Огонь в твоей крови - Лана Ежова

Не зная, что говорить в создавшейся паузе, Данилевская ждала продолжения. В душе магичка опасалась, что принцесса потребует Ключ обратно, а она не сумеет отказать. Старые расы хитры и мстительны. Волшебные предметы, созданные их руками, подчас имеют коварные особенности. Поэтому огневичке совсем не улыбалось, к примеру, получить ожог живота или покрыться перьями. Или навеки поселиться в туалете, мучаясь неизлечимой диареей… Да мало ли что беспокойный дух мог приказать артефакту!

— Вы можете уйти из замка Филиппа, при этом не отдавая вампирам Ключ.

Данилевская изумленно вскинула брови:

— Что взамен, принцесса Энвфис?

В благотворительность сидхе Аня не верила.

— У меня два условия: первое — вы принесете мне голову Алистара.

— Гм, а где танец Саломеи? — не удержалась от смешка магичка, но, увидев брезгливое недоумение на лице духа, не стала объяснять свои ассоциации. — Первое условие меня вполне устраивает, так как живой Аристарх не позволит жить нормально и мне. Каким будет второе?

— Когда Филипп утратит власть, вы вернетесь и отдадите Ключ от холма достойнейшему.

— Кому?

— Тому, на кого укажет ваше сердце.

— Простите, Ваше Высочество, но почему доверяете выбор мне? Почему не сами определите достойного?

Заправив за острое ухо радужную прядь, принцесса грустно объяснила:

— Я уже ошиблась, поверив в Алистара. Тогда я думала лишь о себе, о свершении мести. Вы же, чужая этому миру, прониклись проблемами огров и пленников-людей. Я уверена, вы поступите так, как подскажет совесть.

— Но, — Аня запнулась, — какое вам дело до людей и огров? Простите, Ваше Высочество, я впервые вижу сидхе, заботящуюся об интересах других.

— Не верится, что триста лет рабства из любого вытравят гордыню? — с горечью поинтересовалась Энвфис. — Я — последняя в роду Красного Терна, мне держать ответ перед Дану за мир, который открыл мой отец.

Такое объяснение полностью устроило Данилевскую. Спокойное посмертие — то, чего жаждет любое разумное вменяемое существо.

— Новый хозяин Ключа продолжит расширять владения холма, осваивая этот мир. И я не буду препятствовать ему. Я смирилась и с тем, что мир, найденный детьми Дану, будет принадлежать другим расам. А теперь, ведьма, уходи. Я чую желание настоящей Эйми проверить твое самочувствие, и она скоро здесь появится.

— Простите, каким образом уходить?

Дух принцессы прошел сквозь дверь. С сосредоточенным видом простучал стены, порой царапая плиты коготками. Затем обернулся к узнице и вынес вердикт:

— Придется рушить башню. Каким бы сильным ни был Ключ, с магией пиктограмм ему не справиться. Поэтому сначала прикажешь артефакту снести стены, затем переправить тебя в твой мир.

Сидхе с логикой, похоже, не дружила. И Аня попытался корректно это ей объяснить.

— Если плиты мешают Ключу вытащить меня отсюда, то с чего вдруг пропустят команду обрушить башню?

— Ничего сложного. Подойди к двери и просунь руку сквозь прутья, там действие плит заканчивается.

— Тогда, может, ничего и не надо ломать? — скептически поинтересовалась Аня. — Я сразу открою портал?

— Давай-давай, — зубасто улыбнулась сидхе, — и Ключ отправит в твой мир одну кисть.

Данилевскую передернуло от омерзения. Кажется, с логикой не дружит она сама…

— Поспеши! — прикрикнула принцесса на задумавшуюся магичку. — В башне мы с тобой пока одни, но это ненадолго. Тебе ведь не нужны жертвы?

Огневичка просунула в окно руку и обернулась к духу за уточнениями:

— А как?..

Свой вопрос Аня не договорила — Энвфис хоть и принцесса народа сидхе, но ушла не прощаясь, по-английски.

— Чудненько… Как она говорила? Приказать? Хорошо.

Хлопнув ладонью по двери, четко произнесла:

— Разрушь башню. — Когда стены задрожали, а пол стал крошиться под ногами, поспешно добавила: — Перенеси меня в Нью-Йорк!