийска. – Задача перед нами стоит весьма непростая.

– Каким образом мы будем тестировать системы локуса и сколько времени это займет? – спросил Кийск.

– Для этого нам снова потребуется помощь Чжои. – Голос переместился в направление дравора. – Поскольку изначально Лабиринт создавался как самоуправляемая структура, никаких внешних систем управлений предусмотрено не было. К тому же наличие открытых для всеобщего обозрения панелей управления могло бы привести к тому, что кто-нибудь, случайно оказавшийся в Лабиринте, как, например, Борис Киванов в свое время, увидев набор клавишей и ручек, не удержался бы от искушения покрутить какую-нибудь из них. Представляете, к чему бы это могло привести? Заставить локус открыть для проверки тот или иной узел можно, только войдя с ним в непосредственный мозговой контакт. В принципе, пройдя определенную подготовку, это может проделать каждый, но у Чжои это получится быстрее и четче. Мы будем на время отключать все блоки по порядку, один за другим, и наблюдать за реакцией Лабиринта. Как только мы найдем и отключим требуемый блок, локус сразу же приступит к корректировке своей программы. Что касается времени, то на этот вопрос я ответить не берусь. Все зависит от того, насколько быстро мы сможем работать и как скоро найдем нужный нам блок.

– Сколько всего блоков, которые нам нужно проверить, находится в локусе? – спросил Вейзель.

– Двести восемьдесят четыре, – ответил Голос. – Но скорее всего нам не потребуется проверять все. Мы начнем с тех, которые в первую очередь могли бы использовать для своих целей дравортаки.

– Я не представляю, как устроен локус, но, следуя нормальной логике, нельзя исключать возможности, что подключение системы дравортаков может оказаться продублированным через несколько различных блоков, – сказал Вейзель. – Следовательно, проверить придется все.

– Двести восемьдесят четыре, – задумчиво произнес Кийск. – Если затратить по часу на каждый блок, то, работая без остановки, мы провозимся почти две недели. Где гарантии, что за это время механики не нагрянут сюда с ревизией?

– Я сам собирался предупредить об этой опасности, – сказал Голос. – Поскольку через использованный для контакта блок вся система локуса связана с империей дравортаков, механики узнают о том, что кто-то пытается внести изменения в работу локуса, как только мы примемся за дело.

– Я мог бы попытаться отыскать нужный блок, не входя в непосредственный контакт с локусом, – предложил Чжои. – Тот мощный информационный поток, который я обнаружил на Драворе возле куполов, наверняка берет начало именно отсюда.

– Э, нет, – решительно остановил его Кийск. – Вспомни о том, что с тобой случилось на площади. Если в результате нового нейрошока мы потеряем тебя, то рискуем остаться здесь навсегда. Лабиринт может просто не выпустить нас до тех пор, пока мы не сделаем того, что он от нас ждет.

– В свете открывшихся фактов, именно такая перспектива над нами и нависает, – мрачно произнес Киванов.

– Наверное, не все так безнадежно, как кажется, – не очень уверенно сказал Вейзель.

– Конечно, – расплылся в саркастической улыбке Борис. – Остается еще возможность, что первый же блок, за который мы возьмемся, окажется именно тот, которым пользуются механики. Один шанс из двухсот восьмидесяти четырех.

– Рассмотрим худший из возможных вариантов, – снова обратился к Голосу Кийск. – Допустим, что мы не успеем найти используемый механиками блок до того момента, как они сами сюда явятся. Существует ли возможность уничтожить весь локус?

– Да, такая возможность есть, – ответил Голос. – Для этого нужно всего лишь разрушить вот этот черный куб.

– Всего лишь? – насмешливо сдвинул брови к переносице Киванов. – Да наверняка он такой же прочный, как и стены Лабиринта!

– Снять защиту совсем несложно, – спокойно, не повышая интонаций, произнес Голос. – Но пока я не хочу говорить о том, как это сделать. Лабиринт, безусловно, сможет пережить потерю одного локуса и полностью восстановит после этого все свои функции. Но разрушение локуса обернется ужасающей катастрофой для большого участка Вселенной, за стабильность которого он отвечает. Погибнут десятки миров. Прибавьте к этому гибель тех миллионов обитателей Вселенной, чьи сознания механики уже загрузили в локус.

– Разве те, кто находится в локусе, не обречены на гибель после того, как Лабиринт снова возьмет локус под свой контроль? – задал вопрос Вейзель.

– Их сознания сохранятся в сети локуса, хотя и будут переведены в неактивную форму, – ответил Голос. – Это нечто вроде хранения сознания в матрице, когда она не подключена ни к каким периферийным системам. – Сделав короткую паузу, Голос продолжал: – И признаюсь честно, в случае уничтожения локуса вряд ли кому-либо из вас удастся выбраться отсюда живым.

– А тебе не кажется, дорогой Голос, – обратился к невидимому собеседнику Киванов, – что обо всем этом следовало бы рассказать нам еще до того, как ты втянул нас в эту историю?

– А самому тебе не кажется, Борис, что никто тебя никуда не втягивал? – в голосе Кийска явственно звучала несвойственная ему обычно агрессивность. – Ты сам, добровольно вызвался идти вместе со мной. Так же, как и все остальные.

– Я тогда не знал, что мне уготована роль камикадзе…

– А если бы знал?

Киванов как-то неопределенно взмахнул рукой и отвел глаза в сторону.

– Еще и сейчас не поздно отказаться, – продолжал давить на него Кийск. – Попроси Чжои, и он откроет тебе выход.

– Кончай, Иво, – болезненно поморщился Борис. – Пустой разговор, раз уж мы все равно здесь…