Бой с тенью - Вячеслав Шалыгин

– И реки, и моря, - Сошников нервно потер руки, словно отмывая их под струей воды. - Нехорошо это. Люди не должны этого видеть. Не время.

– Соловьев видел нечто подобное еще три месяца назад, - возразил Сноровский.

– При содействии Кирилла Мефодьевича. Фактически получилось, что матронарм просто показал ему отрывок из своих воспоминаний. Это другое.

– А эпизод с солдатом в подвале, когда тот указал на Андрея, как на какого-то мессию?

– Косвенно, - Кирилл Мефодьевич чуть наклонил голову. - Все это не было прямым контактом с Сущностью. Теперь же она прикоснулась к человеку - заметьте, не к феномену Соловьеву, а к обычному человеку.

– Положа руку на сердце, Женя тоже не совсем ординарный юноша, - нехотя признался Иван Павлович. - Безносов считает его подающим самые большие надежды.

– Подавать надежды - еще не то же самое, что оправдывать их, - назидательно заметил матронарм. - Ваш Андрей Васильевич ничего не подавал. Просто взял и разгадал сложнейший код, а потом состыковал десять абсолютно различных сознаний в единую сеть. Тоже легко, будто играючи. Вот он - истинный феномен, а все остальные - заготовки, извините за сравнение.

– Вот именно, - Сноровский вздохнул. - Значит, у нас появилась еще одна веская причина разыскивать Соловьева.

– Еще одна? - уцепился Сошников.

– Безносов считает, что Андрей как-то связан с побегом Призрака.

– Призрак сбежал?! - Феликс был крайне удивлен. - Да-а, ситуация…

– Возможно, полковник не ошибается… - задумчиво произнес матронарм, - а возможно, и наоборот. В любом случае, мы поедем. Возникшие вопросы требуют осмысления и всесторонней проработки.

– Вот и отлично, - оживился Сноровский. - Женя, Федор и Вера уже на новой базе.

Он поднялся с кресла, но тут в его кармане зазвенело. Иван Павлович торопливо достал телефон и нажал кнопку ответа.

– Да… хорошо… - он положил приборчик обратно и вопросительно взглянул на келлов: - Черный ход у вас есть?

– Что-то не в порядке? - Кирилл Мефодьевич уже надел пальто и потянулся к шапке.

– Бондарь предупредил, что у подъезда бродят какие-то типы. По внешнему виду - ваши сопланетники.

– Они там всегда бродят, - неуверенно произнес Сошников, косясь на матронарма.

Тот напялил вышедший из моды еще в прошлом тысячелетии треух и махнул рукой в сторону запасной лестницы.

– Все ждут чего-то. - Кирилл Мефодьевич отпер стальную дверь и включил свет. Черный ход был, видимо, еще и подземным. - Сначала они выманивали нас на беседу. Назначали свидания и пытались поймать в укромных местах. Потом начали тихо постреливать из «винторезов». Но мы вовремя позаботились о стеклах пятого класса и стенах из железобетона с бронированными листами - можно из гаубицы бить или ракетой среднего радиуса… Но ракетой - им невыгодно. Здесь локальная система и портал. После войны порталов осталось мало - чтобы не допустить захвата людьми, многие были взорваны - а чтобы изготовить новые, сырье надо перебросить на Диши. Здесь изготавливать порталы рискованно. Людям такие технологии доверять нельзя. То есть каждый действующий экземпляр ворот теперь ценится на вес золота. Вот и сидим по разные стороны толстых стен, ждем, у кого первого не выдержат нервы. Они, получается, оказались более терпеливыми.

– Не считается, - заявил Сноровский, спускаясь по узкой лестнице следом за матронармом. - Вас же я вытащил на свежий воздух…

– Вы… - Кирилл Мефодьевич неожиданно остановился. - Феликс, иди сюда. Я не могу понять. Здесь же не было этой стены! Или я что-то путаю?

– Странно, - Сошников протиснулся вперед и осторожно протянул руку к преградившей путь кладке. Даже в полумраке было видно, что она довольно свежая. Впрочем, коридор в этом месте заканчивался не настоящим тупиком, а чем-то вроде т-образного перекрестка. Налево шел длинный тоннель, освещенный всего одной далекой лампочкой, направо просто зиял черный проем, из которого несло сыростью и гнилью. Феликс приготовил пистолет. - Давайте-ка потихоньку назад…

Сноровский поступил так же, но к пистолету добавил еще и телефон.

– Тима! - негромко произнес он, отжимая матронарма назад к лестнице. - Нас обложили. Вернее - заложили. Нет, не в этом смысле… Кирпичом. Да, черный ход…

В створе смежных коридоров оставался только Феликс. Сначала он стоял, внимательно вглядываясь в темноту справа, но в левом коридоре что-то звякнуло, и Сошников, присев, обернулся и выставил пистолет влево. Никаких злодейских выстрелов оттуда не раздалось, зато темнота позади Феликса вдруг обрела плоть и протянула к плечу келла черный отросток, очень похожий на руку.

– Ухм, - только и смог сказать Сноровский, нажимая на спусковой крючок.

Сошников резко направил оружие на Ивана Павловича, но быстро сориентировался, что цель чекиста располагается где-то ближе к правому проходу, и завершил свой многоэтапный поворот на триста шестьдесят градусов. Темнота в проходе вновь стала обычной, нематериальной. После почти минуты неподвижного созерцания Феликс медленно повернул голову и вопросительно уставился на Сноровского.

– Кто-то был, - пробормотал Иван Павлович, опуская оружие. - Рука… черная…

– Черная? - Сошников скривился. - На черной-черной горе стоял черный-черный дом, в черном-черном доме стоял аналогичного цвета стол… Переутомились, Иван Палыч?

– Да не брежу я! Видел! Наяву!

– А вы, матронарм?

– Иван Павлович среагировал слишком быстро. Я успел заметить, что там было нечто темное, но рука это или нет…

– А может, у вас возрастные проблемы со зрением? - Сошников нервно щелкнул предохранителем и спрятал пистолет в наплечную кобуру.

– Ты не хами и оружие достань, - неожиданно строго приказал Сноровский, подходя к Сошникову почти вплотную. - Расслабился, старлей? - Он заглянул келлу прямо в глаза.

Для Феликса такие метаморфозы всегда мягкого и нарочито простоватого Ивана Павловича были в новинку. Как, впрочем, и для основной массы прочих знакомых Сноровского, исключая Андрея и Безносова. Преображение отставного чекиста произвело должный эффект, и молодой келл снова собрался. Правда, оружие достать он не успел.

– А где кладка? Дальше? - послышался голос Бондаря. - Эй, управленцы, вы что там, застряли? Что замерли, будто обмороженные?

Все трое «управленцев» разом повернулись к Тимофею, который стоял точно на том месте, где секунду назад была прочная кирпичная стена. Причем Бондарь не проломил ее одним могучим ударом и не опрокинул. Она просто исчезла.

– Чтоб меня… - изумленно проронил Феликс. - А как же… - Он взглянул сначала направо, затем налево и, зажмурившись, энергично помотал головой. Никаких боковых проходов, полных материальной темноты или освещенных одинокими лампочками, больше не существовало, так же как и стены. Был только прямой коридор, заканчивающийся новой лестницей. - Я же ее потрогал… На ощупь - натуральная стена. Кирпичи, раствор еще влажный…