Побочный эффект - Дмитрий Янковский

Летняя духота ощущалась с самого раннего утра. Она замерла в коридорах научно-исследовательского института, повисла на лестничных пролетах, проникая с улицы сквозь огромные пыльные окна.

Круглые часы на стене показали десять утра.

Внизу скрипнула дверь, и жара заколыхалась от шума многочисленных шагов и голосов, лестничные перила задрожали от частых касаний. В коридоре начали появляться люди – мужчины и женщины, молодые и пожилые. Они позвякивали ключами, отпирали двери с табличками. Наступил новый рабочий день.

Через некоторое время коридор вновь опустел – все заняли свои места. И в затихшем, было, воздухе послышались шаги двух отставших от общего потока человек.

– Опаздываем, – сказал голос Олега.

– Начальство не опаздывает, начальство задерживается, – поправила его Шерстка. – Кто тебя так учил завязывать галстук?

– Могла бы дома помочь.

– Как был бестолочью, так и остался.

Они поднялись по лестнице и оказались в бесконечном институтском коридоре.

– Интересно, Вадим уже подъехал? – волновался Олег, поправляя дорогой выходной костюм. – Никак не привыкну я к этим английским шмоткам.

– Он же обещал быть в десять. – пожала плечами Шерстка. – К такой одежде такой лексикон не подходит. Между прочим.

Шерстка злорадно улыбнулась. Сама она пренебрегла всеми правилами и приехала в обычной своей одежде, которую считала удобной. Легкий свитер, брюки, туфли на рифленой подошве.

Они остановились перед дверью, и девушка сняла с Олега последние пылинки.

– Вперед! – подтолкнула она его.

Дверь распахнулась и они, взявшись за руки, шагнули в довольно большую лабораторию, уставленную приборами. В ней было полно народу – почти все, кто прошел по коридору чуть раньше. Увидев Олега с Шерсткой, они тут же грянули аплодисментами.

– Здравствуйте, господа! – начал Олег и смутился.

Он собирался что-то сказать, но все мысли от волнения вылетели. Оставалось только широко улыбнуться. Это вызвало новую бурю аплодисментов.

В первом ряду стоял Вадим в строгом черном косюме.

– Ну что, – спросил он собравшихся, – пора продемонстрировать миру плод наших общих усилий?

Вадим проследовал к круглому постаменту, на котором покоилась сложная конструкция, состоящая из пересекающихся ажурных шаров. Вадим поднял руку, чтобы потянуть рычаг, но передумал. Он оглянулся и с широкой профессиональной улыбкой махнул рукой:

– Ну что, Шерстюк. На восемьдесят процентов это ваше детище. Отпускайте его на волю.

Олег пересек пустое пространство зала под перекрестным огнем любопытных взглядов. Остановился.

– Сколько на ней сейчас нагрузки? – не смотря на волнение, спросил Олег.

– Четырнадцать тонн веса! – ответил один из лаборантов.

– Пожалуй, мне одному не поднять! Людмила! Иди сюда! Мы ведь это сделали вместе!

Шерстка смущенно улыбнулась и поспешила к постаменту.

В полной тишине они потянули на себя небольшой рычаг, освобождающий захват, которым конструкция удерживалась на месте. Защелка клацнула, и система шаров взмыла в воздух, замерев между полом и потолком. Затаившая дыхание толпа выдохнула и взорвалась громом аплодисментов.

Вадим уже устроился за одним из столов. Щелкнув замками кейса, он шлепнул перед собой небольшую стопку розовых, с водяными знаками, листов.

– Прошу, Шерстюк, – пригласил он Олега. – Самое время поставить подпись под сдачей проекта.

Вадим ярко блестнул золотым «Паркером» и снова оскалился в улыбке:

– Сначала подпишу я, как представитель правительственного заказчика… Колпачок «Паркера» дорого скрипнул и представитель правительного заказчика склонился над документами.

Олег гордо оглянулся на Шерстку. Она философски вздохнула.

– Что за черт. Извините. – Вадим встряхнул «Паркер» и попробовал снова.

– Наверное, чернила кончились. – ехидно заметила Шерстка.

– Попробуйте вот это. – ослепительно улыбаясь, Олег протянул Вадиму свой чернильный роллер.