Избавитель - Василий Головачев

Он и сам удивился этому эффекту, разглядывая себя в зеркале «гостиничного номера», не узнавая и радуясь, что не выглядит теперь угрюмым полуседым стариком.

После отдыха они обыскали владения Великого игвы, обнаружили нечто вроде гигантского музея оружия, однако не стали вооружаться, хотя у Светлова, понимавшего толк в оружии, чесались руки и он долго приглядывался к мечам и разного рода пистолетам. Но не взял ничего. Зато там же, в «музее», они наткнулись на самый настоящий гардероб и переоделись в найденные спецкостюмы наподобие космических скафандров, имеющих собственные энергоисточники. Костюмы сами подстраивались под фигуры владельцев, общались с ними в ментальном диапазоне (Ненагляда, услышав чужой голос, сначала испугалась) и выполняли все команды беспрекословно, будто специально оставленные кем-то именно для землян.

Будимира и Ненагляду это обстоятельство не удивило, хотя и в силу разных причин, Ростислава же заставило призадуматься. Он впервые оценил все счастливые случайности и совпадения, позволившие им выжить на пути через Шаданакар, и понял, что объяснить все случайным стечением обстоятельств нельзя. Существовал некий высший план их похода, о котором он не знал ничего. Поймав момент, когда Ненагляда отлучилась по естественной надобности, Светлов присел возле сидящего в кресле мальчика на корточки и сказал, глядя на него строго и серьезно, как на провинившегося:

— Дима, проясни-ка мне некоторые моменты нашей экспедиции. Момент первый: почему нас не преследуют «эсэсовцы» и «чекисты»? Те наши случайные стычки не в счет, они мне больше напоминают учения, а не профессиональные разборки охотников с дичью. Момент второй: как получается, что мы все время спасаем магических существ, буквально ждущих нас и знающих о своем скором освобождении? Одно спасение может быть случайным, два — это корреляция, три — уже статистика. Что знаешь ты, чего не знаю я? Только честно.

Краска бросилась в лицо Будимира. Он отвел глаза, но заставил себя смотреть на своего защитника и признался:

— Нам надо пройти Путем Духа, дядя Слава. Это путь спасения, сначала — других, потом — себя. Вот почему нельзя использовать оружие, ну, или только в крайнем случае, понимаете?

Ростислав кивнул.

— Понимаю. Что еще?

— Папа и дядя Толя… они отдельно… ну, они отвлекают погоню на себя, поэтому их нет рядом. Простите меня, пожалуйста, что не сказал. — В глазах мальчика набухли слезы. — Я не мог…

Ростислав поднялся, потрепал его по вихрам, задумчиво прошелся по залу, пощипывая непривычно гладкий подбородок. Сел в кресло, улыбнулся.

— Все правильно, малыш. Мне надо было самому догадаться, что это единственно верное решение. Все-таки я тугодум. Нас не брали в расчет, когда мы вышли в путь, так? Один — совсем ребенок, второй — хромой и увечный старик. Твой отец взял на себя тяжелую ношу организатора спецоперации, разработал отвлекающий маневр и увел охотников за собой. Здорово! Можешь им гордиться. Я думаю, он справится со своей миссией. Хорошо бы и нам не ударить лицом в грязь. Во что бы то ни стало надо найти Финист и «умертвие» и поговорить с Уицраором по душам. Ты как настроен?

Говорить мальчику о том, что настоящий Дуггур — его многомерная «матрица» в иных пространствах и временах — наверняка знает о походе Избавителя, получив информацию от своей «проекции», Ростислав не стал. Лишний раз пугать Будимира не хотелось. После всего случившегося, после «изгнания беса» из Ненагляды стоило ждать появления настоящих охотников, и к этому надо было хорошо подготовиться.

Мысли о переходе в новое состояние, сопровождавшиеся легким удивлением (неужели это все случилось со мной?), продолжали появляться, но все реже и реже. Ростислав постепенно привыкал к вернувшимся физическим кондициям и к тем возможностям, которые давал ему канал связи с подсознанием, а через него — с надсознанием — Хрониками Веера, с его глобальным информационным полем.

Подкрепившись остатками запасов еды Веселина и запив трапезу родниковой водой — никто не захотел воспользоваться услугами кухни Даймона, — путешественники снова начали было искать Сухова-старшего через видеосистемы Тзола, однако вскоре получили весьма ощутимый щелчок по носу. Автоматика дворца внезапно отказалась слушаться их приказов, заблокировала все входы-выходы и вообще свернула деятельность. Обстановка зала с монитором и креслами, адаптированного под восприятие землян, исчезла. Люди снова оказались под сводами ледяного грота, температура воздуха в котором не превышала десяти градусов по Цельсию, а потом и вовсе начала понижаться. Через несколько минут они вынуждены были воспользоваться услугами костюмов, превратив их в герметичные скафандры.

Ненагляда, родившаяся в магическом мире, с техникой подобного рода не сталкивалась, но быстро освоилась со своим положением, принимая скафандр за доброго «говорящего духа», проявляющего, кроме всего прочего, заботу о владелице. Ростислав некоторое время с беспокойством приглядывался к ней, пытаясь обнаружить следы «проекции» Дуггура на психику девушки, но не преуспел в этом, чему он был весьма рад. По-видимому, свирель Ягойой уничтожила пси-имплант игвы, не затронув родные структуры памяти и личности Ненагляды. Ну, а ее влияние на Светлова (господи, до чего же она непосредственна, чиста и красива!) вполне объяснялось не колдовством, а другими причинами: Ростислав влюбился! Хотя не хотел признаваться в этом даже самому себе. Уж слишком большая разница в возрасте разделяла их, по его мнению, — целых двадцать лет!

Поразмыслив, он пришел к единственному правильному решению:

— Вызывай Вольха, Никитич. Отправим Ненагляду домой, а сами вернемся на Свентану. Разбудим Святогора.

— Мы уже пытались, — несмело возразил Будимир.

— Во-первых, мы плохо подготовились к этому деянию. Во-вторых, ты за последнее время окреп и возмужал, да и я немного подтянулся. Будем будить Святогора вдвоем.

— Я с вами! — заявила Ненагляда.

Ростислав вздрогнул. Показалось, что в голосе девушки прозвучали знакомые нотки капризной требовательности, присущей игве Дуггуру. Но в глазах дважды спасенной жительницы Белобог-Руси — прозрачный шлем скафандра позволял видеть ее голову — не мелькали искры иронии и презрения, она просто не хотела расставаться со своими спасителями.

— Это невозможно, — сожалеюще покачал он головой. — Наша дорога трудна и опасна, а взяв тебя с собой, мы будем вынуждены отвлекаться на твою защиту.

— Я сама себя буду защищать! — воинственно воскликнула Ненагляда, снова заставив землян пережить неприятный момент узнавания той, «первой» Ненагляды, подчинявшейся импланту Дуггура.

Почувствовав их неприятие — хотя вряд ли она понимала его причину, — девушка жалобно прижала к груди ладони:

— Но я не хочу возвращаться домой… без вас!

Ростислав улыбнулся.

— Мы обязательно тебя навестим, если, конечно, твои родители не будут возражать.