Эвританские хроники - Олег Шелонин

— Поимей совесть, Фетидочка! Впервые со времен Арагеддона Атлантиды нас посетили. Дай развлечься!

— Чем глупостями заниматься, лучше б подумали, как они вообще сюда попали. В них же нет Кирона!

Приближающийся топот возвестил, что первый круг подошел к концу. Статуи заткнулись. Жили у них только глаза.

Литлер летел не хуже заправской гончей. Натали неслась буквально по пятам. Как только они прогалопировали мимо, обсуждение возобновилось.

— Моя берет! На третьем!

— Какой третий! Она отстает-то всего ничего, полкорпуса не будет! На втором! Еще очередь накидываю!

— Отвечаю — и еще одну сверху!

— Идет! — азартно стукнула каменным копьем об пол статуя могучего воина. Копье разлетелось на мелкие осколки.

— Совсем обалдели мужики! — рассердилась Фетида. — А убирать кто будет?

— Ну не я же! Лосомона в случае чего разбудим. Его дежурство все равно кончается. Да и вообще, сколько можно дрыхнуть?

Из-за поворота выскочил Литлер, споткнулся об обломок копья и покатился по полу. Натали, висевшая на хвосте, споткнулась об Литлера и покатилась рядом.

— Ну, и чья теперь взяла? — прошелестел в воздухе довольный голосок Фетиды.

Натали с Литлером вскочили на ноги и принялись озираться в поисках источника звука, на время забыв о собственных разборках. Статуи замерли, делая вид, что они здесь совсем даже ни при чем.

Внезапно стена, вдоль которой они стояли, вспыхнула малиновым светом и стала прозрачной, открывая взорам правителя Голома и принцессы огромный зал. В самом центре его возвышалось нечто отдаленно напоминающее алтарь. С одной стороны «нечто» лежал меч, с другой — скромно притулилось маленькое сердечко. Вернее, его половинка. Перед алтарем спиной к зрителям стоял Кирилл, внимательно изучая артефакты. Рука героя поднялась и потянулась к мечу.

— Это мое!!! — взвизгнул Литлер и бросился вперед.

— Арес, держи его!

Правитель Голома немедленно был перехвачен внезапно ожившей статуей воина со сломанным копьем.

Рука короля Кирении остановилась на полпути. Юноша перевел взгляд на разрубленную половинку сердечка и застыл в мучительном раздумье. Он не видел и не слышал того, что творится за его спиной. Весь мир для него в этот момент не существовал.

— Кирилл!!! — рванулась к возлюбленному Натали.

Путь ей преградила Фетида:

— Смертным туда нельзя.

Принцесса забилась в руках богини. По туманному замку разнесся пронзительный вой сирены. Статуи оживали одна за другой. Оживали и начинали бестолково метаться вдоль прозрачной стены, безуспешно пытаясь проникнуть внутрь.

— Землянин!

— Кто подставил под Кирона землянина?!!

— Где коды доступа?!!

— В предсказании. Лосомон обычно оригинал на крышке саркофага рисует, а дубликаты разбрасывает где попало — по всей Эвритании.

— Дежурного сюда!

— Где этот чертов Лосомон?!!

— Да дрыхнет небось, сачок несчастный!

— Точно! А вон и саркофаг…

— Безобразие! Я себе такого в свое дежурство не позволял! Заснуть на посту…

— Некогда, господа! Читайте.

Как увидишь, что герой, — сразу бей его ногой!

Пусть его пираты травют, амазонки пусть задавют —

Чтобы самый тот герой в Зону Туманов ни ногой!

А теперь про Соломона: чтоб ему на том свету

Провалиться на мосту! Чтоб его, таку заразу…

— Что за чушь? — возмутился Арес, расталкивая богов, освобождая себе место у саркофага. — Кто так предсказания пишет? Они ж никогда не сработают! Ногой — ногой! Что за рифма? Бред сивой кобылы.

— Тут еще много чего есть. Правда, в основном про Лосомона.

— Не мог же он сам на себя…

— Тут подпись есть. Что-то типа «Ррр-мяу».

— Да это ж Кирон дурью маялся. Типа эпиграф накатал. Лосомонов почерк я знаю.

— Длинный эпиграф получился.

— Ну-у-у, навертели…

— Читай, что там ниже, под «Ррр-мяу».

— «В руках преступных Камень Власти, — торопливо забубнил самый грамотный бог, — покроет тьмой подлунный мир. Из гроба мертвые восстанут, спеша вершить кровавый пир…» Ну, это точно Лосомон. Он всегда обожал ужастики…

— Не отвлекайтесь!

— «Парад планет вернет вам бога, а вместе с ним придет герой. Его сподвижниками станут… монахи, домовой…» Предсказание неполное! — возмутился самый грамотный бог. — Он влепил сюда лакуну. Нам никогда не вскрыть этот отсек!

— Дальше, дальше! Может, за что-нибудь зацепимся!

— «В бессильной злобе силы тьмы проникнут в тайную обитель, где под покровом темноты их ждет древних богов хранитель. Два талисмана одолеют проклятье каменных оков…» Что за талисманы, черт возьми! — вновь возмутился самый грамотный бог. — Неужели нельзя конкретней!

— Может, эти? — Арес вырвал из рук Литлера кошачьи лапки.

— Вот как они сюда без Кирона-то попали? Кто ключами по Эвритании раскидывается?

— У нас свои при себе! — дружно ответили боги.

— Значит, Лосомон. Читаем дальше: «Но даже черный Камень Власти не сможет разбудить богов. И лишь когда соединятся герой и бог в одном лице, последняя цитадель рухнет под мощным натиском извне. Когда воинственная дева прорвется сквозь туманный риф, исчезнет зло, исчезнут боги, все отойдет в преданья, в миф…»

Все посмотрели на Натали.

— Может, отправить ее куда-нибудь — от греха подальше? А-то и врямь исчезнем?

— Некогда. Лосомон нужен срочно. Лакуну заполнить. Ну доберусь я до него!

Боги попытались сдернуть крышку.

— Печать наложил, подлец!

— Он всегда любил поспать.

— А ну-ка, дружно… Крышка не поддавалась.

— Может, нимбами?

Боги сорвали с голов светящиеся нимбы, загнали их под крышку саркофага и повторили попытку.

Против старинного закона рычага печати Лосомона не устояли. Крышка с грохотом отлетела в сторону.

Лосомон был на месте. Он честно нес свою трехтысячелетнюю вахту, тихонько посапывая на дне саркофага. Сны, видать, были приятные. Чем-то этот пухленький бог напоминал Сарката. Такая же лысинка и те же повадки (даже чмокал он во сне точь-в-точь как арденский философ). Вот только вместо пустого кувшина из-под вина в руке он держал нимб да облачен был в нечто напоминающее римскую тогу.

«Вахтенного» бесцеремонно приподняли и начали трясти. Трясли до тех пор, пока глаза беспечного бога не открылись.