Конан и воин из пророчества - Дуглас Брайан

И потому Траванкор жестко спросил:

— И где же их войска? Чего стоили все эти переговоры, если все слова улетели в небеса и там растаяли бесследно, точно облака без дождя?

— Не знаю, — Авенир беспомощно пожал плечами, — может быть, их что-то задержало…

— Нет, отец! — воскликнул Траванкор. — Пора уже понять: никто нам не поможет. Мы должны рассчитывать только на собственные силы.

Раджа молчал, не зная, что ответить. Горячие глаза сына жгли его, и вдруг Авенир ощутил горький стыд, как будто это он был предателем, а не его будущие союзники. Траванкор прав! Сколько раз съезжались для советов властители и князья соседних городов и владений — и всегда расходились ни с чем. Каждый боялся утратить толику своей драгоценной власти. И в конце концов враги разбивали их по одиночке, и теряли они не только власть — но и жизнь, и свободу.

— Ратарах! — воскликнул внезапно Траванкор, заметив мальчика.

Он оставил отца и бросился к освобожденному пленнику. Траванкор не ошибся: прямо перед ним действительно стоял брат Рукмини и Гаури. Мальчик выглядел немного растерянным, взгляд его «плавал», как у сонного щенка, но тем не менее Ратарах казался совершенно здоровым.

— Ты сумел бежать? Рукмини говорила, что тебя захватили в плен!

— Да… — проговорил Ратарах. — Так и было. Но теперь все хорошо. Я свободен.

— Ты уже видел своих сестер? — спросил Траванкор, хватая мальчика за плечи и встряхивая. — Ты уверен в том, что не болен? У тебя нездоровый вид.

— Нет, со мной все в порядке…

— Твои сестры решили сражаться, как воины. Доспехи у них легкие, мечи короткие — больше для того, чтобы они чувствовали себя уверенно; их главное оружие — стрелы. Обе неплохие лучницы, особенно после того, как начали тренироваться каждый день. Ты можешь себе это представить? Моя невеста — воин! Удивительно!

Он засмеялся. Ратарах, внимательно следивший за ним, засмеялся тоже.

— Как тебе удалось бежать? — прозвучал вопрос. Он был задан не Траванкором, а кем-то другим.

Сын раджи обернулся и увидел Конана. Киммериец внимательно рассматривал мальчика, и Ратарах съежился под этим взглядом.

— Я… отправился вместе с войском… — пробормотал Ратарах. — Дигам взял меня с собой. А потом я удрал. В сумятице они не заметили, как я скрылся.

Конан кивнул и отошел. Траванкор удивленно посмотрел ему вслед, а затем вновь обратился к мальчику:

— В любом случае, я очень рад, что ты теперь с нами. Иди, разыщи своих сестер. Они будут счастливы.

— Я тоже так думаю, — сказал Ратарах и, повернувшись, медленно зашагал по улице.

* * *

Готовясь отразить натиск неисчислимой армии противника, Траванкор старательно вспоминал все, о чем говорил ему Шлока накануне разлуки.

Подземные ходы. Вся земля под крепостью пронизана ими. Были выкопаны давным-давно, чтобы в случае безнадежно тяжелой осады защитники Патампура могли ими воспользоваться и бежать от врага, уже проникшего внутрь городских стен. Но, добавил тогда Шлока, слишком часто оказывалось, что врагам известно слишком многое.

«Запомни, среди нас — предатель», — сказал на прощание учитель.

Траванкор не забывал этих слов. Не забывал он и того, как они сбылись: ведь только благодаря предательству враги смогли выследить сына раджи и обманом захватить его в плен.

Траванкор не стал выяснять, кто именно его предал. Не до того было. Да и лишнее это: перед лицом наступающего многочисленного врага докапываться до мотивов и побуждений своих соратников. Пуще предательства боялся Траванкор оскорбить по-настоящему преданных людей. Это — куда страшнее. Раны, нанесенные пустым подозрением честной душе, заживают очень нескоро.

Поэтому подземные ходы было решено использовать иным способом. О своем намерении Траванкор до поры не сообщал никому, даже отцу. Об этом знали лишь те несколько воинов, что выполняли приказание военачальника.

Измазанные с головы до ног земляным маслом, которое они черпали из небольшого озерца к северу от города, в джунглях, выходили они из подземелий. Траванкор заметил их сверху, с крепостной стены, и скорее спустился, чтобы узнать — как идут работы.

— Твое задание выполнено, Траванкор, — кратко доложил ему один из них.

— Хорошо, — молвил юный полководец. И поднял голову, словно надеясь увидеть сквозь стену вражеское войско, плотным кольцом окружившее Патампур.

И снова мысли Траванкора поневоле обратились к тому, кто его предал. Поблизости, может быть — в двух шагах от него — находится предатель…

Рослый человек отделился от стены и приблизился к сыну раджи.

— Конан! — Траванкор вздрогнул и тотчас улыбнулся. — Боги, ты испугал меня!

— Что ж, наконец-то мне удалось сделать в Патампуре хоть что-то стоящее, — невозмутимо отозвался Конан.

Молодой человек покачал головой.

— Я не вполне понимаю тебя…

— Звездочет твоего отца, Саниязи, исчез, — сказал Конан. — Благородный раджа Авенир весьма обеспокоен этим обстоятельством.

— Звездочет? — Траванкор пожал плечами. — Не думаю, чтобы это была такая уж большая потеря для города.

— Вот именно, — сказал Конан. — Ты об этом не думал. Да и я, признать, не думал об этом. Видишь ли, Траванкор, я всегда терпеть не мог всяких там колдунов и жрецов, адептов темного учения… Что до звездочета, то я считал его шарлатаном и попросту не замечал. И это было ошибкой.

— Ты хочешь сказать… — начал было Траванкор, замирая от ужаса: выходит, предатель все эти годы находился рядом с его отцом и мог убить раджу Авенира в любое мгновение!

— Да, — жестко ответил Конан. — Я хочу сказать, что Саниязи все эти годы служил Аурангзебу. Докладывал ему о том, что слышал в покоях раджи. Пересказывал разговоры, которые велись в его присутствии. Мы допустили большую ошибку, недооценивая этого человека! А он воспользовался тем, что все мы — воины и потому… — Конан невесело ухмыльнулся: —…бываем глуповаты. Во всяком случае, недальновидны. Кто еще знает о твоем плане обрушить подземные ходы?

— А ты откуда заешь? — удивился Траванкор.

— У меня есть глаза и уши, — ответил варвар. — Возможно, кто-нибудь из доблестных жителей Патампура также наделен этими дарами богов. Никогда ведь нельзя знать наперед.

— Теперь, когда ты сказал мне о звездочете, я в полной растерянности, — признался Траванкор. — Не знаю, что делать. Кому верить? Как поступать?

— Продолжай свое дело, — посоветовал варвар. — А я продолжу мое. Ты отражай натиск врага, а я завтра на рассвете отправлюсь на поиски Саниязи. Надеюсь, мы с ним встретимся прежде, чем он выполнит свое подлое намерение.

Траванкор хотел что-то добавить, но только кивнул и поскорее ушел. Он боялся расплакаться. Конан с легкой усмешкой проводил его глазами. Хорошая пора — молодость! Столько вещей, которые тебя удивляют! Только жаль, что поводы для удивления, как правило, оказываются более чем печальные.