Я напишу тебе, крошка! - Алекс Орлов

Истребитель развалился на несколько пылающих кусков, которые полетели вниз. Сработала спасательная автоматика, и пилота вышибло из кабины вместе с креслом.

Белое облачко парашюта раскрылось в небе, Бен попытался его обстрелять, однако покалеченная поворотная стойка не позволила это сделать.

Неожиданно стало как будто светлее и тише – все машины СВК оставили район разрушенного «Галилея» и стали уходить. На тех, кто опоздал сделать это, словно коршуны налетели «G-1A», которые открыли огонь по врагу из своих грозных пушек.

Погоня переместилась дальше на восток, а уцелевшие на базах и катерах солдаты стали подбирать из воды раненых – тех, кто еще не успел захлебнуться.

Бена подняли с тонущей базы на катер.

– Там дальше упал пилот! Мы должны его найти! – сказал он капралу-республиканцу, который руководил подбором раненых.

– Не суетись, парень! Или помогай, или отойди в сторону. Через час здесь будет десант СВК, поэтому мы должны спешить.

– Десант?

– А ты думал, они просто так бомбами швырялись?

По совету капрала Бен отошел к другому борту и только там, немного остыв, вспомнил про Джо. Нет, он обязательно должен участвовать в спасении, ведь его друг, если он ранен, нуждается в помощи.

Подбежав к капралу, Бен потребовал, чтобы ему тоже дали работу.

– Где-то здесь должен быть мой друг, понимаете? Джо! Вы не видели его?

– Откуда нам знать, был ли здесь твой друг. Смотри в воду! Видишь, сколько на дне лежит тех, кому уже не помочь. Может, кто-то из них и есть твой Джо… Давай туда, Гэри! – крикнул капрал и махнул рукой в направлении кучи плавающего мусора.

Рулевой газанул, судно пошло вперед, а Бен стал с надеждой всматриваться в неопознанные предметы, однако это оказались поплавки с корпуса одной из баз, и никаких раненых на них не было.

– Все, больше я ничего не вижу, – сказал капрал.

– И я тоже, – подтвердил солдат в мокром обмундировании, которого самого недавно вытащили из воды.

– Уходим… Гэри – домой!

Катер снова взревел хрипловатым движком и начал разгоняться в сторону ближайшей материковой базы армии Катана. Для всех оказавшихся здесь солдат, катанцев или республиканцев, эта база была единственным пристанищем.

– Эй, парень, а пилот-то твой – вон он впереди, на волнах качается! Добить его, ублюдка! – Рулевой выругался.

– Нет, Гэри. Давай подберем его, – распорядился капрал. – Обмена пленными не избежать, а за пилота, сам знаешь, пятеро пехотинцев полагается.

– Твоя правда, Реми… Хотя стоило бы пристрелить мерзавца. Ссадили его, субчика, с коня стального…

– Это я его сбил, – глядя на пузырящийся под ветром мокрый парашют, сказал Бен.

– Ты? – удивился капрал.

– Да. Он на пушечной базе стрелка убил и рулевого…

Катер замедлил ход возле плескавшегося в воде вражеского пилота в спасательном жилете, и капрал, перегнувшись, ухватил пленника за воротник. Вместе с помогавшим ему солдатом они втащили свою добычу на борт, а затем ножом отрезали мешавшиеся стропы.

Заметив блеснувшее лезвие, пленник заверещал от страха, а Бен, подскочив ближе, с размаха ударил пилота по лицу.

Бедняга вскрикнул и повалился на палубу. Громко икнув, он вдруг начал блевать морской водой, которой наглотался вдоволь, несмотря на спасательный жилет.

Бен хотел добавить, но глядя, как тот дергается, решил, что ему и так уже достаточно.

Катер продолжал уходить прочь от гиблого места, а пленник откашлялся и затих. Полежав немного, он осторожно приподнялся и посмотрел сначала на раненых, потом на подобравших его солдат и, наконец, задержал взгляд на Бене.

Заметив это, Бен посмотрел на пилота и выпучил глаза.

– Не может быть, – сказал он. – Мэнни Шканек, это ты?

– Я, Бен. Я… – Шканек всхлипнул, его лицо скривилось, и он заплакал. – Это я, Бен…

– Вы что, знакомы? – удивился капрал.

– Учились в одной школе, – ответил Бен. Подойдя к Мэнни, он присел рядом с ним на палубу. – Как ты здесь оказался?

– Я? – Шканек вытер мокрым рукавом слезы. – Я завербовался в армию Союза Восточных Корпораций. Сразу, как кончил ускоренный курс в нашей летной школе в Лейм-Роуз. И, ты знаешь, сначала все шло хорошо, но потом меня сбили…

– Это я сбил тебя, Мэнни… Я…

– Ты?! – Мэнни закрылся, словно ожидал удара. – Но зачем, Бен?

– Ты что, идиот? Ты убил Байта и нашего рулевого! А потом сделал заход, чтобы убить меня!

– Что ты говоришь? – отмахиваясь, залепетал Шканек и стал отползать к борту.

– Я был на базе! Я был на этой маленькой базе с зенитной турелью, помнишь?

– Их было две… – пролепетал Мэнни. – Одну я расстрелял целиком, а вторую… Какой ужас, Бен! Я же мог тебя убить!

– Ты! Ты убил Джо, придурок! Ты убил Джо!!! Ты убил Джо-о-о!

Бен кричал и кричал, потеряв над собой контроль, и очнулся лишь возле борта, где его держали за плечи капрал-републиканец и солдат-катанец.

– Успокойся парень, успокойся. Это война. Здесь всякое случается…

Голос принадлежал капралу, и было в нем что-то, от чего Бен стал успокаиваться.

Он огляделся. Возле надстройки, привалившись к ее вибрирующим стенкам, с отрешенными лицами сидели восемь раненых. Им оказали помощь и перебинтовали, однако они до сих пор не отошли.

– Ты в порядке? – спросил солдат.

– Да вроде полегчало.

– Может, тебе лучше держаться от своего землячка подальше? – Нет, все будет в порядке. Я держу себя в руках.

– Ну ладно, раз ты говоришь – в порядке… Бена отпустили, и он возвратился к притихшему Шканеку, забившемуся между ящиками с канатами.

– На первой базе, которую ты потопил, мог находиться Джо, – сказал Бен, словно продолжая прерванный разговор. Он сел рядом со Шканеком и дотронулся до его плеча. Мэнни вздрогнул и робко улыбнулся.

– Второй плот с пушками был правда твой, Бен?

– Правда.

– Ты не представляешь, какое испытываешь удовольствие или… нет, не удовольствие, а подъем, когда видишь эти маленькие суетящиеся внизу точки, которые можно поймать на прицел и уничтожить одним нажатием кнопки, я ведь не использовал ракеты, Бен, потому что экономил их для битвы с самолетами противника или катерами. А тут лишь маленькие плавучие пышечки – им и очереди из пушки достаточно. Так я думал поначалу, но потом понял, какие это злые пышечки…

Мэнни замолчал, глядя перед собой сумасшедшими глазами, прокручивая в памяти те моменты, которые его особенно поразили.

– Ты не представляешь, Бен, как я испугался, когда ты начал стрелять в меня. Ведь это ты стрелял?