Варвара и драконий хвост - Ирмата Арьяр

Какая-то подметальщица? То-то ты зубами уцепился в мою метлу!

– Но позвольте, пресветлый нер, о каком браке между вами может быть речь, если нерита Барбара несколько лет носит кольцо невесты дракона? – между делом уточнил Рамез. – Судя по отпечатку драконьей ауры в ментальном поле девушки, между ней и её женихом уже установилась связь. Вероятно, ни его величество Себастьян, ни его величество Рамез об этом не знали, иначе вряд ли бы вы получили подписи на этом документе, – и он продолжил как ни в чем не бывало ковыряться в своей тарелке.

Я с искренним восхищением посмотрела на рыжего короля. Вот, что значит политик. И ведь ни слова лжи! Рамез отпил из чашки и довольно мне подмигнул. Мирена прыснула, а Изольда восторженно каркнула:

– Мой герой! 

Скофич принял документ обратно. Ничего не сказал, только зло смял в руке свиток.  

– Барби – невеста, – улыбнулся Артур. – Она, кстати, об этом сообщила еще до твоих на нее претензий.

Одно дело в одиночку сражаться со всем миром, и совсем другое чувствовать крылья брата за своей спиной. После слов Рамеза спокойствие принца больше не было напускным, ощутили это и светлые.

Артур и Рамез переглянулись, и король драконов едва заметно кивнул. Принц поднялся и вышел из-за стола, остановился напротив Матеуса.

– Ты смел, человек. Или нагл. 

Скофич-младший вздернул подбородок и не опустил глаз под пристальным взглядом драконьих, наоборот, смотрел с вызовом и ледяной усмешкой. А ведь он с самого начала вел себя так, будто считает себя если не выше, то хотя бы равным дракону. И если раньше я списывала это на недостаток воспитания и, чего скрывать, ума, то теперь,когда я убедилась, что ни того ни другого магу не занимать, начала догадываться – не в этом дело.

Невероятно сильный магический дар в семье, где до него не было ни одного мага. Военная академия с отличием, где учатся отпрыски благородных семей. По чьей протекции туда приняли сироту? И … личное знакомство с его величеством Себастьяном. Не много ли странностей на скромного племянника лавочника?

– Зачем ты собираешь осколки Мирового зеркала, Матеус? – спросил Артур.

Два камня на его груди вспыхнули, словно два глаза дивного существа. Оба старых архимага попятились, непроизвольно воздев руки, но атаковать дракона, у которого была печать Света, – это безумие в квадрате.

Портальщик поморщился, – свет от амулетов, яркий, как прожектор, бил ему в лицо  – но ответил, не дрогнув голосом, словно давно ждал этого вопроса:

– Чтобы защитить наш мир, раз вы, драконы, не справляетесь с той задачей, ради которой созданы Всеблагими.

Удивительно, но камни не изменили цвет.

– Наш мир – это чей? – вкрадчиво уточнил Артур. – Всеобщий, носящий в разных языках разные имена, но имеющий одно на всех небо, одно солнце, одну землю и дающий жизнь и магию всем рожденным здесь существам? Или твой личный мир, Матеус? Мир, где нет места драконам и флари? Отвечай!

– На какой из твоих вопросов отвечать? – поднял бровь портальщик.

– Какой мир ты имеешь в виду, нер Скофич? Всеобщий? Да? Или нет?

Человек молчал, но его лицо исказила гримаса боли. Брюзгливый старик схватился за орден архимага на груди, выставил его вперед, как щит, и завопил:

– Вы не имеете права устраивать допрос подданному Све…

– Имею! – оборвал его принц. – И вы это прекрасно видите. Сарвен, Дар, отведите девушек в их покои, пока я тут… беседую с нашими гостями.

Изольда, сидевшая на колене Рамеза, слетела на пол, когда он встал, и бочком, незаметно, подобралась ко мне поближе и вспорхнула на мое плечо. Если бы я не проследила за ней взглядом, то и не заметила бы, как скользят с опущенной под стол кисти Рамеза тонкие, как струны, и юркие, как язычки пламени, туманные черные змейки, сплетаясь в узор вокруг меня и Мирены. Сарвен показал на дверь, ведущую в кухню, чтобы не вести нас мимо светлых магов, загородивших выход.

– До скорой встречи, Барбара! – поклонился мне Матеус и улыбнулся. Хищно, как будто знал, что уже победил.