Источник - Александр Беловец

«Подстраховаться не помешает…»

С этой мыслью ти-Вару прошёлся возле спящих поочерёдно прикасаясь навершием посоха ко лбу каждого. Старейшины погрузились в более глубокий сон, а альбинос вернулся к телу мага.

— Ну что ж, вот и пришло время ответов, — он растянулся на траве рядом с Вальдресом. — Думаю, мой мальчик, ты уже заждался.

Закрыв глаза, Атиш ти-Вару лёгким импульсом вытолкнул искру своего сознания в астрал.

Борясь с ожившим цветком, Вальдрес упустил момент, когда его сознание вышвырнуло в астрал. Осознав где находится, маг испытал целую гамму чувств — от восторга до страха. Испугаться было от чего. Официально ещё никому и никогда не удалось выйти в астрал с территории Хайвердского леса. Хотя «с территории» — громко сказано. Из-за страха перед хозяевами леса попытки производились лишь на опушке. Но и эти жалкие потуги всегда оканчивались одним и тем же — сильным истощением и жуткой головной болью. И вот сейчас Вальдрес оказался там, где, по мнению учёных мужей, оказаться было невозможно. Астрал в этом месте был весьма необычен. Воздух словно полыхал синим пламенем, не обжигая, но и не принося холода. С каждым шагом из-под ног выстреливались белёсые облачка пыли и моментально растворялись в пламени. Вальдрес прошёлся туда-сюда, отметив интересный феномен — на несколько мгновений в воздухе зависал фантом его тела.

«Интересно, — проснувшийся исследователь стал анализировать происходящее. — А что если здесь зажечь огонёк?»

Ладони привычно сложились в подобие чаши, а с губ сорвалось слово-ключ. Эффект превзошёл все ожидания. Вместо яркого сгустка пламени, усмирённого силой воли мага, от ладоней в разные стороны побежали разноцветные туманные струйки.

«Любопытно, — Вальдрес прервал поток энергии. — А если так?»

Маг хотел было создать огненный жгут, как вдруг в груди стало нестерпимо горячо, а глаза застлала кровавая пелена. Припав на одно колено, Вальдрес схватился за грудь и попытался сделать вдох, но воздух отказывался идти в лёгкие. Рот наполнился кислой слюной, сознание поплыло, и в ушах появился противный писк. Попытки вызвать хоть какое-нибудь плетение жгли сердце, словно раскалённое тавро. Каждое магическое слово отдавалось в голове набатом. Скулы свело, из глаз брызнули слёзы. Нереальность и невозможность происходящего чуть было не кинули Вльдреса в пучину паники.

Человек, попавший в экстренную ситуацию и не знающий как действовать, начинает паниковать. Тонущий — бьётся, пытаясь выплыть, вместо того, чтоб успокоиться и сохранить кислород. Цепляется за спасающего, тянет ко дну, не понимая, что нужно расслабиться. Оказавшийся в пожаре — мечется в поисках выхода из собственного дома, натыкаясь на внезапную мебель. И сгорает, задохнувшись в дыму. Увязший в трясине — бьётся, как бабочка на булавке каждым движением приближая неминуемую смерть. Но только не Вальдрес. Умение в момент опасности мыслить трезво — одно из полезных качеств, унаследованных им от деда. Выявив во внуке это свойство, Аклитес, каждый раз, когда возвращался домой, устраивал мальчику различные испытания, так отвечая на попытки матери заступиться:

«Паника — гибель любого мага. Только научившись здраво рассуждать в опасной ситуации, он останется жив…»

Вот и сейчас в мозгу молодого мага «щёлкнула пружина», отсекая панические нотки и внося ясность в мысли. Дабы усмирить астрал Вальдрес решил прибегнуть к магии крови. Недолго думая он прокусил собственное запястье и подставил ладонь. Откликнувшись на мысленный приказ, кровь в пригоршне забурлила. Вальдрес выпрямился, вытянул ладонь с кипящей кровью и, размахнувшись, швырнул её в пространство перед собой. Капли на мгновение зависли в воздухе, а затем растеклись по синему пламени рубиновой кляксой. Воздух наконец-то ворвался в лёгкие и, отдышавшись, Вальдрес стал произносить слова заклинания:

— Кон-тар сэ тнану…

На первых же словах рубиновое пятно взорвалось мириадами розоватых капелек, брызнувших в разные стороны. Синее пламя под их натиском противно зашипело, потускнело и стало медленно растворяться. Голова вдруг закружилась, ноги стали ватными и Вальдрес почувствовал, что вот-вот упадёт. Превозмогая слабость, он сделал глубокий вдох и раскрыл рот, чтобы завершить заклинание…

— Я бы не стал этого делать, мой мальчик, — раздался сзади знакомый голос.

От неожиданности маг подавился магической фразой и, резко развернувшись, швырнул на звук «огненный вихрь». Улыбающийся альбинос легко развеял поток огня и подошёл к напрягшемуся Вальдресу.

— Ты чрезмерно импульсивен, — менк'оул протянул руку и коснулся кровоточащего запястья. Шепнув пару слов, он отступил на шаг.

Вальдрес бегло взглянул на руку, отметив, что от укуса остался лишь розовый рубец и вновь перевёл взгляд на ухмыляющегося старейшину.

— Я не враг тебе, поверь, — в подтверждение своих слов Атиш ти-Вару выставил перед собой пустые ладони и отступил ещё на несколько шагов.

— Что ты со мной сделал, старик?! — Вальдрес не смог сдержать эмоций. Последние события изрядно выбили его из колеи. — Что это был за цветок? Как я здесь оказался? И что, в конце концов, тебе от меня нужно?!

— Как много вопросов, — сарруж широко улыбнулся. — Успокойся и давай поговорим.

— Мне не о чем разговаривать с тем, кто меня пленил, — Вальдрес скрестил руки на груди.

— Пленил? — ти-Вару картинно округлил глаза. — Так ли это?

— В таком случае как я оказался там, где до меня никто не бывал? — вскинулся маг. — И от чего мне было так больно?

— Это последствие одного… хм… ритуала, — замялся альбинос. — Но сейчас речь не об этом… Ответь откуда столько уверенности в том, что до тебя здесь никто не бывал?

— Э… нас так учили, — удивился Вальдрес. — Во всех выкладках учёных мужей написано, что…

— Вздор!!! — отрезал альбинос. — Бредни слабаков! Я разочарован, — он покачал головой. — Как можешь ты, маг-практик, доверять тому, что написано? — палец, покрытый белой шерстью, укоризненно упёрся магу в грудь.

— Но…

— В магии не может быть никаких «но»! Разве дед тебя этому не учил?

— Что ты можешь знать о моём деде? — вновь вскинулся Вальдрес.

— О, — Атиш оскалил зубы, — ты даже не представляешь, сколько всего мне известно. И не только об Аклитесе, но и об убийстве твоей семьи…

Вальдрес с хрустом сжал кулаки. На последних словах он