Гардар - Михаил Игнатов

— Я не могу справиться с ним лоб в лоб быстро. А при малейшей угрозе он сбегает. Нам нужно заманить его в ловушку.

— В ловушку коридора?

— Да, — кивнул я.

— Думаю, огонь будет ему только на руку?

— Я не уверен, что прям на руку. Но, как обладающему склонностью к огню, это точно не доставит ему много проблем. Скорее пламя будет мешать мне.

— Кто будет в тайнике? — Рино обвел нас взглядом. — Калас?

— Пусть будет маг, — отрицательно мотнул головой мечник. — У него больше шансов удержать врага и не дать ему сбежать.

— Тебе придется проломить строй врага, чтобы вступить в схватку, — напомнил я. — Маг не будет один.

— Не переживай, Аор, — Релада показал на ладони темный флакон. — На одну минуту для меня не будет препятствий и равных противников среди немагов. Останови его и дай мне несколько секунд. Я приду.

— Остальное на нас, — оглядел всех Рино. — Мы должны стать монолитом, разбить который сможет только маг.

***

Раскаленный воздух пробирался в каждую щелочку доспехов, затекал под шлем и горжет, заставляя рычать от боли и ненависти.

Энергию в уцелевший выпускной амулет!

Защита, начав работать, сразу сбила огонь с моих доспехов, а главное, спасла мои глаза.

Сферу в сторону разлетевшихся на куски Зубьев земли, разрывая на куски голову огромного Кабана, бегущего на помощь своему хозяину.

Все. Я совершенно пуст и даже капли изначальной маны не осталось, чтобы разбавить силу источника, как рекомендовалось в той старой тетради. Я знал, что это случится еще тогда, когда прятался в нише. Враг слишком силен для меня.

Глоток, еще глоток яростной грубой силы из ядовитого источника. Как больно! Сгоревшая кожа и опаленные разбавленной энергией Источника вены сразу стали такой мелочью! Кажется, что в груди появился шар расплавленного металла. Я упал на колени. Держаться, нельзя терять сознания.

Пополнить амулет. Новые Зубья земли, прикрыть спину. Три Касания друг за другом, выставить в направлении мага. Пополнить амулеты Каласа. Они мне кажутся просто дырявыми, с такой скоростью опустошаются под атаками врага. Сделать еще глоток кипящей маны из Источника и выпустить самые быстрые Копья, что я могу, в направляющие Касаний. Сквозь застилающий глаза туман я вижу, что третье заклинание Касания разогнало Копья настолько сильно, что я даже в Сах не успеваю увидеть их полет. Но вижу результат.

После первого моего удара, когда врага отшвырнуло, он изменил работу заклинания, зафиксировав свое положение, и потому все последующие атаки его защита встречала как скала, не сдвигаясь даже на миллиметр. Но сейчас, с оглушительным звуком лопающегося камня, мага сдвинуло почти на полметра к Каласу. Пол под их ногами превратился в груду крупного щебня.

Да! Это то, что нужно! Динис, ты это видишь?

Я стиснул зубы и снова обратился к Источнику. Как больно, словно кипящее варево в груди помешали ложкой! Еще раз!

Защита мага опять вспухла алым пузырем, а мастер-мечник извернулся, нанося очередной удар, огибая сдвинувшегося темного и оказываясь теперь сбоку.

Еще раз! Не получается, сзади снова сломали каменную пробку и набегают темные твари. Приходится потратить два глотка на Осиные улья, которые насмерть жалят всех врагов в проходе.

Брик, ты радуешься?

Энергию в наши амулеты и четыре Копья в мага.

Его снова сдвигает и теперь на пути его побега уже не только я, но и Калас. На нас обрушиваются сотни синих лучей. Но если в прошлый раз они оказались сосредоточены только на мне и уничтожили все слои защиты, то теперь враг разделил удар на нас двоих. И ошибся! Да, ни мечника, ни моя ополовиненная защита не выдержали этого удара и несколько лучей ударили в нас, прожигая доспехи и тела насквозь. Но атака не стала смертельной. Заклинания не попали ни в голову, ни в сердце. Мне, со сжигающим мои внутренности шаром расплавленного металла, лучи света, пробившие руки, плечо и грудь, показались не более чем булавочными уколами. Калас же, под своим боевым эликсиром, наверняка мог сражаться и со смертельными ранами. Враг ошибся и дал нам еще время на ответные удары. И проиграл.

Следующий залп Копий пробил защиту и буквально разорвал его на куски.

А я наконец позволил себе потерять сознание от боли в груди.