Предназначение Адхары - Личия Троиси

Девушка обхватила руками лицо Амхала. Крепко сжав его в ладонях, чтобы юноша не мог вырваться, она посмотрела ему в глаза:

— Ты никогда не сделаешь мне больно, я знаю.

Приблизив свои губы к губам Амхала, Адхара пылко его поцеловала. Но поцелуй длился недолго.

Покрасневший и смущенный Амхал отстранился от девушки:

— Я не могу, Адхара, не могу.

— Это ты так думаешь, а на самом деле…

— Не сейчас, — резко прервал ее юноша. — Сначала мне нужно найти себя, а уже потом заниматься тобой. Я не хочу опираться на тебя, я хочу защищать тебя, я хочу… — Амхал тяжело вздохнул.

— Не понимаю, — пробормотала девушка. — Мне так хочется быть с тобой. Я не знаю, что это значит и зовется ли это любовью или нет, но я хочу быть с тобой. А ты?

Амхал не выдержал взгляда девушки и отвернулся.

— Не сейчас, — повторил он, и Адхара почувствовала, как весь мир вокруг начал рушиться. Юноша протянул свою руку, чтобы коснуться ее руки, но девушка решительно ее отдернула. — Дай мне время.

— А мне этого не нужно.

— Мне нужно. — Амхалу удалось взять Адхару за руку и крепко сжать ее в своей ладони. — Не думай, что я… я не люблю тебя, — прошептал он.

Адхаре показалось, что в ее душе промелькнула тень надежды, и ей не захотелось ее терять.

— И что теперь?

— А теперь я хочу быть уверен в том, что не буду для тебя угрозой. Потому что я никогда не смогу, это будет просто невыносимо, если причиню тебе боль.

Девушка опустила глаза. Все было так запутанно и непонятно. Она спрашивала себя, почему они оба не могут вернуться к своим прежним искренним отношениям, когда между ними еще не было этой стены. Но ведь теперь этих двух человек уже не существовало.

— Я больше не покину тебя.

— Ты всегда это говоришь…

— Клянусь тебе. — Юноша продолжал держать Адхару за руку. — Ты так нужна мне, — обронил он.

Молодые люди обнялись, но их губы так и не встретились снова.

— Когда ты вернешься? — спросила Адхара.

— Как только у меня появится немного времени.

Девушка посмотрела ему вслед, и в этот момент она явственно ощутила, как их отношения дали трещину.

В последующие дни Амхал предпринял попытку снова вернуться к своей прежней жизни. Он стал реже видеться с Саном, хотя тот, когда не заступал в дозор, продолжал навещать юношу. Тогда они оба уединялись в лесу в окрестностях города и продолжали совершенствовать свои умения во владении мечом и магией.

Однако и встреча с Адхарой, и чувство Амхала к ней, которое он так и не сумел в себе подавить, и возвращение Миры приводили юношу в полное замешательство.

На этот раз ему поручили охранять городскую стену. Несмотря на введение карантина и жесткий контроль, зараза стремительно расползалась по всей Земле Солнца. Теперь в глазах всех жителей Макрат оставался последним прибежищем и единственным бастионом, которому еще удавалось сдерживать натиск эпидемии.

Каждую ночь, когда в действие вступал комендантский час, кто-то отчаянно пытался войти в город. Амхал видел, как темные тени толпились вокруг стены, умоляя о сострадании, либо просто, словно насекомые, карабкались по стенам. И каждую ночь он сражался против этих несчастных, становясь свидетелем бессмысленного кровопролития и смертей. Однажды юноша сказал об этом Сану, и тот сразу же поторопился развеять его сомнения.

— Амхал, это — единственный способ. Если они проникнут в город, сколько еще людей может умереть. Ведь если падет Макрат, вместе с ним и вся Земля Солнца. Все это только во имя высшего блага. Поверь мне.

И Амхалу хотелось этому верить, чтобы придать смысл собственной миссии, которая, лишая его покоя, еще сильнее раззадоривала поселившуюся в его сердце ярость.

Теперь, когда Мира вернулся, Амхал уже в паре с ним выполнял свое поручение. Уставившись во тьму, они устало вышагивали вдоль стен.

Это случилось однажды вечером. Грозовые тучи обрушили на город сильнейший ливень. Простиравшаяся у их ног огромная равнина была погружена в густую тьму. Амхал вместе со своим наставником внимательно вслушивался в ночные звуки, но дождь заглушал каждый шорох, а из-за туч, закрывавших собой звезды, они оба двигались почти вслепую.

Казалось, что там, вдали, при свете молнии сверкнул какой-то металлический предмет. Амхал едва успел его заметить, однако реакция его тела была мгновенной. Он подал Мире сигнал и вынул меч из ножен. Укрывшись в тени, он медленно приблизился к источнику этого света. Наставник юноши шел вслед за ним.

На расстоянии в несколько локтей от них очередная вспышка молнии осветила крюк. Амхал подходил все ближе. Затем, прямо позади себя, он почувствовал какое-то шевеление. Юноша обернулся, едва заметив, как на Миру опустилась тень. Затем последовал удар и резкая боль в спине. Амхал вскрикнул и, описав мечом круг, обернулся назад. Позади стоял подросток с каким-то коротким предметом в руках. Похоже, что это был кинжал.

Амхал увидел, как ребенок бросился к лестнице одной из сторожевых башен, и устремился за ним вдогонку. Каждое движение отзывалось в его спине острой болью, но инстинкт охотника оказался сильнее. Амхал как молитву твердил слова: «Во имя высшего блага», обладавшие способностью вытеснять все его мысли, оставляя место только слепой ярости и силе, которую Сан учил ценить превыше всего.

Молодой человек видел, как мальчик, перепрыгнув через последние ступени, направился в первую попавшуюся подворотню. Несмотря на проливной дождь и ноющую боль в спине, юноша прибавил шагу.

Он догнал мальчика и набросился на него. Кинжал отскочил в сторону. Он обезоружен, промелькнуло в голове Амхала, однако его мозг сразу же забыл об этом. Пальцы юноши онемели, а охватившая его ярость оказалась сильнее обычного.

Амхал почувствовал, как извивавшийся ребенок почти вырвался из его рук. Молодой человек стремительно вскочил и ударил его мечом. Обычный выпад, и мальчик с глухим стоном, отдаленно напоминавшим вопль животного, повалился на землю.

Несмотря на рану, ребенок, хватаясь за камни мостовой, медленно пополз по дороге, пытаясь снова обрести свободу.

Амхал спокойно встал, подошел к мальчику и занес над ним меч.

Издалека раздалось душераздирающее «Нет!». Юноша вонзил меч в тело, и снова гул дождя затмил собой все звуки.

— Будь ты проклят!

Какая-то женщина, завывая нечеловеческим голосом, набросилась на него с кулаками, осыпая ударами его грудь и царапая ему лицо. Мира оттащил ее от Амхала.

— Ну, будет тебе, — твердил учитель, пытаясь остановить женщину, но та, вырвавшись, бросилась к лежавшему на земле бездыханному телу ребенка.

Несмотря на дождь, чувствовался запах крови.