Возвращение ведьмы - Пола Брекстон

– Должно быть, скоро он перейдет в реку, – заметил Эразмус.

Кусака вскрикнул, когда он на мгновение запнулся. Я наконец различила арку прохода, где стоки извергали свое содержимое в воды Темзы. Снаружи было почти темно – и зрелище повергло меня в панику. Затмение шло полным ходом, а как бы мы ни спешили, время все продолжало ускользать.

Город погрузился в жутковатые сумерки. На воде было много судов – барж, паромов, продолжающих ежедневную работу, и лодочек, на которых люди выбрались посмотреть на затмение. Я все искала Теган.

– Где ты? – шептала я. – Теган, где ты?

И затем я увидела ее – яркую лодку с растяжками и арками из цветов. Да уж, более неподходящее место для Гидеона – и его злых помыслов – и не представить. Я сощурилась. Гребцы, музыканты, близняшки… да! Теган!

– Она там! Ох, Эразмус! Она там, и Гидеон рядом!

27

Теган

Как только свет стал иссякать, меня провели на борт. Первым делом я заметила, что стихло пение птиц. Потом резко упала температура воздуха. Еще было не совсем темно, ведь затмение пока не стало полным. Больше похоже на сумерки или же на странное стальное небо и серые тучи в преддверии грозы.

Мы прошли мимо полудюжины гребцов. Маски и плащи придавали им весьма зловещий вид. Гребцы не проронили ни слова – ни нам, ни между собой. В центре лодки я увидела небольшую платформу, покрытую вышитыми ковриками и бархатными подушками. И везде были цветы, словно мы собирались отметить веселый и счастливый день.

Но веселье и счастье не для Гидеона.

Я сидела между близняшками, Гидеон стоял рядом. На другом конце лодки бодро заиграли музыканты, и мы наконец отчалили. Двигались мы против течения, однако гребцы набрали немалую скорость. По реке плыли десятки судов – и рабочих, и тех, где люди тоже собрались посмотреть на затмение.

Теперь мне стало ясно, чего добивался Гидеон. Все дни в подземелье он ждал этого мига. Что бы Гидеон ни планировал, ему требовалось провернуть это на поверхности, и он знал, что во время затмения моя магия будет бессильна.

– Ты сегодня весьма прелестна, Теган, – произнес Гидеон.

– Думаешь? Бледновата… ведь столько просидела в плену в подземелье, – как можно громче проговорила я, однако ни гребцы, ни музыканты меня не услышали. Или же просто не отреагировали.

– О, какое же это подземелье. – Казалось, Гидеона совсем не волнует, что нас могут услышать. – Мне было важно сохранить тебя в добром здравии.

– Ты сделал меня узницей, удерживал против воли. Такое отношение никому здоровья не прибавит.

– Увы, вынужденные меры предосторожности. Видишь ли, я ведь знаю, кем ты стала и на что ты теперь способна. Пока мы ждали назначенного часа, нельзя было оставлять в твоих руках такую власть.

– Назначенного часа? Для чего, Гидеон? Можешь уже рассказать.

– Да, скрывать больше нет смысла.

Гидеон прислонился к украшенной цветами колонне, глядя на неспокойную реку. Девицы еще сильнее стиснули мои запястья. Я посмотрела на солнце, по-прежнему резавшее мне глаза. Я закрыла их, подставляя лицо ускользающим лучам уже почти полностью скрытой огромной звезды.

– Твоя судьба одновременно и велика и печальна. – Гидеон даже не пытался понизить голос. – Ее величие заключается в том, что ты достигла такого положения, что тебя возжелал мой господин. А печальна она потому, что такая ведьма не сумеет пройти свой земной путь.

Слова Гидеона мне не понравились.

– Я тебе не принадлежу, так что отдать меня ты не можешь, – заявила я, пытаясь понять, что он вообще имел в виду. Господин? Помимо самого себя, Гидеон служил лишь одному человеку. Вернее, и не человеку вовсе. По спине пробежал холодок.

– Пойми, – продолжил Гидеон, – я вынужден сделать этот тяжелейший выбор. И виновата Элизабет.

– Только ты несешь ответственность за свои действия, Гидеон. Элизабет тут ни при чем.

– Ой ли? А не она, часом, унесла меня в Летние земли? Не она меня там удерживала?

– Она защищала меня. И всех остальных.

– А по какому праву она назначила себя моим судьей?

– Тебе повезло, что она не сделала чего похуже, – сорвалась я. – Я хотела твоей смерти.

– Вы так и не смогли меня убить, даже с помощью всех ваших сестер-ведьм. Не хватило силенок.

– Тогда не хватило, – подчеркнула я.

– А теперь хватает. Именно поэтому у меня есть лишь один этот день.

Он кивнул близняшкам, и они уложили меня на подушки, связав волосами еще крепче. Гидеон шагнул ближе и извлек нож.

– Не беспокойся, боли почти не будет.

Он наклонился, и я забилась в путах.

– Помогите! – крикнула я музыкантам и гребцам. – Помогите! Кто-нибудь, остановите его!

На этот раз меня услышали. Однако они всего лишь повернулись в нашу сторону. Подручные Гидеона никогда не подняли бы на него руку.

– Ай!

Лезвие вонзилось в запястье, и я вскрикнула – скорее от потрясения, чем от боли. Надрез был небольшим и точным. Лукреция слегка сдвинула мою руку и подставила чашу, чтобы собрать вытекающую из вены кровь.

– Все дело в правильном расчете времени, – объяснил Гидеон. – Жертва должна быть в добром здравии, а ведьма – обладать всеми силами на момент, когда она покинет этот мир и присоединится к моему хозяину. То есть перед смертью ты еще насладишься теплом своего Священного Солнца. Всего на пару мгновений, чтобы стать должным подношением. Еще немного крови, и тебя одолеют сон и слабость. Конечно, на солнце ты сразу попытаешься восстановиться при помощи магии. Я даже жду этого мига борьбы, который приведет тебя в лучшее состояние, чем если бы ты сдалась и ушла смиренно. К счастью, смирение вообще не в твоем духе, верно, Теган?

Тут Гидеон был прав. Музыканты вдруг заиграли ужасно знакомую мелодию. «Зеленые рукава». Веселая песенка годами означала для меня смерть и опасность, ведь это была его песня. Интересно, слышит ли ее сейчас Элизабет? Она ведь ощутила меня, и я знала, что она придет, если сможет. Однако время истекало. И Гидеон начал ритуал. Он произнес древние слова, взывая к своему темному господину и предлагая меня в качестве достойной души в уплату долга.

Долг! И тут до меня дошло. Вот кто помог Гидеону бежать из Летних земель. Вот почему он протащил меня сквозь столетия именно сюда, в этот миг, чтобы выполнить свою часть сделки с дьяволом. На небе заклубились неестественные тучи, и я ощутила в них темное, холодное, нечистое присутствие.

На нашем пути вдруг образовался затор. Угольная баржа боролась за право прохода с забитым пассажирами кораблем и застрявшей между ними лодочкой среднего размера. Нам пришлось остановиться, причем неподалеку от множества людей. Я знала, что кричать бесполезно и меня не услышат, зато Гидеону придется осторожничать, ведь его могут увидеть. Я попыталась сесть, вынуждая близняшек повиснуть на мне. Драку-то хоть кто-то заметит! Гидеон тихо выругался и приказал гребцам обогнуть затор, однако в процессе мы зацепили бы баржу, поэтому нам пришлось попросту ждать. А планеты тем временем продолжали движение. Самая темная фаза затмения миновала. Солнце уже рвалось на свободу из тьмы, я это чувствовала и постаралась замедлить сердцебиение, чтобы кровь не вытекала так быстро.