Мрачный Жнец - Терри Пратчетт

А потом механизм заводили, и она делала еще один оборот.

Смерть вернулся домой с горстью Времени.

На двери магазина зазвенел колокольчик.

Торговец цветами Друто Шест рассматривал букетик львиного зада и тут заметил, что между вазами с цветами кто-то стоит. Этот посетитель выглядел каким-то расплывчатым. Как бы там ни было, торговец мгновенно двинулся навстречу потенциальному покупателю, потирая руки.

На самом деле Друто так и не понял, кто именно заглянул в его магазинчик. Но разговор проистекал примерно так.

– Чем могу быть поле…

– ЦВЕТЫ.

Друто на мгновение растерялся, но почти сразу сориентировался в ситуации.

– Э-э, а могу я узнать назначение этих…

– ДЛЯ ДАМЫ.

– И что вы предпочи…

– ЛИЛИИ.

– Да? Но ведь лилии…

– МНЕ НРАВЯТСЯ ЛИЛИИ.

– Гм-м… понимаете ли, все дело в том, что лилии, на мой взгляд, несколько мрачноваты…

– МНЕ НРАВИТСЯ МРАЧН… Фигура замолкла на полуслове.

– А ЧТО ВЫ МОЖЕТЕ ПОРЕКОМЕНДОВАТЬ? Друто плавно перешел на другую передачу.

– Вот розы, они всегда воспринимаются крайне благосклонно. Или орхидеи. Многие господа говорили мне, что сейчас дамы предпочитают одну орхидею огромному букету роз…

– ДАЙТЕ МНОГО.

– Так что же вы возьмете – орхидеи или розы?

– И ТО И ДРУГОЕ.

Пальцы Друто нервно свились, словно угри в масле.

– Я могу предложить вам вот эти чудесные букеты «нервоуза глориоза»…

– ЭТИХ ТОЖЕ МНОГО.

– А если средства господина позволяют, я даже могу порекомендовать единственный экземпляр крайне редкой…

– ДА.

– И…

– ДА. ВСЕ ЭТО. С ЛЕНТОЙ.

Когда звякнул дверной колокольчик и покупатель покинул магазин, Друто наконец взглянул на монеты в руке. Многие из них были повреждены коррозией, все были странными, а одна или две – золотыми.

– Гм, – сказал он. – Этого вполне хватит, чтобы…

И тут он услышал мягкий шелестящий звук. Вокруг него, по всему магазину, опадали цветы, усыпая пол дождем из лепестков.

– А ЭТИ?

– Это наш ассортимент «де люкс», – гордо произнесла дама в шоколадной лавке.

То было высококлассное заведение, оно торговало не обычными сластями, а кондитерскими товарами, часто в форме индивидуальных кокетливых завитков в золотой фольге, которые причиняли вашему банковскому счету вред куда больший, нежели они причиняли вашим зубам.

Высокий, одетый во все черное покупатель взял в руки коробку площадью не меньше двух квадратных футов. На крышке, похожей на атласную подушку, была нарисована пара выглядывающих из сапога безнадежно косоглазых котят.

– А ЗАЧЕМ ЭТА КОРОБКА СДЕЛАНА МЯГКОЙ? ЧТОБЫ НА НЕЙ СИДЕТЬ? И ЭТИ КОНФЕТЫ СЛУЧАЙНО НЕ ИЗ КОТЯТ? – в тоне покупателя явно слышалась угроза. Он и раньше говорил как-то угрожающе, но сейчас эта угроза обрела конкретные очертания.

– Что вы, нет! Это наше Превосходнейшее Ассорти.

Покупатель отбросил коробку в сторону:

– НЕ ПОЙДЕТ.

Продавщица посмотрела по сторонам, потом открыла ящик под прилавком и, понизив голос до заговорщического шепота, произнесла:

– Конечно, это предназначено только для особых клиентов…

Коробка была небольшой. К тому же она была полностью черной – кроме названия содержимого, написанного маленькими белыми буквами. Кошек, даже в розовых бантиках, за милю бы не подпустили к такой коробке. Чтобы подарить такую коробку, фигуры, облаченные во все темное, рисковали жизнью, лазая по стенам домов, вместо того чтобы подняться по лестнице.

Темный незнакомец вгляделся в надпись.

– «ТЕМНОЕ ОЧАРОВАНИЕ», – произнес он. – МНЕ НРАВИТСЯ.

– Это для самых интимных моментов, – пояснила дама.

Покупатель задумался над услышанным.

– ДА, – кивнул он наконец. – ЭТО ВПОЛНЕ ПОДОЙДЕТ.

Продавщица просияла.

– Вам завернуть?

– ДА. С ЛЕНТОЙ.

– Еще что-нибудь, господин?

Этот невинный вопрос поверг покупателя в легкую панику.

– ЕЩЕ? А ДОЛЖНО БЫТЬ ЧТО-ТО ЕЩЕ? ЧТО ЕЩЕ НУЖНО СДЕЛАТЬ?

– Прошу прощения, господин?

– ЭТО ПОДАРОК ДАМЕ.

Такой поворот разговора застал продавщицу врасплох. Поэтому она обратилась к надежному, спасительному клише.

– Ну, говорят, лучший друг девушки – это бриллианты, – радостно сообщила она.

– БРИЛЛИАНТЫ? А. БРИЛЛИАНТЫ. И ЭТО ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ТАК?

Они мерцали, как осколки звездного света на черном бархате неба.

– Исключительно превосходный камень, – говорил торговец. – Позвольте обратить ваше внимание, как он переливается, исключительно…

– А НАСКОЛЬКО ОН ДРУЖЕСТВЕН?

Торговец замялся. Он знал о каратах, об алмазном блеске, о воде, об огранке и сверкании, но никто и никогда не просил его оценить камень с точки зрения общей приветливости.

– Достаточно ли он хорошо расположен? – рискнул он.

– НЕТ. НЕ ПОЙДЕТ.

Пальцы торговца схватили еще один осколок замороженного света.

– Тогда этот, – сказал он обычным уверенным тоном. – Он доставлен из знаменитых Шорт-шенковских копей. Позвольте обратить ваше внимание на утонченный…

Он почувствовал, как взгляд посетителя в буквальном смысле слова пронзает его насквозь.

– Но, честно говоря, дружелюбием он тоже не отличается, – неловко закончил продавец.

Темный незнакомец с неодобрением оглядел лавку. В полумраке сверкали драгоценные камни, защищенные решетками от троллей и похожие на глаза драконов, засевших в глубине пещеры.

– МОЖЕТ, ВОН ТЕ ДОСТАТОЧНО ДРУЖЕЛЮБНЫ? – спросил он.

– Господин, должен заметить, не боясь показаться противоречивым, что наша закупочная политика никогда не основывалась на дружелюбии камней, – признался торговец.

Его крайне тревожило некое обстоятельство. Он знал, что все идет не так, как надо, и где-то в подсознании понимал, почему именно, но мозг не давал ему возможности нанести последний штрих. Это действовало на нервы.

– А ГДЕ НАХОДИТСЯ САМЫЙ КРУПНЫЙ БРИЛЛИАНТ В МИРЕ?

– Самый крупный? О, это элементарно. Он называется «Слеза Оффлера» и находится в святая святых Затерянного Храма Страшного Суда Бога-Крокодила Оффлера, что в самом отдаленном уголке Очудноземья. Он весит восемьсот пятьдесят карат. И, господин, предвосхищая ваш следующий вопрос, отвечу – да. Я бы лично лег с этим бриллиантом в постель.