Виват император! - Роман Злотников

— А то!

И оба рассмеялись…

— Ладно, зачем ты меня вызвал, Дмитрий? — спросил гость уже серьезным тоном.

Ярославичев подошел к столу и занял свое кресло.

— Твое кураторство закончилось… Вадим (похоже, он еще не очень-то успел привыкнуть к новому имени гостя). Мне снова нужны твои мозги гениального финансиста.

Гость уселся напротив и молча уставился на собеседника, ожидая продолжения.

— Мне нужно привлечь инвестиции. Вернее, даже не привлечь. Я абсолютно уверен, что когда мы запустим наши проекты, то наживем себе много недругов, ОТКАЗЫВАЯ желающим вложить в них деньги. Мне нужно создать и отработать механизм, дозволяющий принять и переварить эти инвестиции.

Гость недоуменно пожал плечами (по его мнению, такой механизм был уже давно создан, причем при его непосредственном участии — структуры БЗЛ могли принять и переварить любые мыслимые инвестиции) и осторожно поинтересовался:

— Но какой же цифре идет речь?

Губы хозяина кабинета тронула улыбка гурмана, когда перед ним ставят некое особо изысканное блюдо. Чувствовалось, что он предугадывает реакцию гостя и собирается насладиться ею в полной мере.

— Я думаю, в первый год реализации Программы мы должны будем привлечь порядка пятисот — семисот миллиардов долларов. А затем каждые два года этот объем будет удваиваться.

Гость молчал почти целую минуту.

— И можно мне узнать, в какие проекты требуется вложить подобные суммы? — спросил он наконец.

Ярославичев явно остался доволен тем, как гость отреагировал на его заявление. Он развернул кресло и, выдвинув из-под столешницы панель с клавиатурой, нажал несколько клавиш. На противоположной стене, оказавшейся огромным экраном, высветилась карта России, обрамленная небольшими рисунками. Он щелкнул по одному из них, и страна оказалась как бы перечеркнута двумя плавно изломанными размашистыми линиями.

— Ну, например, строительство двух монорельсовых трасс. Мы называем их хордами. Одна протянется от Бреста до Владивостока, а другая — от Питера до Сочи. Кстати, магнитодинамические двигатели разрабатываются именно для монорельсового транспорта. Можешь себе представить, пропускная способность хорды «запад — восток» уже при запуске первой очереди перекроет возможности БАМа и Транссиба, вместе взятых, в девять раз!

Гость покачал головой:

— Не знаю, не знаю… по-моему, сейчас эти дороги загружены едва на тридцать процентов. Чем ты собираешься загрузить свою новую трассу?

Ярославичев согласно кивнул.

— Это так, но мы сможем предложить заказчикам такие сроки, что, скажем, Суэцкий канал просто станет ненужным. Стандартный морской контейнер дойдет от Бреста до Владивостока всего за сорок часов. А маршрут от Питера до того же Владивостока, с учетом перегрузки, займет всего пятьдесят три часа. Так что рынок перевозок Европа — Азия, а возможно, и Европа — Западное побережье Америки просто упадет к нашим ногам. К тому же и внутренний грузопоток возрастет очень существенно. По прикидкам, не меньше чем в шесть раз.

— А каково энергопотребление на перемещение тонны груза на мерную милю?

Хозяин кабинета молча щелкнул по еще одному рисунку, и в левом углу экрана тут же высветились несколько графиков и диаграмм.

Гость с минуту вглядывался в них, потом перевел взгляд на Ярославичева, пожевал губами и спросил:

— А что это за программа?

Его Высочество откинулся на спинку кресла:

— Я думаю, у тебя на языке вертелся несколько иной вопрос. Но ты, Вадим, всегда умел задавать именно правильные вопросы. Все верно, при подобных энергозатратах на тонну груза мы никак не можем говорить о тарифах, сравнимых с тарифами железных дорог или судоходных компаний. Но это только при существующих ценах на электроэнергию. Более того, если мы, скажем, реализуем проекты монорельсовых хорд и сумеем начать массовое внедрение электродвигателей в качестве основных систем привода в автомобильный, речной, морской транспорт и авиацию, то цены на электричество взлетят до немыслимых высот. Потому что оно тут же станет чрезвычайно дефицитным товаром. И вместо колоссального выигрыша в скорости перемещения грузов и пассажиров, который сулят новые технологии, мы получим полный транспортный ступор.

Гость задумчиво кивнул:

— Да, по моим, естественно, очень приблизительным прикидкам, чтобы закрыть потребности в электричестве только по этим двум проектам, даже при условии, что первые десять — двенадцать лет они будут ограничены лишь территорией этой страны, потребуется увеличить ее мировое производство как минимум на треть.

Ярославичев уважительно качнул подбородком:

— Я всегда восхищался твоей головой, Вадим, и сейчас получил еще одно подтверждение того, что я был прав. Ребята из группы разработки после двух месяцев уникальных расчетов выдали результат — тридцать шесть процентов. А ты вот так, сразу… Да… — Он с уважением посмотрел на гостя долгим взглядом. — Чтобы обеспечить необходимый нам уровень тарифов, — голос Ярославичева был снова деловит и сух, — мы должны понизить стоимость киловатт-часа почти на порядок. Так что согласно Программе первым будет запущен вот этот проект.

Он щелкнул мышью по еще одному маленькому рисунку, и на карте тут же вспыхнули сотни огоньков, густо покрывшие все побережье Северного Ледовитого океана.

— И что это?

Ярославичев усмехнулся:

— Проект называется «Золотая цепь». На побережье Северного Ледовитого океана и в прибрежных водах будет создана густая сеть комплексных электрогенераторных плетей. Уникальная конструкция! Основа — ветрогенераторы, но всего задействовано около двадцати технологий, скажем, для выработки электроэнергии используется даже разница температур охлаждающей жидкости рубашки генератора и окружающего воздуха. Доставка энергии в центральную часть страны пойдет по кабелям, проложенным по дну рек. Ребятам пришлось изрядно поломать голову над обеспечением безопасности в случае обрыва кабеля, но они справились. Мы уже начали накопление ресурсов под этот проект, например, с прошлого года ведем крупные, но осторожные закупки цемента.

Гость опять некоторое время молчал, размышляя над услышанным, затем спросил:

— Так что это за Программа, которую ты тут все время упоминаешь?

— По-моему, ты уже и сам понял. Программа — это перечень проектов на ближайшие десять лет, согласованных по срокам их реализации.

— И сколько таких проектов?

— Двадцать три. Но сначала будут запущены шесть. — Лицо Его Высочества приняло жесткое выражение. — Мы должны сделать очень сильный рывок. За одно десятилетие скакнуть так далеко, чтобы, когда мы представим ВСЕ аргументы, ни у кого не возникло бы даже мысли о возможности агрессии.

Гость задумчиво оттопырил губы, посидел так, глядя перед собой, потом решительно тряхнул головой.