Последние дни. Том 1 - Тим Пауэрс

– Э-э… – Арментроут вытер вспотевший лоб и сморгнул с ресниц капли пота, уже застившие ему дорожную разметку. – Да. «Я ведь никакой мистики не касался, – думал он, – или Салвой понятия не имеет о компьютерах? А, ладно, хочет науку, будет ему наука». Сила… удерживающая сила, действует противоположно таким силам, как гравитация, электромагнетизм и сильное ядерное взаимодействие, которые становятся все слабее, по мере того как, например, спутник удаляется от планеты. Призрачные личности тем сильнее удерживаются, чем дальше отходят от носителя, особенно у людей в здравом рассудке, но не ощущают никакой скрепляющей силы, если остаются в пределах разума. Примерно так же, как у кварков, из которых состоят субатомные частицы, – находясь близко друг к другу, они испытывают так называемую асимптотическую свободу…

– Что касается свободы, то мне сейчас придется оторвать задницу от табуретки и выволочь отсюда. Я говорю про автомат – мы остановились на заправке в Кинг-Сити, и ее парень отправился в сортир, а потом будет заправляться. Тебе лучше бы тоже подтянуться сюда, а потом, наверно, двигаться в Сан-Фран – будет очень полезно, если у нас под рукой будет настоящий дипломированный психиатр, который сможет объясниться с властями, если у местных появятся какие-нибудь сомнения. Помахать стетоскопом, выписать рецепт. Значит, сейчас я отключаюсь, а позднее буду звонить тебе с более конкретными указаниями, так что держи телефон при себе, это ведь тебе не сложно?

– Кинг-Сити? Сан-Франциско? Конечно, теперь я без телефона никуда. Но П… мальчик этот… Насколько я понимаю, он жив? Он находится в Сан-Франциско? Нам нужно…

– Он жив и едет туда. Отключаюсь. Будь у телефона.

В трубке смолкло, и Арментроут отключил соединение, закрыл крышку и осторожно положил телефон между сиденьем и консолью. «Нужно будет отыскать в багажнике провод с переходником, чтобы можно было заряжать телефон от прикуривателя».

Его губы дергались в слабой, почти испуганной улыбке. «Ведь этому ничто не может помешать, – сказал он себе. – Одиннадцать дней назад смерть короля локально вызвала временную утечку на психическом уровне, которая уволокла куда-то по крайней мере моих мстительных старых калифорнийских призраков, оставив при мне нетронутыми и безвредными их воспоминания и силы. Я находился в пятидесяти милях оттуда, и мои призраки улетучились! Утечка успела закрыться, но подумать только – я ведь смогу находиться в том самом здании, где будет пластом лежать король-рыбак! Если удастся подключить нового короля к системе постоянного жизнеобеспечения при мертвом головном мозге, то утечка может существовать десятки лет… У меня будет возможность полностью элиминировать пациентов, целиком усваивать их жизни, не опасаясь, что их возмущенные призрачные личности потом будут преследовать меня. А Омар Салвой сможет… Что ему нужно? Полагаю, выселить всех девушек из головы Пламтри, чтобы заполучить молодое тело в свое полное распоряжение. В результате сложится лучший из обоих миров, – думал Арментроут, кивая своим мыслям и слегка улыбаясь. – Я получу все то прощение, которое Дионис предлагает вместе со своим pagadebiti – вином воздания, – но сохраню все выгоды, которые обретаю от своих грехов!»

Он снова скосил глаза на Лонг-Джона Бича и головы на заднем сиденье. «Возможно, в Сан-Франциско я смогу избавиться от всех вас», – подумал он.

– Кому ты звонила? – спросил, нахмурившись, Кокрен.

В Кинг-Сити они так и не нашли заправку «Мобил»; пришлось воспользоваться деньгами из сумочки Дженкинс на заправке «Шелл», и бензин на всю двадцатку – Кокрен сунул пару бумажек в карман своих вельветовых клешей – попросту не поместился в бак «Торино». По-видимому, он купил самый дешевый бензин.

Пламтри, моргая, уставилась на него из-под алюминиевой рамки навеса телефона-автомата. Из подозрительно теплой трубки телефона, которую она держала в руке, слышался только гудок. В холодном утреннем свете Кокрен выглядел усталым и помятым, и в растрепанных каштановых кудрях она заметила несколько белых ниточек.

– Он зазвонил, – сказала она, не желая, по давней привычке, признаваться, что выпала из времени. – Я сняла трубку, но никто не стал разговаривать. – Она подумала, что это может быть чистой правдой, но ей стало неприятно, что она вернулась к беспомощным уловкам, к тому стилю, который в покере назывался нахальным блефом, потому что сама не знала, какие карты ей сдали втемную, и поэтому она продолжила невпопад: – Давай-ка теперь позавтракаем. В квартале отсюда, позади, я видела «Денни»… Тогда мы можем с остальными просто выпить кофе в «Клифф-хаусе» – и, может быть, десерт взять, если там подают какие-нибудь сладкие роллы. И, послушай, может быть, в этом городке найдется «Сав-он» или еще что-нибудь круглосуточное… Я хотела бы купить свежее нижнее белье – я до сих пор хожу в трусах за вторник, а они к тому же побывали на Тиффани.

– Ладно…

Они вернулись в провонявшее пивом тепло машины и поехали по городу, но так и не нашли ни одного открытого магазина, так что, в конце концов, Пламтри пришлось отправиться в дамскую комнату «Денни», снять джинсы, постирать трусики в умывальнике с мылом для рук, выжать, подсушить (насколько это возможно сделать бумажным полотенцем) и, содрогаясь от холода, вновь напялить их на себя.

Теперь она ела яичницу и неловко ерзала на клеенке диванчика, мрачно думая, что на джинсах наверняка нарисовалось темное пятно от мокрых трусиков, и вспоминая, как одиннадцать дней тому назад читала «На секретной службе ее величества» в такой же будке другого ресторана. Тогда к ее бедру был примотан скотчем гарпун для подводной охоты, зубцы которого до крови проткнули ей кожу.

– Совершенно не могу спокойно себя чувствовать в ресторанах, – пожаловалась она. Ей вспомнилось, что и в то утро, когда она сидела в ресторане, начал звонить телефон; отвечать на звонки было обязанностью Дженис, и Коди вспомнила, что бросила горящую сигарету прямо на раскрытую книжку, намереваясь плотно закрыть ее и раздавить уголек, поскольку пепельницы на столе не было, а Дженис не курит. Но, похоже, Дженис прибежала быстрее, чем обычно, и не знала, что между страниц книги тлеет «Мальборо».

Коди кисло ухмыльнулась: «Прости-и-те меня!»

По крайней мере, зубы не слишком болят – не сильнее, чем обычно. И кровь из носа определенно не шла! Если Флибертиджиббет и появлялся, то ненадолго.

Она подняла голову. Кокрен сидел напротив, нежно улыбаясь ей, и глаза у него были красные, донельзя усталые.

– Кому же ты звонила? – снова спросил он.

Ну что ж… может быть, телефон-автомат вовсе не звонил, когда она сняла трубку, и Кокрен заметил это. Так…

– Я узнавала время, – сказала она. – Я то и дело туда звоню. Время везде можно узнать по телефону UL3-1212. В Англии это называется «говорящие часы», и я всегда представляла себе большие старинные часы из телесериала «Капитан Кенгуру», помнишь? Которые говорили: «Дедушка, пора вставать!» Даже когда у меня часы на руке. Эти жидкокристаллические дисплеи…

Он продолжал улыбаться ей, но теперь уже устало.