Ричард Длинные Руки - гроссграф - Гай Юлий Орловский

Он насупился, из прорези все так же блистало голодным голубым льдом всех покровов центральной Антарктиды.

- Простите, сэр?

- Поясняю, - сказал я, - вы, рассчитывая меня победить, освобождаете целую страну от тирана.

- Верно, - прогудел он.

- А что получу я в случае победы?

Он сказал нетерпеливо:

- Сэр, вы не победите!

- Но все же, - сказал я настойчиво, - хотя б формально мы должны обозначить, что получаете вы и что получаю я.

Он смотрел туповато, все-таки гиганты грешат медленной логикой, что-то у них осталось от динозавров, которые только через полчаса замечали, что хитрая мелкота отгрызла у них половину жирного хвоста.

Наконец он рыкнул с такой мощью, что мог бы оглушить себя там в тесном шлеме:

- И что хотите вы?

Я указал на женщину, она прислонилась к дубу и смотрела в нашу сторону с живейшим интересом.

- Вот она. Приз победителю.

Он запротестовал:

- Сэр, вы ее совсем не знаете!

- Но если она вам дорога, почему нет?…

Он зло засопел.

- Сэр, чем больше я вас узнаю, тем больше хочется вбить в землю по макушку. И сверху притоптать, чтобы не поганили этот прекрасный мир, который Господь создал людям на радость!

- Значит, трусите? - спросил я громко.

Он дернулся, я спрашивал больше в расчете на реакцию женщины, но она смолчала, зато сэр Тамплиер взвился, как табунный жеребец. Стальные плиты на нем задвигались, поскрипывая, как ползущие по коренным породам ледники.

- Я? - прорычал он оскорбленно. - Сэр, вы пожалеете о каждом непочтительном слове в мой адрес. И даже звуке. Вы готовы?

- Я готов, - ответил я, - но уточним, если я вас собью с коня, вы признаете себя побежденным, а ваша женщина достанется мне?

Он едва не сказал «да», я уже видел, как поднялась груда металла на его объемистой груди, но женщина вскрикнула:

- Сэр Тамплиер, не соглашайтесь так легко!… Сбить с коня - еще не победить!

Он подумал и повторил туповато:

- Сбить с коня - еще не победить, сэр Ричард. А вот если и пешего собьете на землю…

- Хорошо, - сказал я. - Кто бы из нас ни оказался поверженным на землю, тот признает себя побежденным. Я отказываюсь от власти гроссграфа, а вы - всего лишь от женщины. Так?

Он сказал оскорбленно:

- Вы отказываетесь всего лишь от власти графа, а я отказываюсь от такой женщины! Как видите, сэр, я приношу жертву гораздо больше. Но я иду на это! Так приступим?

- Приступим, - согласился я, - уточняю еще раз, а то у вас вроде бы вполне понятная для тех, кого часто бьют по голове, забывчивость: я отказываюсь от власти гроссграфа, а вы от этой женщины. Так? А также победитель забирает, как принято в рыцарском мире, коня и доспехи побежденного.

Он подумал, но я прижал его к стене, и он ответил хмуро:

- Ничего вам этого не достанется. Так что я согласен, согласен!

- Прекрасно, - сказал я обреченным голосом, - садитесь на свою корову, которую так ловко замаскировали попоной под коня. Если удержите копье, что-то оно для вас великовато, то вскоре узнаете, как это - кувыркаться по земле, хватая ее костями и пастью!

Он прорычал что-то в своей стальной башне. Я съездил к дереву и взял второе копье, тяжелое, как бревно, и длинное, как корабельная мачта. Когда я повернул коня в сторону лужайки, Тамплиер уже высился на своем гиганте с таким видом, будто ждет меня вечность и начинает превращаться в камень.

Герольда нет, который махнул бы флажком, потому Тамплиер вскричал страшным голосом: «Вперед!», его конь заржал так, что задрожала земля, красиво поднялся на задние копыта и пару раз ударил огромными ими по воздуху.

Я послал Зайчика навстречу, копье опустилось, земля трясется от ударов тяжелых копыт наших коней. Я мстительно нацелился острием в шлем огромного рыцаря, я быстр, как никто в этом мире, этот трудный удар у меня должен получиться и в этот раз, в то время как большинство рыцарей бьет в мишень покрупнее: подставленный щит, тем самым при хорошем ударе выбивая противника из седла.

В сражении еще бьют копьем в туловище, что в турнирном поединке считается позором, и хотя у нас вроде бы не турнир, но, как я вижу, Тамплиер тоже рисковать не стал: острие его копья медленно сдвигается в левую сторону, намереваясь ударить в щит Арианта.

Держись, громила, подумал я мстительно. Сейчас тебе лететь вверх тормашками. И загребать обеими пригоршнями землю. И пожалеть о своем хвастовстве…

И все-таки страх покалывал в груди. Эта живая груда железа несется навстречу очень уж быстро и страшно. И хотя умом понимаю, что лобового столкновения не будет, закованное в сталь чудовище промчится мимо, но вся эта тяжесть, помноженная на скорость, находится на кончике его копья…

В последний миг перед ударом я предугадал по движению корпуса, что Тамплиер понял, куда нацелено мое копье, пытается отклониться, но я успел внести поправку и с наслаждением увидел, как кончик моего копья с ужасающей силой ударил в шлем.

В тот же миг в меня словно попал низко летящий метеорит, размером с тот, что выкосил половину Тунгусии. Я услышал треск позвоночника, боль стегнула с такой силой, что в глазах потемнело. Я чувствовал, что меня катит по земле, но когда перед глазами прояснилось, увидел небо и облака, понял, что почти лежу на конском крупе, откинувшись на спину, а Зайчик замедляет бег.

Когда он остановился на краю поляны, я воздел себя в седле вертикально и с удивлением огляделся. Щит выдержал чудовищный удар этого заостренного бревна, а умело поставленные сочленения доспехов не дали изогнуться слишком уж, оберегая спину.

На той стороне Тамплиер отбросил обломок копья и поднял руку к шлему. Забрало слегка помято, я не промахнулся, но как он выдержал удар такой силы?

- Сэр, - прокричал он, - спасибо за хороший удар! Давно не встречал достойного противника. К сожалению, здесь не турнир, где всегда в запасе копья…

- Да, - крикнул я с облегчением, - пошлем за копьями? Или разыграем в кости?

Он ответил удивленно:

- Зачем? Разве у нас нет другого оружия?

- Гм, - сказал я, - вообще-то в турнирах сперва надо закончить на копьях… По шесть с обеих сторон, потом только…

Он прервал надменно:

- Сэр, это не турнир! Речь идет об освобождении Армландии от появившегося тирана!

- Ага, - ответил я озадаченно, - ну, если дело настолько серьезно… хорошо, сэр Тамплиер, что предпочитаете?

Он покачал головой.

- Поединок предложил я, так что выбирайте вы.

Я мысленно пробежался по своему арсеналу. Лучше бы, конечно, разыграть судьбу Армландии и той наглой леди в покер, я хоть и неважный игрок, но этот громила вряд ли лучше, но такой поединок вряд ли сочтут легитимным. Можно еще посоревноваться в стрельбе из лука, однако Тамплиер - настоящий рыцарь, луком брезгует, как оружием простонародья… Армрестлинг лучше не предлагать, у Тамплиера руки толще моих бедер. Щелчки в лоб тоже наверняка отвергнет, да и лоб у него, как у всех военных, медный, только палец расшибу.