Маска для канцлера - Ольга Валентеева

— Закрой свой рот, — тихо сказала я.

— Что? — бородач вытаращил глаза, а к Сиане присоединилась Конни.

— Закрой свой поганый рот. Кто ты такой, чтобы порочить его имя?

— Лесса, не надо! — Это уже Феон. — Они все равно не поймут.

— Э, нет! — Бородач тоже поднялся. — Отвечай за свои слова, девонька. Нечего рот на меня разевать.

И потянулся ко мне.

— Стоять! — скомандовала, глядя в глаза.

Бородач замер, как истукан. В зале вдруг стало подозрительно тихо.

— А теперь извиняйся, — внутри бурлила такая злость, что я плохо понимала, что делаю.

— Прошу… простить… — пробормотал тот.

— Так-то лучше. Садись, и чтобы пока мы не уедем, с места не сдвинулся и другим не дал.

И пошла к двери. Уже у выхода обернулась — бородач послушно сидел и любовно глядел мне вслед. Его сосед по столу попытался подняться, но тут же прогнулся под чужой лапищей и рухнул на стул. Что ж, теперь мне не обязательно сохранять зрительный контакт. Спасибо, Эд. С ростом магического индекса моя магия стала иной.

— Ты что творишь? — Уже на улице спросил Феон, заталкивая меня в экипаж. На козлы взобралась Конни, предоставляя Лейсеру разговаривать со мной. Сиана и вовсе расстроено молчала.

— А что я творю? — ответила, едва сдерживая злые слезы. — Почему каждый забулдыга имеет право так говорить об Эдмонде? Что он им сделал? Что они сами сделали для Виардани? Ничего!

— Лесса, милая, — подала голос Сиана, а колеса уже скрипели по дороге, — но ты ведь сама недавно считала так же.

— Да! Потому что была глупая и наивная. Думала, все зло может исходить от определенного человека. А оказалось, дело не в нем, а в нас. Есть индексы — плохо, нет индексов — еще хуже. Зато можно обвинить кого-то…

Я закрыла лицо руками. Дышать было тяжело, будто кто-то опустил на грудь камень. Сиана обняла меня за плечи и гладила по волосам.

— Что это за казнь семи печатей? — подняла я голову.

Феон отвел взгляд.

— Рассказывай! Я должна знать, к чему готовиться.

— Это одна из высших мер наказания за особо тяжкие преступления, — ответил Феон.

— Моего отца хотели к ней приговорить, но… просто казнили. Семь ступеней — потому что казнь длится семь дней. Каждая новая ступень хуже предыдущей. Первая — чаще всего плеть и позорный столб. То есть не так казнь, как унижение. Вторая — магическая. На приговоренном применяют достаточно жестокие заклинания. То есть, по сути, тело остается здоровым, но страдает разум. Затем физические пытки чередуются с магическими. На шестой ступени у приговоренного выжигают магию и, если он после этого остается живым, четвертуют.

— Феон! — зашипела Сиана.

— Что? Она сама спросила!

А я едва не сползла с сидения. Мутило так, что перед глазами плыли багряные всполохи. Если приговор вынесли вчера, значит, сегодня — только первая ступень. А мы будем в Адиаполе в лучшем случае завтра ночью. Что делать? Что мне делать? Кинуться в ноги королю? Признаться во всем? Венден знает и так. Но можно же выйти на площадь и признать перед всеми…

— Лесса, прошу, не делай глупостей. — Феон заметил мой сумасшедший взгляд.

— Что? — Я вздрогнула, будто от удара. — А, да, хорошо. Но нам нужен план, хоть какой-то.

— У нас есть сутки, чтобы его обдумать. А пока попытайся отдохнуть, хорошо?

— Нет, я не…

Но Сиана извернулась и дунула мне в лицо. Уловила знакомый травяной запах. Ну, Сианка! Сбор сонных трав. Я зевнула раз, еще раз — и уснула.

Впрочем, и во сне покоя не было. Я видела темный женский силуэт, который манил меня за собой.

— Тьма? — спрашивала у темноты. — Тьма, это ты?

— Я, — прошелестел едва слышный ответ. — Слушай, Лесса, ты должна… Должна помочь. Я не могу. Сними маску. Просто сними с него маску.

Почему-то мне не нравилась эта идея.

— Эд… Как он?

— Держится, — ответила Тьма. — Мы ждем тебя. Времени мало. Сними… маску…

Я открыла глаза. За окнами экипажа светало. Ничего себе поспала! Кажется, Сиана перестаралсь с пропорциями. Лошади летели вперед, несмотря на бездорожье. Значит, правил Феон. Огляделась — так и есть, Сиана и Кони спят рядом. Скорее бы! Только скорее!

В этот день мы практически не останавливались. Я ни с кем не хотела разговаривать. Сидела и смотрела в окно, думая, что сейчас с Эдом. От одной мысли, что с ним происходит в эту минуту, становилось дурно. Мутило так, будто мир переворачивался с ног на голову у меня внутри. Подруги все понимали и с разговорами не лезли. Молчал и непривычно серьезный, хмурый Феон. Да, не одной мне непросто, не одна волнуюсь. Кажется, Феон и Эд только что были непримиримыми врагами, и вот уже Феон беспокоится о его судьбе.

Стемнело рано, поэтому, когда впереди появились стены Адиаполя, я узнала их только по огням. Экипаж остановился, Феон распахнул дверцу.

— Надо поговорить, — забрался внутрь. — Я опасаюсь, что страже могут быть даны распоряжения насчет нас. Поэтому ехать через главные ворота небезопасно.

— Вас король не знает, — возразила я. — Он может ждать только меня.

— Нет, я думаю, его величество прекрасно осведомлен, что Эд добирался в столицу не один, а в нашей компании. Я предлагаю оставить экипаж на дороге, а самим попробовать найти тайный ход, которым Эд нас провел в столицу. Я помню, где это было, но не уверен, что смогу найти рычаг потайной двери.

— Зачем оставлять экипаж? — возразила Сиана. — В нем же наши вещи, двигаться с ними будет тяжело. Меня его величество не знает точно. Поэтому давайте я поеду через главные ворота, а вы — в обход. Только скажите, где встретимся.

— От главных ворот езжай все время прямо, — ответил Феон. — Там будет небольшой храм бога войны. Жди нас около него.

— Хорошо.

— Решено, — кивнула я.

Мы подъехали ближе, а затем выбрались из экипажа, а Сиана перебралась на козлы.

— Удачи! — махнула рукой подруге.

— До встречи по ту сторону ворот, — улыбнулась она.

Нам же предстоял пеший путь вдоль городской стены. Ночной холод забирался под одежду, заставлял кутаться в теплую накидку. Но я не думала о том, что мерзну. Скорее, принимала, как данность. А думала о том, как сейчас Эд, что с ним. Больше всего на свете хотела очутиться рядом. Моя любовь напоминала безумие. Пока мы были вместе, пусть и недолго, она еще казалась влюбленностью. Чем-то спокойным и обычным. А сейчас, как река, сносила все заслоны внутри меня.

— Здесь, — Феон остановился перед стеной и принялся нажимать на камни в поисках рычага.

— Ты уверен? — спросила я.

— Точно здесь, — вместо него ответила Конни. — Давай, я поищу.