Воин Сновидений - Ирина Сербжинская

– Марина? Привет… а шеф на месте? Нету? Отлично… Ой, я хотела сказать, жаль… Слушай, у меня тут абонементик в «Иллюзион» завалялся… лишний, ага. Тебе не надо? Надо? Я принесу сейчас.

Сати брякнула трубку.

– Пойдем, ра… Джулис. И гляди мне, чтоб без фокусов! Пробираешься в кабинет, ставишь бутылку – и тут же обратно!

– «И гляди мне! И гляди мне!» – проворчал голос рядом. – Я вижу, никто не обучил тебя вести пристойные беседы с мужчинами. Ладно уж, пойдем…

От секретарши Сати вернулась в самом дурном расположении духа, было ужасно жаль абонемента, который пришлось только что своими собственными руками подарить секретарше.

– Месячный абонемент, блин, – расстроенно бормотала Сати, поднимаясь по лестнице. – И все из-за этого проклятого гада!

Она села за стол, тоскливо посмотрела на груду бумаг и вздохнула. Пора было приниматься за работу: писать рекламу книжному магазину «Букварь». Состряпать текст следовало как можно скорее, а Сати совершенно забыла про него и спохватилась лишь вчера, когда потерявший терпение начальник рекламного отдела позвонил и змеиным голосом поинтересовался, как продвигается работа.

Сати вдохнула еще раз и взяла заявку.

– Не до работы мне сейчас, но ладно… Так. – Она задумалась, соображая, что интересного можно написать о книжном магазине. – Что ж ты от меня хочешь, бриллиантовый ты мой заказчик? Самоцвет яхонтовый…

Она пробежала глазами заметки. «Бриллиантовый заказчик» – магазин «Букварь» – желал поведать горожанам о школьном базаре, который открывался в его стенах.

– Школьный базар в июне? – вслух удивилась Сати. – С другой стороны, готовь сани летом…

Она перевела взгляд за окно, с интересом наблюдая, как в здании напротив хлопотливо снуют по этажам сотрудники.

– «Готовь сани…» Отлично! Вот и заголовок готов!

Она принялась барабанить по клавишам, время от времени сверяясь с написанными в заявке пожеланиями.

В самый разгар работы на пороге показался Никита.

– Привет, борзописец. – Он вытащил из кармана отвертку и моток изоленты. – Шеф велел чайник у вас починить. Где он?

– Шеф?

– Чайник! Шеф-то зачем… Я его только что видел, он по типографии бродит, печатников пугает.

Никита отыскал чайник на кухне, за пачками старых газет, и принялся за ремонт.

– И когда уже шеф новый купит? – привычно бормотал сисадмин, ловко орудуя отверткой. – Этот-то уже и чинить невозможно. Экономит все…

– Никогда, – рассеянно отозвалась Сати, уставившись в монитор. – Вот разве что чайник короткое замыкание устроит и вся контора наша сгорит, вот тогда, пожалуй, да… Новый сисадмин ушел? Бухгалтерша говорила, зарплату ему выдала только что.

– Ушел, ушел…

– И хорошо. Туда ему и дорога. А насчет чайника… на дымящемся пепелище шеф, пожалуй, решит, что пора бы новый прикупить. Не раньше. А пока – чини!

– Чайник-шмайник… что пишешь-то?

– Рекламку, как обычно. Вот, слушай, прочитаю сейчас тебе. Заголовок такой: «Готовь сани летом, а телегу – зимой»! А? – Сати горделиво посмотрела на приятеля. – Как тебе? По-моему, неплохо. Цепляет! Так и хочется сразу же прочитать всю статью, правда?

– Э… ну да, – неуверенно проговорил сисадмин, ковыряя отверткой чайник. – Наверное. А для кого текст? Кто заказчик? Городской ипподром?

– Какой еще ипподром? – недовольно отозвалась она. – Книжный магазин «Букварь».

– Книжный-шмижный…

– Дальше слушай. «Магазин „Букварь“ предлагает к новому учебному году богатый выбор…»

– Напиши «богатейший», – посоветовал Никита.

– «Богатейший», точно… «Учебники, тетради и канцелярские товары ждут вас…»

– А где этот… как его… невидимый эмиссар? – перебил сисадмин и оглянулся по сторонам.

Сати умолкла и тоже огляделась.

– Хорошо, что напомнил. Забыла совсем. Я тебе расскажу попозже кое-что о его похождениях. Он тут времени даром не теряет. Я абонемента в кино по его вине лишилась…

Она повернулась в кресле и окинула комнату взглядом.

– Раб лампы! Эй, раб лампы!

В комнате стояла тишина, лишь залетевший с бульвара ветерок шелестел бумагами.

– Я хотела у него уточнить кое-что про мага, того, что Тильвус замочил. Сам понимаешь, один источник информации хорошо, а два – еще лучше, – пояснила Сати.

– Молчит. – Никита снова принялся ковыряться в чайнике. – Нету его, наверное.

– Тут он где-то, голубчик. Уверена! Просто разговаривать со мной не желает. Эй, ра…

– Сколько можно говорить! – зашипел разъяренный голос, и кресло криминального корреспондента покачнулось. – Я не раб лампы!

Никита хмыкнул.

– А чего молчал? – поинтересовалась Сати. – Обиделся? Нашел из-за чего дуться. Я же не всерьез, а так, к слову. Послушай, я просто хотела спросить у тебя кое-что. Вот ты постоянно твердишь, что знаком со всеми самыми могущественными магами Доршаты, так? Так или не так? Тогда скажи мне, кто это вчера… Джулис! Ты будешь говорить?

Невидимка хранил молчание, и Сати догадалась, что он разобиделся всерьез.

– Ладно, ладно… – примирительно сказала она. – Обещаю не называть тебя больше «раб лампы». Честное слово! А? Ну хочешь, я для тебя журнальчик новый выпрошу в отделе доставки? «Мужские грезы» называется. С картинками, – принялась Сати уламывать невидимку. – Картинки замечательные! Вон у Никиты спроси, он знает.

– Да ладно тебе, – недовольно пробурчал сисадмин. Он отодвинул починенный чайник и спрятал отвертку в карман. – Я этот журнал по делу читал, ясно? А на картинки и не смотрел даже.

– Вот видишь, – подхватила Сати. – Никите понравилось! И тебе понравится! Сейчас же схожу и принесу, если расскажешь про мага. И булочек для тебя в отделе доставки прихвачу, им курьерша постоянно булочки носит. А они ей за это все новые журналы бесплатно читать дают.

Послышалось громкое сопение.

– Спрашивай, – недовольно пробурчал Джулис, помолчав еще немного.

– Я вчера видела кое-что… из воспоминаний Тильвуса. – Сати на всякий случай понизила голос и коротко пересказала Джулису то, что увидела.

– Тильвус говорит, что этот чародей Воинов Сновидений уничтожал.

Невидимка молчал так долго, что Сати потеряла терпение.

– Да говори же наконец! Ты случайно подробностей не знаешь?

– Случайно знаю, – наконец ответил он. Голос его звучал по-прежнему нелюбезно.

– Ну так расскажи, а? И не дуйся. Ну подумаешь, назвали тебя пару раз «раб лампы». Что с того? Сам посуди – ведь у меня-то гораздо больше поводов жаловаться на жизнь! Ты всего-навсего невидим, эка беда! Рано или поздно Тильвус тебя расколдует и снова будешь таким, как все. А я? Мало того, что у меня текст магазину «Букварь» не дописан, так еще и… Забыл, что меня-то ждет?