Обратный отсчёт - Константин Бояндин

— Поняла, — кивнула Магна. — И что? Хочешь проверить её?

Лаки улыбнулась и кивнула.

— Она снова послание направила. Как мы и думали, они быстро всё схватывают. Уже без нашей помощи отыскали много зародышей Шодан. Приятно было посмотреть — ну и отдохнуть тоже, не всё же нам чистить их страну. Вот я и подумала…

— Потребуется помощь?

— Конечно. Но это пока что мысли, Шеф пока ещё не одобрил. Ладно. Как там Галина?

— Лучше, чем я думала. И держится хорошо. Видно, что устала вконец, но не сдалась ни разу, не пожаловалась.

Лаки снова улыбнулась.

— Отлично, наш человек. Всё, не грузи её пока — приказано взять и её тоже — туда, в Египет. Пусть отдохнёт перед заданием.

— Это правда, что она полиции помогает? Ну, следит, кто на допросах врёт, кто правду говорит?

— Правда. Все с этого начинают. Да она и не против. Кофе не сделаешь, а?

* * *

Вадим закончил очередное задание — перевёл собранные на нарочитой полке в библиотеке экземпляры книг — и обнаружил, неожиданно для себя, что стоит перед дверью в морг. Вот это задумался так задумался! И чего его в морг потянуло?

— Открыто! — голос по селектору. Вадим повернул ручку двери. К счастью, у Травматурга нет «пациентов» (ох уж это чувство юмора патологоанатомов) — секционный стол чист, пуст, и сияет. Отчего его поверхность всегда безупречна — ни царапины, ни скола? Тоже, поди, высокие технологии?

— Предчувствие сцены? — Травматург сидит перед экраном компьютера, на посетителя даже не глянул.

— Простите?

— Выступал на сцене когда-нибудь? Последние пять минут, когда вот-вот вызовут, а там полный зал, и одна только мысль — как бы не облажаться.

Вадим рассмеялся.

— Что-то такое. Так вы в самом деле любите русский язык?

Травматург кивнул и посмотрел Вадиму в глаза. Подмигнул.

— Да, ещё с прошлого крупного задания понравился. Сегодня я вместе с вами отправляюсь — для разнообразия.

Вадим кивнул и осмотрелся. Нет криостата.

— Мимика увезли куда-то?

— Назад, в Пентагон. Ну, на нашу базу под Пентагоном, конечно. Там он сейчас нужнее. Мы их уже столько лет изучаем, а всё ещё знаем очень мало. Например, почему все их жидкие ткани обладают сверхпроводимостью. Физики отдали бы всё, что угодно, чтобы понять — и повторить.

— Не могу привыкнуть, — признался Вадим, присаживаясь на один из свободных стульев. — Что у нас на Земле столько всего, о чём мало кто знает.

— Не уверен, что «у нас».

— В смысле?

— Не уверен, что Землю можно считать нашей. Ну, как собственность. Два миллиона лет назад здесь был ещё кто-то, построил Помещения, внёс изменения в биосферу — отредактировал её состав, если угодно — и вроде бы покинул планету.

— Какие изменения?!

— Почитай, допуск у тебя должен быть. Статья так и называется, «коррекция биосферы». Много мелких изменений, причём неясно, с какой целью. Мы даже не знаем, кто это был, откуда взялся, как выглядел. Остались только Помещения, мимики и теневики. И что-то сдерживало их — мимики давно могли поглотить всю биосферу, сам понимаешь. Это сейчас мы успеем остановить их, случись что. А ещё лет сто тому назад не смогли бы.

— Пойду почитаю, — поднялся Вадим на ноги. — Извините, если отвлёк.

— Не парься, — посоветовал Травматург. — Был бы занят, сказал бы с порога. Если бы вообще впустил. У нас тут всё просто, без китайских церемоний. Не забудь, через час прибыть сюда — отправляемся.

* * *

— Они предлагают переговоры. Указали точку в Новосибирске — предложили исследовать её, если хотим, но на встрече должна быть только я. И никакого оцепления территории в радиусе километра, никаких средств наблюдения в этом же радиусе. Разрешили взять записывающую аппаратуру, но никакой мобильной и радиосвязи. Если мы согласны, они сообщат точное время. Наши люди должны покинуть точку встречи за полчаса.

— Не нравится мне это, — нахмурился Панкратов. — Очень не нравится.

— Пока что они сдали нам все оперативные данные по Шодан. Ту мелочь, которой нам не хватало. Я буду в костюме во время встречи.

— Что вы собираетесь обсуждать?

— Остапова предлагает передать нам сведения, которые помогут определить операторов дата-центров. Выявить их, пока они неактивны — пока ничем не отличаются от обычных людей.

Панкратов и Колосов переглянулись.

— Остапова говорит, что сейчас ей важно говорить именно со мной. Последующий обмен оперативными данными можем проводить электронным образом — мы уже обменялись с ними ключами.

— От нас-то им что нужно? — поинтересовался Панкратов.

— Ничего. Она сказала только, что передаст важные для нас данные.

Колосов и Панкратов вновь переглянулись.

— Мне поручено поддерживать с ними связь и собирать информацию. — Колосов встретился взглядом с обоими остальными участниками видеосвязи. — Отвечать за всё буду тоже я. Ладно. Соглашаемся. Потом обязательно — на обследование. По полной программе.

Агата кивнула.

— Само собой. Как всегда. Не беспокойся, Дима, если что почувствую — сверну операцию.

Конец видеосвязи с Новосибирском.

— Не нравится мне всё это, — повторил Панкратов. — С третьей стороны, если это они умудряются появляться и исчезать в моргах, и мы ни разу не сумели их перехватить…

Колосов кивнул.

— Именно. Технически они пока что превосходят нас.

— Особенно мне нравится «пока что», — почесал в затылке Панкратов. — Что ж, посмотрим. У нас через десять минут — продолжение операции, пошёл руководить.

* * *

На этот раз, после перемещения по коридору (Галину уже не била дрожь, едва она вползала в тесный короб; Вадим вообще перестал испытывать какое-либо беспокойство — если по-другому никак, не о чем беспокоиться), «туристы» сели в поезд — самый настоящий; вероятно, подземный — и помчал тот поезд по тоннелю с умопомрачительной скоростью.

Помимо Лаки, Магны, Вадима, Галины и Травматурга в вагоне ехало ещё пятеро — охранники и техники, так пояснил Травматург. Все сотрудники Конторы, все Видящие. Мы не навязываем профессию силой, говорил Профессор. Наоборот, стараемся найти область деятельности по вкусу и призванию. Если человек работает охранником — значит, это его призвание, и ему это по душе. Контора пользуется услугами и обычных, так скажем, людей. Разумеется, отбор очень придирчивый.

Явно нигде не было сказано, но по косвенным данным Вадим смог оценить: всего на Земле как минимум триста пятьдесят тысяч Видящих, большинство из них работают в Конторе. Этакое государство без границ; если и существовало в истории общество, которое в СССР могли бы назвать коммунистическим — Контора к нему ближе всего. Есть сложности, говорил Профессор. Когда оба родителя Видящие, примерно восемьдесят процентов вероятности, что и ребёнок будет Видящим. Но есть и двадцать процентов — и это всегда непросто. Видящим сложно жить, не общаясь с другими Видящими. Наверное, поэтому Аристотель и прочие мудрецы древнего времени искали себе подобных.