Злодейка из камина - Нидейла Нэльте

Ещё какое-то время всматриваюсь с башни, да ни лешего не видно! Всё как всегда спокойно.

– Карета-то вернулась? – спрашиваю запоздало. Вроде не меньше часа прошло, должна бы.

– Карт сообщил, – угрюмо кивает командир охраны, – амулет пригодился. Незадолго до вас прибыли, только и успел всё рассказать – дожидаемся.

– Твою тыкву, получается, будь мы в карете да без амулета…

– Ничего не доказать, – разводит Тедор руками. – Возможно, специально такой подсунули, запугать?

Возможно-то, конечно, возможно вполне – да только не хочется мне девочек подозревать. Вздыхаю, никогда я уже, наверное, от этого не избавлюсь. Хочется, не хочется, а все мы дети Владык да Хранителей, и потому козни может строить кто угодно. Не угадаешь.

Оставляю Тедора наблюдать, сам отправляюсь к Источнику – вдруг хоть что-то, твою тыкву, почувствую! Ну не Клессу же звать, в самом деле? Чтобы связь с ним устанавливать.

– Джарес, хорошо, что ты тут! – почти у самой двери ловит Леонтий. Мрачен он непривычно, и снова без повязки.

– Что случилось?

– Важно, – Леонтий безапелляционно направляется за мной.

– Минуту, – прошу, – Аши… Эрия демона почуяла, хочу попытаться настроиться…

– Да нет там никакого демона, – ворчит Леонтий. – А был бы – давно был бы тут.

– Что ты хочешь этим сказать? – останавливаюсь у каменного ограждения Источника, смотрю на сысковика хмуро.

– Сядь, Джар, – вздыхает, машет рукой в сторону кресел в уголке отдыха. Да что-то не хочется, у меня дел полно, и, может, девушка там ждёт… А если и не ждёт, всё равно спросить надо, как себя чувствует!

Вспоминаю вечер с улыбкой, кошусь на Леонтия. Даже не узнал, как прошло. Точно что-то серьёзное нарыл. Скидываю опостылевший камзол, бросаю в ближайший шкаф из тех, что с одеждой.

– Не тяни, – ворчу.

Сысковик вздыхает.

– Был я в Алабаре, – начинает издалека.

– Надо же? Мы тоже, – хмыкаю.

– Ведьму искал, – не обращает внимания Леонтий. – Которая Аши заклинание якобы делала. Да нашёл по описанию только старый, давно заброшенный дом. Может, и жила там ведьма, но никак не полгода назад.

– И что? – хмурюсь, к чему это всё?

– А то! Что нет таких заклинаний, которые так просто внешность меняют. Можно иллюзию наложить, можно оборотное зелье выпить, а вот так, чтобы пошептала – и сразу другой человек, нет такого!

– Значит, есть! Двойная иллюзия! Подумаешь, ведьму не нашёл? Может, Аши специально скрыла, кто заклинание делал, в её-то положении не преступление!

– А мне, знаешь ли, не хочется до преступлений доводить!

– Вот и не доводи!

– Да послушай же ты меня! Влюблённые мальчишки вообще неуправляемы, но последний Владыка не может позволить себе такую роскошь!

– Не влюблённый я! – возмущаюсь.

– Ага, – хмыкает Леонтий.

Ну, может немного совсем… Приятно мне о ней думать. Да не до такой же степени, чтобы об остальном совсем думать прекратить! Я и с Тинной думал! Хотя, мне с ней и в четверть не было так хорошо.

– Послушай да не упрямься! Мало того, что заклинания странные, паутина эта непонятная с преследователями… Почившими и возгоревшимися, между прочим. Гнавшегося демона никто не заметил, кроме твоей пассии. Я ещё и печати сверил! Помнишь, какая у неё на лице?

– Откуда? На секунду мелькнула, попробуй среди всех метаморфоз запомнить.

– А я вот запомнил! Похожа она на ту, что Клесса показывала, да не такая.

– Какая? – бурчу. Леонтий протягивает листик с рисунком:

– Такая?

– Да вроде бы.

– Вот эти линии, видишь, вверх идут, а эти к центру собираются, а не навне расходятся. Не от демона это печать, а для удержания демона!

– Ты хочешь сказать…

– Не знаю!

Леонтий тяжко молчит, мне тоже вдруг как-то горько, тошно на душе становится.

– А вот эти символы тебе знакомы? – показывает ещё один рисунок.

Знакомы. Присматриваюсь.

– Да они же были вышиты на камзоле! – вспоминаю.

– А знаешь, для чего их используют?

Качаю головой. Не силён я в символах. К сожалению. Нужно будет взяться. И за это тоже. У меня теперь, наверное, уйма времени освободится… Как и после Тинны.

Сердце нехорошо тянет, всё хочется куда-нибудь чем-нибудь запустить. В магической печи сам собой загорается огонь. Вот это я завёлся. Стараюсь сдерживаться, хорошо хоть перстень снять не успел.

– Очень древние, мощные руны для блокирования магии. А ещё, я поспрашивал, никто не видел, чтобы она выходила в день конклава. Паутиной из твоего замка точно не смогла бы воспользоваться, должна была отойти хотя бы за селение!

– Ну… скрывалась, чтобы никто не заметил? Зачем ей лишние толки, – предполагаю, не от ума, а от желания оправдать. Не хочу думать, будто Аши могла… Да уже понимаю, что не оправдаю. Горько и печально. Чтоб их всех. Женщины!

– Я поговорю с ней, – сам дивуюсь звучанию своего голоса. До того ровное и спокойное, что даже Леонтия пронимает.

– Джар… – начинает, но не даю вмешаться:

– Я поговорю. Попроси покликать.

Обида жалит гремучей змеёй, знал же, нельзя им верить!

Леонтий смотрит пристально, кивает, выходит молча. Задумчиво кручу перстень, поглаживаю опустившегося на плечи птица. Снова, что ли, силу употреблять?