Побочный эффект - Дмитрий Янковский

– Мобильник пожалуйста… – негромко скзала Шерстка, полностью выскользнув из комнаты в коридор. – И тихо! Ну!

Она протянула свободную руку, а побледневшая медсестра достала из кармана и положила в нее телефон. Шерстка с размаху разбила его об пол.

– Все, я вас покидаю, – с наигранным сожалением произнесла она и, открыв дверь, сбила ножом пластиковую ручку замка.

Теперь, она знала это по личному опыту, изнутри дверь можно открыть только отверткой. При некотором умении и смекалке.

Шерстка спустилась на лифте и выскочила на первый этаж, пробуя на ходу включить мобильник. Но у нее ничего не вышло – аппарат настойчиво требовал введения пин-кода, а без этого говорил: «Пока!» и выключался.

– Зараза! – девушка выскочила на улицу, и зло зашвырнула его в сугроб.

Налетевший ветер обжег лицо, словно по коже провели наждачной бумагой. Шерстка не раздумывая метнулась в сторону станции метро, прикидывая в уме, сколько осталось денег. Выходило очень немного.

Добравшись до станции, она спустилась по лестнице и бросилась к окошку кассы, чтобы купить телефонную карту.

– Закрыто, – холодно ответила кассирша, выразительно постучав пальцем по циферблату наручных часов.

– Но еще пять минут!

– У вас часы отстают.

– Ну пожалуйста!

– Нет, я сняла кассу. И перестаньте шуметь.

– Подождите! – умоляющим тоном воскликнула Шерстка. – Я вас очень прошу. Пожалуйста! Мне нужна телефонная карта. Очень.

Кассираша молчала, складывая непроданные карты в коробку.

– У меня муж в беде. Мне необходимо позвонить его начальнику.

Она с трудом сдерживала слезы отчаяния.

– Да помогите же мне! – не выдержав, завизжала она и бессильно стукнула кулаком в стену. – Если с ним что-то случится, я вас убью. Вас лично – выслежу, и уничтожу.

Кассирша подняла взгляд с явной заинтересованностью, но без малейшей тени испуга.

– Да? – в ее вопросе мелькнула легкая тень иронии. – Вы так любите своего мужа?

Шерстка не ответила, только грудь ее тяжело и часто вздымалась под одеждой. Кассирша сказала с презрением:

– Я бы еще приплатила, если бы мой делся куда-нибудь. Но чтобы убить за него… Ты не из психушки сбежала?

– Продайте мне карту, я вас очень прошу. – уже спокойнее попросила Шерстка.

– На, – кассирша достала карточку и протянула Шерстке. – Завтра проведу через кассу. Впервые вижу такую чокнутую.

Взяв деньги, она снова принялась за прерванную работу, полностью утратив к девушке всяческий интерес. Но то ли Шерстке показалось, то ли действительно – в какой-то момент в глазах женщины мелькнула едва уловимая зависть.

Таксофон оказался недалеко от кассы, Шерстка бросилась к нему, на ходу сдирая упаковку, и резко вогнала карточку в щель. Когда экран показал количество кредитов, она достала визитку и набрала номер.

Длинные гудки.

– Черт! – она ударила ладонью в автомат. – Ну же! Возьми трубку, зараза!

В трубке тянулись длинные гудки – один за одним. Шерстка разозлилась и несколько раз шарахнула кулаком по таксофонному аппарату.

– Черт тебя задери! А ну возьми трубку, дрянь!

– Девушка! – послышался сзади чуть насмешливый мужской голос. – Не стыдно портить государственное имущество?

Шерстка медленно оглянулась, разглядев за спиной троих патрульных милиционеров.

– Извините, – сказала она.

– А документики ваши можно глянуть?

– Пожалуйста. – Шерстка достала паспорт из внутреннего кармана шубки.

– Так… – страший раскрыл документ и принялся переворачивать страницы. – Людмила Шерстюк. Замечательно. Москвичка. А зачем имущество портим?

– У меня муж попал в беду. Я хочу дозвониться его начальнику, а никто не берет трубку. Я разозлилась…

– Вспыльчивая, значит, – усмехнулся патрульный. – Ну тогда пройдем с нами, остынешь. Выпишем штрафик за нарушение общественного порядка, а заодно проверим регистрацию. Может тебя давно выписали с жилплощади, а ты все ходишь со старым паспортом.

– Чушь какая, – девушка недовольно дернула подбородком.

– Пойдем, пойдем. В отделении разберемся, чушь это, или нет.

Ветер гудел в трубе погасшего камина, но в гостиной становилось все теплей и теплей. Обогреватель настолько нагрелся, что к нему нельзя было прикоснуться, чтобы тут же не отдернуть руку..

За час общения с Ниной Олег понял, что им попросту не о чем разговаривать – ее мысли крутились вокруг планов мести и освобождения, а Олег ничего кроме сделанного предложить не мог. В конце концов разговор умолк сам собой, разделив их стеной задумчивого молчания.

Время от времени, отвлекая от мыслей, щелкало реле обогревателя, подстраивая нагрев к температуре помещения. В наступившей после одного из таких щелчков тишине послышался негромкий шум двигателя и хруст снега под автомобильными покрышками.

– Это он! – обрадовалась девушка.

– Адвокат?

– Да. Я пойду открою.

Она легко вскочила с кресла и выскользнула за дверь, загрохотав ногами по деревянным ступеням. Через пару минут до слуха Олега донесся невнятный мужской бас и радостные приветсвия Нины. Скрип лестницы подсказал, что по ней поднимаются двое.

– Знакомьтесь. – девушка распахнула дверь и пропустила вперед мужчину лет сорока, довольно полного, в дорогом костюме. – Это Семен Ильич, а это Олег. Он помог мне сбежать из квартиры.

– Здравствуйте, – кивнул из кресла Олег, продолжая кутаться в плед.

Мужчина кивнул. От него исходил сильный запах дорогого одеколона, очень уместный в гостиной с камином.

– Ниночка, ты думаешь разумно было привозить сюда постороннего?

– Он не посторонний. Он меня спас.

Семен Ильич нахмурился и сел в оставшееся свободное кресло.

– Знаешь, дорогая, до твоего спасения еще очень далеко, и основную работу делать придется мне. Меня вообще раздражает ваша детская и бессмысленная идея с побегом. Куда проще было попросить кого-нибудь из охранников дозвониться ко мне. За последние полгода можно было постараться решить эту пролему законным путем.

– Дядя Сема, неужели ты считаешь меня такой дурочкой? Просто я ни в ком не была уверена, а один из охранников прямо ответил на мое предложение, мол, ты решишь свои проблемы, и пост закроют. Им своя работа важнее.

– Пообещала бы денег.

– Некоторым мало пообещать. – фыркнула Нина. – Им сразу дай, на блюдечке.