Повелитель миражей - Владимир Ильин

Ближе к вечеру вернулся донельзя довольный Аристарх Робертович, на ходу потрясая кипой бумаг, словно трофеем от поверженного монстра.

– Вы представляете, какая наглость! На вас пытались повесить преступления некого Хакамадо Итиро! – возмущался юрист.

– Чем все кончилось? – прорезалось любопытство.

– Суд через месяц, – жестко ответил Аристарх, чем изрядно напугал.

– Какой еще суд? – встревожился я.

– Как какой? Я подал иск на это недоразумение, что у них называется министерством внутренних дел! – задохнулся от негодования старик. – Уверяю вас, они ответят и за моральный вред, и за вред репутации, и за сорванные контракты, и за переживания супруги и оплатят мои весьма недешевые услуги!

– М-да? – Я пытался понять, какие сорванные контракты у меня могут быть.

– На пару миллионов можно смело рассчитывать, – подвел черту Аристарх Робертович. – С вашего позволения, я пойду готовить документы.

А я чаем хотел торговать. Надо было сразу идти в юристы – вот где все деньги.

Рука потянулась в который раз за день погладить платок в кармане, и в очередной раз жест был прерван. Прошлое настойчиво пыталось обратить на себя внимание.

Семь лет назад, поместье Березиных,

центральное Поволжье

За окном сверкнуло. Маленький, но очень серьезный человек заметил вспышку и принялся сосредоточенно считать про себя. На шестой секунде раскат грома заставил большие окна детской комнаты задрожать.

– Тысяча восемьсот метров, – удовлетворенно озвучил результат мальчик, поправил платок на шее и потянулся за горячим компотом из домашнего варенья.

Дима Березин не боялся грозы, потому как недостойно воину бояться кого-либо, кроме Создателя, – так учила бабушка.

Кипяток заставил закашляться и отставить кружку обратно. Вот же угораздило заболеть. Да кто же знал, что лед на Волге такой тонкий? Вот и бултыхнулся в ледяную воду с головой, а там ветер и мокрая одежда не оставили шанса – температура, сопли и взволнованное движение по всему дому.

Дима не любил болеть, да и не болел особо – организм был куда крепче, чем у сверстников, но такое купание могло свалить и взрослого человека с воспалением легких, он же отделался простудой.

– Не страшно? – Незаметно в комнату вошла мама.

– Нет, далеко же, – легко отмахнулся парень, – почти в двух километрах от нас и уходит в сторону.

– Горло болит? – Строгий вопрос и прохладная мамина ладошка на лбу. – Почему компот не пьешь? Он с малиной: знаешь, как полезно?

– Горячий пока, – виновато буркнул Дима, – чуть не пролил.

Глаза ребенка осмотрели себя и с недовольством отметили пару капель варенья на самом кончике шарфа, а вместе с ним то же самое заметила мама.

– А говорил, будешь аккуратным. – Мама размотала шарф с шеи и бережно отложила в сторону. – Сейчас другой повяжу.

– Дедушкин не чешется, – виновато ответил сын.

– А мы под новый что-нибудь подденем, – шею укутали мягкой тканью, а сверху – другим платком, – вот так.

– Отстирать ведь можно будет? – с волнением уточнил Дима.

– Нет, отстригу краешек, – в руках матери небольшой платок распахнулся многометровым полотном, на самом краешке которого было несколько пятнышек, – а то дедушка ворчать будет.

– А если новый купить?

– Такой не купишь, – восхищенно вздохнула мама, складывая платок так, чтобы нужный край оказался снаружи.

– Почему? – удивился мальчик.

В сознании ребенка магазин занимал место чуда, в котором было все-все-все, и узнать, что там чего-то нет, было удивительным.

– Когда-то давным-давно один храбрый воин шел через горы после ратного подвига. Победил он врагов своих, но и сам цел не остался. Пала его лошадь, погибли братья по оружию, а край тот был далекий, незнакомый. Шел он и шел в надежде найти людское поселение и помощи попросить, да места были столь безлюдны, что за неделю странствий не увидел он никого. Покидали воина силы, все сложнее обходилась охота. Через пару дней упал он в ущелье, оступившись от слабости. Был он воином великим, оттого смог сохранить жизнь свою, но и идти дальше уже не мог. День лежал на месте, второй, а на третий увидел коня, что и приблизиться боялся, кровь почувствовав, но и отказать себе в сочной траве не мог. Собрался с силами храбрый воин и потянулся к коню. К счастью, животное оказалось привычно к людской руке и не озоровало.

– Он взобрался на коня и приехал домой?

– Нет, покинули силы его, не держали ноги. Не смог он взобраться.

– Но как тогда? – не понимал мальчик.

– Пошел тот конь домой, и увидели его хозяева кровавый отпечаток руки на боку, – охотно продолжила мама, – и через некоторое время очнулся великий воин уже под крышей людского дома. Нашел его добрый человек и выходил. Каково же было его удивление, когда его спаситель оказался спасительницей – прекрасной девушкой с длинной косой, румяными щечками и голубыми глазами. Влюбился великий воин, но как поправился – не смог остаться. Долг ратный звал его обратно. Пообещал он прекрасной деве вернуться во что бы то ни стало, а она ему на прощание платок подарила, – мама показала на квадратик в своих руках, – чтобы оберегал его, отогревал в лютую стужу и напоминал о своем обещании. Победил тот воин врагов своих и вернулся за своей красавицей. И жили они долго и счастливо, а платок тот передается из поколения в поколение целым и невредимым, ибо не властно время над любовью. Пока один мальчишка не капнул на него вареньем, – ворчливо завершила мама и поправила сыну сбившуюся челку.

– Тот воин – это был дедушка? – с восторгом предположил Дима.

– Твой много раз прапрапрадедушка, – вздохнула его мама. – Все, теперь спи. Спокойной ночи, сокровище мое.

– Спокойной ночи, мама.

Стальная змея из тысяч машин безжизненно замерла на полотне московской трассы. Где-то там вдали, в самом начале монструозной пробки, прямо на проезжую часть рухнула опора электропередачи, заблокировав все полосы федеральной трассы многотонной железной конструкцией. Спасатели, полиция, краны и эвакуаторы – все необходимое для ликвидации уже работало на месте происшествия и обещало освободить дорогу в течение часа, может быть, двух. Ожидание – часть жизни любого водителя, но некоторые пассажиры терпеть не могут ждать.

– Вадик, давай по бездорожью. – Хозяин роскошной машины раздраженно посмотрел на часы и пустую встречную полосу, скрытую за металлическим отбойником – такую близкую, но недоступную.

– Встанем через минуту, – нейтрально ответил водитель, но все-таки включил поворотник и вырулил на обочину.

Вслед за ними рыкнул джип сопровождения.

Так и вышло – через минуту мучений дорогущей американской подвески на ухабах машина уперлась в очередной затор из нетерпеливых водителей.