Ромашки для королевы - Оксана Демченко

Ррын кивал и жевал – как велено. Было и вкусно, и полезно, он давно убедился: жена умеет выкручиваться из любых его глупостей. И теперь все повернула наилучшим образом. Конечно, вечером отругает, но это уже не опасно. Вечером он ей принесет трав. И пригласит вдвоем сбегать искупаться в дальние озера. Там вода – холоднее льда, а рядом живут неженки из гранильного цеха. Благодать – красивые, чистые пустые берега с белым песком, намытым в ручьях верхних горизонтов. Можно поплавать, понырять, замерзнуть до синевы кожи – и потом вдвоем греться.

– Роночка, а как насчет… – мечтательно вздохнул Ррын.

– Ты из-за своих озер так глаза завел? – рассмеялась жена.

– Не только. Я про нас подумал.

– Возьму большое одеяло, пирожки с грибами, рыбку копченую. Иди, большой гном, надейся.

Он кивнул, сыто счастливо вздохнул – и пошел надеяться.

Короля в ином настроении посещать опасно. Его величество последние годы сер от злости и сосредоточен на неслышном для прочих шепоте в своих ушах. Может часами глядеть в одну точку и кивать. Или бормотать, явно повторяя чужие слова. И стоит уделить странностям хоть малое внимание, как король звереет и орет, требуя вспомнить про военное время и волю больших барабанов.

Тысячника он встретил молча. Глянул в точку, где сходились, срастались на переносице косматые черные брови. И принялся перебирать бумаги на столе. Раз за разом.

Ррын стоял и ждал продолжения. Короля перебивать невежливо, даже когда он молчит, – этому Рона учила мужа долго и усердно. Объясняла, что папа глупо и наивно дожидается, перебирая бумаги, когда у вызванного в приемную сдадут нервы. Кузнец над таким заявлением думал до самой ночи. У него? Нервы? От тупого стояния и смотрения?

Жена смеялась и кивала – на других действует. Теряются, слова путают, умные мысли забывают, выглядят жалко и неуверенно. И ему надо стараться хотя бы делать вид, что он нервничает. Немного, самую малость. Ррын усвоил урок и с тех пор честно пробовал – получалось плохо. Кажется, король считал так же. Перебрав бумаги в десятый раз, он снова глянул на посетителя.

– Твой оруженосец замечен у тайного лаза из мира вершинников. При нем мешок из их ткани. Что скажешь?

– Молодец, что еще тут можно сказать? – удивился Ррын. – Награжу и отпущу домой на два дня.

– За предательство? – прошипел король.

– За исполнение трудного секретного приказа, – прогудел Ррын.

– А сейчас мы спросим про этот приказ, – сощурился Кныттф. – Стража, введите предателя! И вершинные мешки, при нем найденные и уличающие его, внесите.

Эфк появился в дверях с безмятежным видом, характерным для всех норников. Их тысячник – лучший, своих не бросает. А если придется худо – значит, так надо для дела. Черные глаза с ободком яркой ржавчины глянули на Ррына выжидательно.

– Ну, говори, Эфк, – предложил тысячник. – Добыл ли травы, знахарям необходимые? Скольких убил, как ушел от погони, не оставил ли следа к нашим тайным ходам? Потому что это – измена!

– Добыл, – оживился норник. – Два мешка, а не один, как велено. Заставу ихнюю всю как есть обошел и опустошил. Тихо дело сделал, следа не оставил.

Король поперхнулся новостями и уткнулся в очередное донесение своих бездарных (хотя это – как сказать) разведчиков. Ррын молча ждал продолжения. И прикидывал от скуки, сколько у Кныттфа осталось боевых гномов в разведке? Было две сотни. Потом пять десятков, едва поняли новые задачи, внезапно ушли в спасатели. Дело, угодное Труженику, – это и королю ведомо. Его величество стерпел и промолчал. Потом спасатели окрепли повторно, приняв еще сотню. Король неделю бесился в одиночестве. И сам заменил оставшихся, выгнав к тысячнику, в норники. А себе набрал новых – из бывших купцов. Они в разведке обжились и нашли дело стоящим.

Правда, ведут его в своем торговом ключе: сплетен не собирают и вниз не ходят. Забегают к Роне или сотникам спасателей и уточняют все важное для короля. А прочее опытный купец сам добавит. Сплетня – тот же товар, и продают его королю вдохновенно, за двойной паек и благостное неведение его величества о реальных делах в стране, живущей спокойно без присмотра не совсем здорового правителя. Кстати, купцы подумывали с весны потихоньку возобновить торговлю. Раз они сами следят за порядком – то скрытность своих же дел обеспечат вполне уверенно.

Эфк попался по глупости. Бежал напролом и был принят за постороннего, а пока разобрались – подняли слишком большой шум. Оруженосец не умен, но здоров отменно. И, видимо, мешки защищал очень успешно.

Кныттф, не отрываясь от бумаг, сделал жест – пошли вон. Эфк повернулся к охране, предлагая снять с него веревки. Довольно размял запястья и передал два тяжелых мешка тысячнику. Поклонился королю.

– А награда? – нагло спросил он.

– Не обременяйте меня мелочами! – разозлился король. – Вон оба!

За дверью норник подмигнул Ррыну и уточнил, действительно ли имеет право на визит домой. Да? А если еще два мешка притащит, и без скандала? Тысячник сокрушенно покачал головой и задумался, шагая к дому. Надо прекратить делать глупости. Сказать спасателям, они известят купцов – и дело задвигается в обход короля. Свинину можно ввозить спокойно. Учета ей король провести не сумеет, а боевому гному нужна нормальная еда. На грибах и рыбе из подземных озер особо не повоюешь с вддыхрами. В долинах Ронига того и гляди осень осыплется и снегом прикроется. Зазимки, топить пора, а угля нет. Хороший был бы обмен. И начало замирения – тоже неплохое.

Рона быстро разложила травы, напевая от радости. Теперь всю зиму королю будет спать куда как спокойно! Второй мешок добавил песне звонкости. И привел в восторг Ррына, взявшегося подтягивать припев густым басом. Пиво, еще немножко теплое, – и с перцем. Не пожалели, всыпали от души. Жаль, фляга мала! Зато закуску положили, ветчину и сыр. В бумажку вощеную завернули.

Рона жадно схватила листок.

– Это Рртыха вещь!

– Что?

– Я знахарка, меня не обмануть в таких делах. Постой, спою кое-что полезное, может, и не зря сюда положили ветчину. Смотри!

Ррын удивленно обнаружил проступающие одна за другой буквы. Язык Ронига, а слова – сплошной перцовый бальзам для души гнома.

«Рона, Збыр! Это может прочесть лишь один из вас. Надеюсь, моя хитрость будет удачной и письмо не пропадет в огне вместе с вестью. Рртых Третий был в горах и помог нам одолеть вддыхров-ведьменей, готовивших гибель мне и всему последнему посольству людей. Знаю – вы тоже потеряли послов.

Но всему свое время, пока не до подробностей. Рртых уехал на юг, к эльфам, в Круг мудрых, учиться магии и задавать вопросы. Его приняли в обучение.

У нас война никому не нужна и мир примут охотно, я сам к королю ездил с докладом. Не торопите события и не рискуйте.

Удачи. Надеюсь, еще свидимся, уж перца у нас вдоволь.