Шаг в Безмолвие - Мария Роше

Забыв о правилах приличия, мучившем ее голоде и необходимости поговорить с Калигаром, Герика развернулась и побежала по коридору в сторону лестницы.

«Это не может быть Солан, – убеждала она себя, перепрыгивая через ступеньки. – Солан уже на пути в Кадокию и скоро увидит отца. С ней все хорошо. Это просто какая-то другая, похожая на нее несчастная девушка».

Мелья спустилась во двор и направилась в сторону схолоса, предполагая, что жертву насилия отведут именно туда. Но там никого не было.

Это что, глупая шутка?!

Поразмыслив, Герика обогнула дворец и побежала к конюшням. И на этот раз не ошиблась: Искандер и Калигар были там. Наместник и двое конюхов осматривали только что расседланных и совершенно выдохшихся лошадей, а государь Танарии стоял рядом с ними, держа под уздцы мокрую от пота гнедую кобылу, на которой скорчилась хрупкая, растрепанная и до боли знакомая фигурка.

– Нет! – отчаянно вскрикнула мелья, прижимая ладони к щекам. – Великая Тривия, нет!!!

Искандер вздрогнул от звука ее голоса и поднял на Герику изумленный взгляд:

– Так ты не немая?! – спросил он, чувствуя себя сбитым с толку.

Герика, не удостоив его ответом, бросилась к подруге, и танарийский царь вопросительно посмотрел на наместника. Калигар пояснил:

– Я сам узнал только вчера. Лара сказала, что у госпожи был долгий обет молчания, данный ее Богине. Теперь послушание закончилось, и она может говорить.

– Кромхарт знает? – негромко поинтересовался Искандер.

Калигар усмехнулся:

– Судя по тому, что он со вчерашнего вечера ходит мрачный и злой, думаю, да.

Солан так крепко вцепилась в поводья, что Герика с трудом разогнула ее пальцы. Когда мелья попыталась помочь ей спешиться, девушка только жалобно всхлипнула:

– Больно…

– Потерпи. – Герика обхватила ее за талию, осторожно поставила на землю. В спутанных пепельных волосах царевны торчали травинки, разорванная на груди туника была перепачкана засохшей кровью. – Держись за меня… вот так.

Солан попыталась сделать шаг, но ноги ее подкосились и она едва не упала. Разъяренная мелья огляделась вокруг:

– Неужели никто из благородных мужей не предложил тебе свою помощь?

– Они предлагали, – еле слышно отозвалась Солан, – но я не хотела, чтобы кто-то из мужчин прикасался ко мне.

В это время до конюшенного двора наконец-то добралась Лара.

– О, боги, – отдуваясь, причитала она. – О, боги, как же быстро вы бегаете, госпожа!.. О, великие боги, дитя, что они с тобой сделали?!

– Лара, – Калигар подошел к жене и поправил сползшую с ее плеч накидку, – я прошу тебя позаботиться о царевне. Сейчас не очень понятно, что там произошло… но, в любом случае, ей понадобится хороший уход и покой. Госпожа мелья, – он перевел взгляд на Герику, – думаю, не стоит просить вас уделить внимание вашей подруге, даже несмотря на то, что у вас на попечении находятся трое чудом выживших северян.

– Разумеется, – сдержанно проговорила Герика, прижимая к себе Солан. – Мир так устроен, что женщинам только и приходится залечивать нанесенные им раны.

– Я понимаю, вы злитесь. – Наместник вздохнул. – Злитесь на государя… но поверьте, то, что случилось, вовсе не его вина. Я не знаю подробностей, но хорошо знаю моего господина и привык доверять его словам. Искандер сделал для царевны все, что мог. – Калигар помолчал и добавил: – Думаю, он спас ей жизнь.

Герика вскинула голову.

Ты ошибаешься: я не злюсь. Я просто в ярости.

Ее взгляд был красноречивее любых слов. Но в следующий миг мелья повернулась к подруге, и голос ее наполнился нежностью и теплотой: