Дети непогоды - Павел Марушкин

— Ну ты и накурился, старина, — озабоченно сказал он, потянув носом. — Как же ты теперь целоваться-то будешь?

— Никак, — буркнул Хлюпик. — Неужели ты думаешь, что она и вправду хоть чуть-чуть мною интересуется?

— Ничего ты не понимаешь в женщинах! — весело ответил приятель, исчезая за дверью.

«Наверное, это и вправду так», — смущённо поду-мал Хлюпик, устраиваясь поудобнее под пуховым одеялом. Разумеется, ему и в голову не пришло отнестись к совету Иннота серьёзно…

Голубоватый лунный блик скользнул по простыне и коснулся лица спящего. Хлюпик открыл глаза и замер. Чувство, что в каюте он не один, возникло почти сразу. «Может, Инноту стало холодно на палубе, и он спустился вниз», — подумал он, откуда-то совершенно точно зная, что это не так. Тёмная фигура в углу чуть заметно шевельнулась.

— Ты кто? — еле слышно спросил Хлюпик и на всякий случай натянул одеяло до самого носа.

— Правильнее было бы спросить «Мы где?», юный смоукер, — ответил ему страшный свистящий голос. — Всегда надо знать такие вещи! Так вот, мы — в твоём сне. Ну а на свой вопрос ты можешь ответить и сам. — Тут говорившая наклонилась, попав в полосу лунного света, и Хлюпик еле слышно пискнул от ужаса — под чёрным капюшоном белела голая кость! И в довершение всего на груди гостьи сверкал круглый эмалированный значок с чёрной готической буквой «А». Всякий смоукер знал, что это означает…

— Амба! — тихонько ахнул он.

Амба сняла капюшон, чиркнула о затылок спичкой и принялась раскуривать свою длинную трубку.

— Что, мне уже… Уже пора, да? — пролепетал Хлюпик.

— Ну, не то чтобы прямо сейчас, — Амба выпустила изо рта клуб дыма. — Но скоро, юный смоукер, скоро будет пора. Что-то неладно в твоей жизни, очень неладно…

— А что?! Может… Мне не следовало соглашаться на эту охоту, да? Не надо было ехать?

— Не знаю, о какой охоте ты говоришь, — ответила Амба. — Но если уж я смогла к тебе прийти, значит, в твоей жизни точно что-то не так. Не думаешь же ты, что я здесь ради собственного удовольствия?

— А что?! Что не так?!

— Откуда же мне знать? — Тощая фигура пожала плечами. От этого движения заиграли еле заметные блики на лезвии длинной чёрной косы. — Это твоя жизнь, юный смоукер, а не моя.

— Что же мне делать?! — заскулил Хлюпик. — Подскажи…

Но Амба, покачав головой, надвинула на лоб капюшон и запыхтела своей трубкой. Облака ничем не пахнущего дыма стали сгущаться в тесной каюте, пока не заволокли её всю. А потом наступило утро…

За завтраком Хлюпик был необычайно хмур. Даже известие о том, что они, вероятно, прибудут в пункт назначения часам к семи вечера, то есть почти на день раньше, чем рассчитывали, не добавило ему весёлости. Иннот тактично старался не замечать плохого настроения приятеля, но когда тот, едва перекусив, ушёл в каюту и там лёг, уткнувшись носом в стенку, он не выдержал.

— Эй, старина! Что с тобой такое творится? Поссорился с Адиррозой?

— Нет, — глухо раздалось из-под вороха одеял.

— Гм… А что же тогда?

— Ничего…

Мало-помалу Инноту всё же удалось разговорить приятеля, и тот поведал ему о страшном ночном визите.

— Ты, я вижу, мне не веришь, — горько усмехнулся Хлюпик, закончив рассказ.

— Э-э… Ну как тебе сказать… Вообще-то, конечно, чего только не бывает на свете! Я сам немало путешествовал по Лесу и видел много вещей, которые показались бы странными любому. Но эта ваша красноглазая Амба с косой и трубкой… — Иннот покачал головой. — Скорее всего, Хлю, это просто выдумка. Легенда. Ну не бывает таких дурацких сверхъестественных сил!

Хлюпик ничего не ответил на это. Иннот ещё немного потоптался и вышел, аккуратно притворив за собой дверь. Слышно было, как он в коридоре трагическим шёпотом объясняет недоумевающей Адиррозе причину плохого настроения друга:

«Ты ведь знаешь этих колдунов! Они все немного с приветом…»

Хандрить Хлюпику надоело часа через два. «Ладно, будь что будет!» — подумал он и решительно сел, отбросив одеяло. Мемуары адмирала Пангваи лежали на столике в изголовье, и он погрузился в чтение.

Ближе к вечеру горизонт озарился низками разноцветных огней — яхта приближалась к Кукандагуме. Многочисленные ручейки и речушки здесь сливались, образуя обширные залитые водой пространства. Тысячи мелких островков усеивали водную гладь. Дирижабль снизился; вскоре под днищем яхты замелькали дома. Хлюпик отложил книгу и с любопытством уставился в иллюминатор. В дверь просунулась голова Иннота.

— Ну что, ожил? Слушай, пойдём скорее наверх — оттуда виднее!

На палубе было людно: все столпились у бортов, с интересом разглядывая город.

Кукандагуму потихоньку затопляло. Окраинные улочки уже скрылись под тонким слоем воды; окна первых этажей смотрели угрюмыми чёрными дырами. Кое-где сооружали временные плавучие настилы — передвигаться по ним можно было только бегом, иначе набухшие доски тут же уходили подводу. Сверху особенно хорошо были видны языки намытого водой песка, окружившие город со всех сторон.

— Прошлый раз здесь такого не было, верно, капитан Гупу? — Вхутмас озабоченно рассматривал городской пейзаж. — Не затопило бы аэропорт, вот что.

— Не затопит, — пробасил капитан. — В крайнем случае наша скорлупка способна причалить даже к крыше дома.

— Не забывайте, нам ещё надо выгрузить всё, что мы привезли. А потом погрузить обратно…

На плоских крышах многих домов шла оживлённая жизнь: там стояли палатки, сушилось бельё, кое-где даже разводили костры на листах ржавого железа. Местные жители, казалось, ничуть не обеспокоены случившимся наводнением: отовсюду слышалась музыка, там, где посуше, толпились празднично одетые люди.

— Мы приехали как раз к большому карнавалу, — ответил Иннот на недоуменный вопрос Хлюпика. — Каждые полгода, перед началом сезона дождей и по его окончании, в городе проходит очередной праздник — песни, пляски… Этой традиции уже столько лет, что она буквально въелась в жизнь. Думаю, если бы через город прошёл торнадо, они всё равно бы праздновали на следующий день.

— А в Бэбилоне карнавал тоже проходит?

— Конечно! Слушай, Хлю, тебе придётся привыкнуть: этот городок — тот же Бэбилон, хотя и находится за много миль от того, где мы живём.

— А почему тогда он называется Кукандагума?

— Да какая разница, как называться!

— А может, этот город просто не хочет походить на Вавилон?

— Может быть, — внезапно согласился Иннот. — И это тоже очень по-вавилонски, как ни абсурдно на первый взгляд.

Дирижабль пришвартовался. Тут же поднялась суета: по спущенным сходням побежала вереница матросов с грузами. Приятели, чтобы не путаться под ногами, отошли в сторонку. Разгрузка не затянулась надолго: когда на поле около яхты выросла внушительная гора разнообразных мешков, свёртков и коробок, Вхутмас отдал приказ к отправлению. Кукопат, оставшийся за старшего, принялся деятельно отдавать распоряжения. Постепенно его размахивающая руками фигурка скрылась из виду. Яхта взяла курс на юг.